Мы отправились в путь на своих машинах и быстро добрались до нужного места. Наше совместное появление в издательстве «Тихое мгновение» вызвало шоковую реакцию у тетеньки на ресепшене. Забыв поздороваться, она испуганно осведомилась:

– Вы типа к нам?

– Типа того, – кивнул Мефодий. – Нам типа нужна типа Ефимкина. Где типа она сидит?

Дежурная схватилась за телефон.

– Ксения Глебовна, к вам пришли… Авторы… Нет-нет, вам необходимо их лично принять… Они не к Галине Михайловне. Вас хотят видеть Арина Виолова и Мефодий Волконский… Я что, по-вашему, дура? – Потом она посмотрела на нас. – Сейчас спустится.

Мы молча стояли в холле. Большие часы на стене отмеряли время. Пять минут, десять… Спустя четверть часа я не выдержала и обратилась к тетушке:

– Позвоните Ефимкиной, дайте мне трубку.

Вскоре я услышала недовольный голос:

– Алевтина, хватит затевать глупые розыгрыши!

– Добрый день, – начала я, – вас беспокоит Арина Виолова.

В мои уши полетели короткие гудки. Волконский вынул свой телефон и, пробормотав «не люблю, когда баб бьют розгами, но она сама напросилась», потыкал пальцем в экран и заговорил:

– Ваня, мы с Вилкой приехали в «Тихое мгновение». Рукопись принесли, где главная героиня – Вера, девушка, которая пропала, когда из самолета вышла. Ждем редактора, а она не желает нас видеть. Ефимцева Ксения Глебовна. Можешь велеть своим вассалам ей волшебный пендель под зад отвесить? – Он спрятал телефон и показал на часы. – Пятнадцать секунд Зарецкому на звонок. Столько же мадаме, чтобы сюда примчаться.

– Не, так быстро не получится, – поспорила я. – Минута как минимум.

Мы оба замолчали. Послышался цокот каблуков, и на первый этаж выбежала полная женщина.

– Ни ты, ни я не угадали, – усмехнулся Мефодий. – Пятьдесят секунд.

– Простите, – быстро заговорила толстушка, – меня не предупредили о вашем визите.

Волконский прищурился.

– Самый верный способ попасть в ад – это соврать. Дежурная звонила несколько раз, потом госпожа Виолова решила соединиться с вами, но с ней вы говорить не пожелали… Где мы можем пообщаться в тишине?

– Пойдемте в переговорную, – старательно улыбнулась Ксения Глебовна.

Наверное, она сейчас пыталась сообразить, по какой причине в мало кому нужное «Тихое мгновение», которое в основном работает с теми, кто пишет в интернете рассказы о гадких свекровях и невестках-ангелах, заявились два топовых автора «Элефанта», да еще натравили на редактора самого Зарецкого.

Мы сели в крохотном помещении, и Ксения вспомнила о правилах приема гостей.

– Желаете кофе? Только он у нас растворимый.

– Хотите, чтобы ваша дочь оказалась в колонии для несовершеннолетних за кражу телефона? – осведомился Волконский.

– Что?! – ахнула Ефимкина.

– Подросток сейчас использует трубку женщины, которую похитили, но несчастная успела записать обращение к тому, кто найдет ее телефон, который она где-то выбросила, – объяснила я. – Попросила перекинуть ее отчаянное послание своему мужу и отдать ему мобильный. За исполнение просьбы обещана награда. Школьница отправила звуковое письмо супругу бедняги, но телефон ему не вернула, начала сама им пользоваться.

Волконский положил перед Ксенией свою трубку.

– Читайте вслух. Данное сообщение опубликовано в чате, который давно создали Алиса и ее подруги.

– «У меня новый айфон», – прошептала женщина. – Это от моей дочери. «Наконец выкинешь свою…» – Ефимкина оторвалась от экрана. – Нецензурные слова произносить?

– Можно пропустить, но только если от них не зависит смысл предложения, – ответила я.

