Фабрициус Геноа

В молчании удалялся от лекарского крыла, где оставил свое сердце. Чуть с ума не сошел, снова обнаружив мою Лану задыхающуюся на полу. Опять фиолетовые следы от пальцев на нежной коже и сильный ушиб. Ее затылок буквально полыхал болью. Утешал дрожащую рыжулю, старательно сдерживая себя, чтобы не зацеловать бледные губы, не собрать прозрачные дорожки слез с нежных щек. Нельзя, не сейчас, ведь наглый эльф внимательно наблюдает, подмечая каждую деталь. Немного придя в себя, девушка отстранилась и подняла глаза на Леоринэля. Обернулся как раз вовремя, чтобы ухватить весьма странное выражение его глаз. Будто он знал Шиану и меньше всего ожидал ее увидеть именно здесь. Интересно.

Подхватил Лану на руки и понес к целителю. На мою удачу Лаврентус еще не спал, заканчивая с очередным исследованием. Завидев свою любимицу у меня на руках, он взволнованно всплеснул руками и потребовал уложить ее на кушетку, освобождая место. Но я не мог держаться в стороне. Подошел ближе, с удивлением обнаружив Трелорина рядом. Илайя снял боль и залечил синяки, но настаивал на полном покое и выпроводил нас обоих из кабинета. Если бы он знал, как сильно я мечтал остаться там, с ней. В дверях мы столкнулись с Леонардом. А этот-то как прознал, что случилось? Хотя, здесь даже у стен есть уши и глаза. Наверняка, кто-то видел нас, вот и доложили огненному магу. Несмотря на все его старания, попасть внутрь я ему не позволил, испытывая при этом странное удовлетворение. И потом, помощь огненного будет не лишней при осмотре места происшествия. Ясно одно: на Шиану вновь напали, и мне просто необходимо знать, кто это был.

– Фабрициус, объясни мне, что сэйт тебя возьми, здесь происходит? – гневно спросил глава Тайной службы, стоило нам отойти от лекарского крыла.

– При всем моем уважении, Леоринэль, сейчас не время и не место для подобных обсуждений. Мне нужно твое профессиональное мнение по месту происшествия, позже обсудим все в моем кабинете, – жестко парировал я.

– Хорошо, – сквозь зубы отжалел он. – А этого ты зачем потащил с нами? И какого он позволяет себе фамильярности по отношению к госпоже Нарвус? – Мне бы тоже очень хотелось это знать. Но вот по какой причине это так волнует нашего ледышку-проверяющего?

– Господин Аттойя – сильный огненный маг. Он может помочь, – ответил коротко и остановился, рассматривая собственное охранное плетение, которое явно претерпело некоторые изменения. Едва потянулся к силовым линиям, чтобы разрушить схему, как вперед вышел Трелорин.

– Подожди, – предупредил он меня, – я кое-что поправил в структуре.

Кончики длинных аристократичных пальцев вспыхнули холодным голубым светом, выплетая контр структуру. Если бы кто-то захотел проникнуть внутрь и затереть следы, его бы ждал пренеприятный сюрприз. Ледяные копья, снежные вихри и даже мгновенная заморозка. Глава Тайной канцелярии не поскупился, но место происшествия было абсолютно пустым, и что-то мне подсказывало, нам и в этот раз не найти зацепок. Одна за другой ловушки Леоринэля вспыхивали, рассыпаясь искрами. Я снял свой охранный контур, и мы втроем рассредоточились по коридору, но, сколько бы ни старались, так и не смогли обнаружить никаких следов пребывания преступника, даже физических. Легкий флер магии Шианы удалось подхватить, и мне на миг почудилось присутствие магии огня. Странно, ведь девушка не обладает стихийной магией. Скорее всего это от манипуляций Леонарда. Аттойя разве что носом не пропахал эту часть коридора, пытаясь найти хоть что-то.

– Очень интересно, – мрачно протянул эльф. – Значит, некто проник в преподавательское крыло, напал на госпожу Нарвус и при этом умудрился не наследить ни на физическом уровне, ни в эфире. Вот, что я вам скажу: мне это совершенно не нравится.

Ему не нравится! Будто я от этого в восторге!

– Предлагаю пройти в мой кабинет и обсудить ситуацию, – вздохнув, произнес я.

