Ждан проснулся от шума голосов, доносившихся с улицы. Сначала он не придал этому значения, но, когда звуки стали громче, он нехотя повернулся на бок и приоткрыл глаза. Комнату уже залил мягкий утренний свет. Занавески на окне едва шевелились от лёгкого ветерка.

Ждан зевнул, потянулся и нехотя встал с кровати. Подойдя к окну, он распахнул шторы и выглянул на улицу.

У дверей кондитерской толпилась целая компания детей. Они переминались с ноги на ногу, заглядывали в окна, оживлённо переговаривались и нетерпеливо постукивали по деревянному крыльцу.

Ждан быстро оделся, на ходу застёгивая пуговицы на рубашке, и поспешил вниз – он хотел помочь Лили. Но когда он зашёл в кондитерскую, его шаги замедлились. Лили уже не нуждалась в его помощи.

За прилавком хлопотали трое ребят.

Девочка с двумя длинными рыжими косичками, забранными в ленты, ловко раскладывала печенье в бумажные пакеты. На фартуке её уже красовалось несколько пятнышек от муки, а на щеке виднелось крошечное шоколадное.

Высокий мальчик с тёмными волосами и задумчивым взглядом помогал завязывать пакетики с хлебом, аккуратно расставляя их в плетёные корзины. Он работал неторопливо, но сосредоточенно, проверяя, чтобы каждый пакет выглядел идеально.

Второй мальчик, пониже ростом, с вихром на макушке и весёлым выражением лица, раскладывал свежие булочки на прилавке. Он умудрялся одновременно помогать и болтать с детьми, уже собравшимися в кондитерской.

Ждан нахмурился. Лили его даже не ждала. Она стояла за большим столом, посыпая сахарной пудрой тёплые круассаны. Завидев его, Лили радостно улыбнулась.

– Доброе утро, Ждан! Познакомься, это Рита, Марк и Артём.

– Угу, – буркнул он, пряча руки в карманы.

Рита тут же кинула в адрес Ждана маленькую ухмылку.

– Ой, кто это у нас такой сердитый с утра?

– Не твоё дело, – огрызнулся он.

Рита только хихикнула.

Марк и Артём переглянулись.

– Ты у Лили живёшь? – спросил парнишка повыше ростом, кидая кроткий взгляд на новенького. Его имя Марк.

Ждан кивнул.

Артём присвистнул:

– Вот повезло!

Лили, не обращая внимания на их разговор, сняла фартук и передала его Ждану.

– Помоги ребятам, а я пойду проверю, как там хлеб.

Ждан нехотя надел фартук и занял место у прилавка. Дети начали тянуться к прилавку один за другим.

Кто-то нюхал хлеб, закрывая глаза и наслаждаясь его ароматом.

Кто-то смеялся и тут же откусывал ещё горячий кусочек от любимой булочки.

Кто-то торопливо совал покупку в карман, чтобы потом незаметно съесть её по дороге.

Маленькая девочка в синем платье отломила корочку и довольно зажмурилась.

– Как всегда самый вкусный! – объявила она.

Ждан наблюдал за этим молча. Он видел, как лица детей озарялись, стоило им взять в руки булочку хлеба. Их глаза вспыхивали радостью, с уст не сходили улыбки и слова благодарности.

Маленький мальчишка прижимал тёплую булку к щеке, словно она была не едой, а чем-то родным и уютным.

Сам Ждан всё так же стоял хмурый, выдавая покупки без особого энтузиазма.

Рита смотрела на него прищурившись, а потом засмеялась.

– Съешь булочку – и станешь добрее!

Ждан даже не взглянул на неё.

Марк покачал головой:

– Да ладно тебе, Рит, не приставай. У него, видимо, с утра всегда такое настроение.

Ждан резко повернулся к нему:

– Ничего подобного.

Артём усмехнулся:

– Правда, а ты всегда такой?

Ждан поморщился.

– А вы всегда тут крутитесь?

– Скажешь тоже! – Артём покачал головой. – Мы, когда успеваем, помогаем Лили.

Ждан не понял.

– Когда успеваете?

Артём пожал плечами.

– Ну, если не проспим. А если проспим, то она справляется одна.

Рита добавила, сияя:

– Но мы стараемся вставать раньше и помогать. Нам нравится.

Ждан снова посмотрел на улыбающихся ребят. Нравится? Он никак не мог понять, что в этом может нравиться. Но, глядя на довольных детей, которые радовались тому, что просто находятся здесь, он почувствовал нечто странное.

Как будто…

Как будто он здесь тоже был на своём месте.

Ждан заметил, что уже не морщится от звуков, не дёргается от громкого смеха, не вздыхает сердито, когда кто-то из ребят подталкивает его локтем, подавая покупателю свёрток.

Работа его затянула.

Сначала он передавал бумажные пакеты, потом стал сам заворачивать булочки. К самому разгару утренней суеты Ждан ловко выкладывал на прилавок румяные багеты и круглые буханки с хрустящей корочкой.

Рита, не переставая болтать, ставила кексики в бумажные корзинки. Она делала это так аккуратно, чтобы кексы обязательно смотрели друг на друга. «Так им не будет скучно!» – пояснила она.

Марк методично проверял, хватает ли у каждого сдачи, аккуратно поправлял мешочки с печеньем. Он настоящий перфекционист и любит, чтобы порядок был во всём.

В это время Артём рассказывал мальчишке, как однажды, перепутав мешки, он вместо сахара высыпал в тесто целый килограмм соли – «Лили тогда не ругалась, но я понял, что глаза у неё всё равно чуть дёргались!» – и размахивал руками, пересыпая в корзины ароматные булочки.

Ждан слушал, молча улыбался. История с солью вместо сахара имела место быть и в его кулинарной практике. Он активно работал, и чем больше делал дел, тем меньше оставалось в нём злости.

Когда последний посетитель вышел, дверь с тихим звоном закрылась. В кондитерской наконец стало тихо.

Лили вытерла руки о фартук, утёрла лоб.

– Ну, вот и всё! Отлично справились.

Ждан огляделся. Прилавки почти пустые. Столы чистые. Крошки подметены. В воздухе витает запах свежего хлеба и карамели, а в груди разливается тепло.

Он почувствовал усталость, но она была такой приятной.

Лили хлопнула в ладоши:

– Ну что, помощники, теперь завтракать!

Рита подпрыгнула, захлопала в ладоши:

– Ура! Я проголодалась!

Марк усмехнулся, покачал головой:

– Как всегда.

Артём подмигнул Ждану:

– Вот увидишь, у Лили завтрак – это не просто еда.

Ждан хмыкнул, но впервые за всё утро не стал возражать. Он просто пошёл вслед за остальными.

И даже не заметил, что больше не чувствует себя чужим.