– «…свою… рухлядь. Мать моя …, злобная …, из-за “трояка” по инглишу нормальный телефон не покупает». «А этот откуда? Мишка подарил?» «От него дождешься, он, …, без денег всегда. Нашла». «Где?» «Не скажу». «Неужели согласилась переспать с Яшкой?» «Фу! Никогда!» «Даже за миллион?» «Рублей? Ни за что!» «Евро?» «Ну, тут подумаю… В этом телефоне письмо от какой-то тетки. Его надо переслать на номер мужика, вернуть ему айфон, и он мне хорошо заплатит». «Лохотрон. Розыгрыш. Их всякие идиоты устраивают. Ничего не перебрасывай». «Я уже ему текст перекинула». «…, ну ты и …!» «Сама …! Тебе родители все покупают, а моя мать … дура. А я, как …, с трубкой столетней». «Ты ему мобилу отвезла?» «Я ваще …? Нет, конечно, себе оставила». «Сейчас с него пишешь?» «О йес!» «Ты ваще без мозга? Симку поменяй!» «Ее купить надо!» «…!» «Если захотят айфон этот … найти, то пусть». «Он в сети! А раз так, то ваще ниче не стоит узнать, кто им сейчас пользуется».

Переписка завершилась. Ефимкина затряслась и зашептала:

– Мы живем вдвоем, на одну мою зарплату. Еще сдаю дачу, она от родителей досталась. Там круглый год жить можно. Получаю деньги от съемщиков – и сразу их прямиком на оплату школы. А там дети обеспеченных родителей. Серьги с бриллиантами у них в ушах, к началу занятий на машине их водители привозят. Алиса – самая бедная, она отчаянно завидует одноклассникам и…

– Это ваши проблемы, – оборвал попытку женщины все объяснить Мефодий. – Верните телефон моей жены. Сию секунду вставайте, и поедем за ним.

– Боже! – ахнула редактор. – Вашу супругу…

– Убедительная просьба не сообщать никому о том, что вы узнали, – попросила я.

– Если не хотите вылететь с теплого места, – добавил Мефодий, – и оказаться вечно безработной на ниве книгоиздательства, немедленно исполните то, что мы велим.

– У меня идеальный послужной список! – вспыхнула Ксения. – Я лучший редактор холдинга!

– Почему вы тогда не в центральном «Элефанте» трудитесь, а в отстойнике плаваете? – усмехнулся Волконский. – Ваша доченька сперла трубку. Ай да умница! Она может похвастаться чем-нибудь, помимо владения матом? Да девица даже неспособна виртуозно ругаться, использует пару слов, которые и быдло знает.

Ксения покраснела.

– Алиса переслала вам звуковое сообщение от супруги.

– Но телефон стырила! Поехали!

– Нет! – неожиданно громко заупрямилась женщина. – У меня рабочий день! На столе рукопись! Вернусь домой – поговорю с девочкой. Потом где-нибудь встретимся, и отдам айфон, раз уж он вам прямо ох как нужен.

На сей раз телефон из сумки вытащил не Мефодий, а я.

– Что у вас там? – спросил Зарецкий.

– Ефимкина отказывается помочь, – доложила я.

– Секунду.

– Вы с кем говорили? – побледнела Ксения.

Мой спутник украсился улыбкой. Наверное, такая появляется у змеи, когда она греется на солнце.

– Пройдет минута – узнаете.

Раздался топот. В кабинет без стука вломилась дежурная. В руке она держала трубку. Всучив ее Ефимкиной, тетка зашептала:

– Говори… Господи, что сегодня творится! Отвечай скорее! Там сам Зарецкий!

– Здрассти, Иван Николаевич, – совсем другим тоном сказала Ксения. – Да, конечно. Он просто меня неправильно понял, я…

– Я все отлично понял! – заорал Волконский. – Ваня, она нас культурно на … послала, сказала, что работу бросить не может! Книжонку редактирует, боится вовремя не сдать! …! …! …!