Мы с Трелорином устроились в креслах, Леонард отошел к окну. Мне пришлось начать с самого начала, точнее, с того злополучного вечера, когда я в первый раз обнаружил Шиану на полу в коридоре преподавательского крыла. Естественно, эльфу ни к чему знать о весьма странном поведении девушки в тот момент, когда она пришла в себя. В общих чертах объяснил, что на госпожу Нарвус напали со спины и ударили по голове, что подтвердил господин Лаврентус. Она не видела преступника, а я спугнул его. И вот сегодня очередное нападение.

– Ты проверил периметр академии? – нахмурив идеальные брови, спросил Леоринэль.

– Разумеется, – поморщился я. – В первую очередь были обновлены все охранные печати, целостность самого контура не подвергается сомнениям.

– И? – нетерпеливо допытывался Трелорин.

– И ничего, – раздраженно рыкнул Аттойя, мы оба удивленно уставились на него. – О, только не надо делать вид, что ты, Фабрициус, не прикидывал варианты!

– И какие же, по-вашему, у нас варианты? – ехидно усмехнулся Леоринэль.

– Да один хуже и невероятнее другого! – бросил маг огня и устало опустился на диван. На тот самый диван, на котором я прижимал к себе мою дерзкую рыжулю. – Первый: кто-то извне сумел преодолеть защитный барьер, проникнуть в академию, напасть на Лану, – тут я уже не сумел сдержаться и зашипел, – хм, – глубокомысленно откашлялся Леонард и, понимающе так взглянув на меня, продолжил, – на госпожу Нарвус и также беспрепятственно покинуть охранный контур. Второй: злоумышленник скрывается среди преподавателей или обслуживающего персонала. И, наконец, третий: кто-то из этих избалованных девчонок мог организовать нападение.

– Организовать? – задумчиво переспросил эльф.

– Вы видели синяки на шее Ши… госпожи Нарвус? Вряд ли их могла оставить изящная женская ручка.

– Третий вариант возвращает нас к первым двум, – продолжил мысль Леонарда.

– И самое главное, господа, – зловеще произнес Леоринэль, – у нас нет мотива. С чего бы вообще кому-то желать смерти преподавательнице зельеварения?

На этот вопрос ни у кого из нас не было ответа…

Шиана Нарвус

Лицо Лаврентуса, когда я рассказала, что от меня хочет нападавший, надо было видеть.

– Я, конечно, предполагал что-то подобное, но, все же, надеялся на более мягкий вариант: выкрасть артефакт из закрытого хранилища или провести кого-то сюда через защитный барьер, но убийство... Причем не просто рядового мага, пусть и одного из сильнейших, а последнего из рода каменных змеев, хранителя печати!

– Что? Змея? Хранителя печати? О чем вы вообще? – изумилась я, приподнимаясь на узкой кровати.

– Это давняя история. Очевидцев тех событий осталось совсем немного, а уж посвященных – и того меньше. Я расскажу тебе, что знаю сам. – Горькие воспоминания вновь напомнили о себе, заставляя целителя скорбно опустить плечи. – Очень кстати объявился сам глава Тайной службы.

– Где объявился? – спросила непонимающе.

– Так в академии. Ты уже видела его. Он пришёл вместе с тобой и ректором, – объяснил Илайя.

– Это тот невероятный красавчик? – удивилась я.

– Да, он самый, – хмыкнул целитель. – Думаю, лучшее, что мы можем сделать, – это сообщить ему все. Правда не думаю, что смерть Шианы и переселение иномирной души получится сохранить втайне.

– Чем мне это грозит? – хрипло спросила целителя. Я уже поняла, что дело приобретает крайне серьезный оборот. Как бы я ни стремилась решить проблему сама, у меня ничего не выйдет.

– Не знаю, девочка моя, не знаю, – расстроено покачал головой Лаврентус. – Я пойду с тобой, поддержу тебя. Только умоляю, не оттягивай этот разговор. Одни боги ведают, к чему все это может привести. Не просто так планируют убрать ректора.

– Ты сказал, что он – последний из рода каменных змеев, – напомнила ему. – Что именно ты имело ввиду?

– Фабрициус – потомок древнейшего и прославленного клана. У него есть магический зверь, связанный с ним навсегда. Мудрая и невероятно сильная сущность, живущая в нем и являющая себя, когда это необходимо.

– Постой, подожди немного… – растерялась я и приподнялась на кровати, подтягивая колени к груди. – То есть он при случае может превращаться в змею?

– Не в змею, а в змея, – менторским тоном поправил меня Илайя. – Ему подвластна земля и камни.

– Только этого мне не хватало. Хвостатый имеет на меня виды, – нервно хохотнула в ответ.

– Если змей проявил интерес, значит он, наконец, сделал свой выбор, – философски пожал плечами Лаврентус.

– Какой еще, к черту, выбор? – взвилась я. – А меня он не хочет спросить? Может, в вашем проклятом мире кто-то все же поинтересуется моим мнением? – Мои взвинченные до предела нервы грозили не выдержать, сталкивая измученный организм в некрасивую истерику.

– Понимаю твое состояние, девочка, но неужели ты и впрямь считаешь, что весь наш мир должен крутиться вокруг тебя и твоих желаний? – жестко осек меня целитель.

– Я не из тех, кто легко смиряется с собственной участью, – буркнула в ответ недовольно.

– Посмотри на это с другой стороны, – мягко заметил целитель. – Может, эта самая участь не так уж и плоха. А теперь отдыхай. Все вопросы завтра.

Илайя провел ладонью перед моим лицом, привычно озаряя зеленым светом своей магии. Веки мгновенно потяжелели и закрылись. Пожалуй, он прав, что усыпил меня. Но даже во сне мне не было покоя.

Полумрак просторной комнаты с поистине огромной кроватью. На шелковых простынях сплелись двое. Узкие бедра мужчины мерно двигались. Водопад таких знакомых белоснежных волос скрывал от меня личность женщины. Лишь длинные стройные ноги были широко раскинуты. В воздухе разлит аромат страсти. Он что-то хрипло шептал своей любовнице, но слов не разобрать. Подошла ближе и ахнула. Это были Шиана и Леоринэль. Щеки девушки заливал румянец смущения, тонкая хрупкая ладонь прикрывала глаза. Она повернула голову набок и в смятении прикусила губу, а прекрасный эльф с затуманенным страстью взглядом исступленно целовал нежную шею, щеки. Уверена, что сейчас в постели с главой Тайной службы была именно Шиана, не я. Ее память вот так решила напомнить мне об этом мужчине.

Интересно! И как же ты так вляпалась?

Роскошную спальню заволокло туманом, и я вновь увидела Шиану, только на этот раз в небольшой лавке. На стеллажах были расставлены различные флакончики, баночки, коробочки. У прилавка стоял почтенный маг-зельевар. Эльф зашел туда по долгу службы, чтобы побеседовать с владельцем, и сразу приметил рыженькую хорошенькую девушку. Зацепила чем-то. Одни боги знают почему, но он стал ходить в маленький магазинчик и постепенно приручал скромницу-Шиану. Девушка была увлечена, а эльфу это льстило. Он искусно играл в любовь, заверяя в самых честных намерениях, но при этом так и не открыл ей, кто он на самом деле. Леоринэль искусно соблазнял девушку. В один из дней Шиана согласилась. Он забрал ее невинность. Признаться, сделал все красиво, а потом исчез. Девушка горевала. Долго не могла прийти в себя, но потом справилась, просто запретив себе чувства. На первое место вышел долг. Теперь мне стало ясно, отчего умная и красивая девушка поставила крест на мечтах о собственном счастье, посвятив себя заботам о младшей сестре и любимому преподаванию. И вот теперь этот красавчик снова врывается в ее, теперь уже в мою, жизнь.

Распахнула глаза и рывком поднялась на постели. Чувствовала себя совершенно разбитой. Настроение скатилось в минор. Яркая золотая кромка местно солнца едва показалась над лесом. Лежать в маленькой палате и дальше не было никакого смысла. Мне нужно остаться одной и немного подумать.

В лекарском крыле по случаю слишком раннего часа царила тишина. Илайи также не было видно. Потихоньку вышла в общий коридор и едва не завопила от страха, услышав мелодичный голос:

– Светлого утра, Шиана. Как вы себя чувствуете?

Недовольно взглянула в безмятежное идеально-прекрасное лицо, необыкновенные иссня-зеленые глаза и раздраженно буркнула:

– Благодаря вам, господин Трелорин, много хуже.