…видит меня насквозь…

Витриция

– Тебе нужно отдохнуть, девочка. – На мои плечи ложатся костлявые руки, чуть отводя назад. Нет, рано, еще немного. Я же просто хочу помочь…

– Витриция! Довольно, – одергивает меня брат, возвращая к реальности. Я убираю руки от засохшего деревца, над которым трудилась с самого утра. Но чем больше я старалась, тем меньше толку. Мои силы словно иссякли. Может, они правы, мне действительно следует отдохнуть. Или я и слишком самонадеянно решила, что могу быть Проблеском.

Злость на саму себя не дает мне сосредоточиться на деле. Сколько я уже не спала? Два дня, три?

Если я не буду работать и развивать свой дар, день за днем, шаг за шагом, то я просто сойду с ума в этой Башне Ночи, в темной школе магов. Здесь нет понятия дружбы или поддержки, здесь каждый хочет стать лучшим силомантом. И все же они не могут отрицать мой дар и мое предназначение. Как же я рада, что мы с братом нашли друг друга среди этой тьмы. И Бено, он все еще так слаб… Иногда сила совершенно поглощает его, превращая в дикого зверя, не способного мыслить разумно.

Его держат в цепях большую часть времени. Но пока я здесь и делаю то, что им нужно, они не тронут его. Не избавятся от него, как от тех силомантов, в которых они видят изъян, – а значит, путь для тех, кого все так страшатся. Стратумов.

При одной мысли о них меня снова колотит. Лишь Бено мог унять мои страхи. Он был рядом, а теперь я должна ответить ему тем же и быть рядом с ним. Настолько, насколько это возможно, ведь наши силоцветы теперь отталкивают нас друг от друга, позволив провести лишь одну-единственную ночь вместе.

В Башне Ночи мне объяснили, что с возрастом это чувство будет лишь усиливаться. Мы физически не сможем быть вместе, так что об этом стоит забыть. Но сначала нам нужно вернуть себе силу, власть и независимость от школы магов. Я не хочу быть их послушной собачкой. Но, чтобы вернуть себе королевство, мне все же придется сделать так, как они велят.

Отправиться в Храм и пройти испытания Проблеска.

Погружаю руки в воду, это всегда помогает мне восстановить силы.

– Вита, так нельзя, – подхватывает меня Марциан, когда я пытаюсь встать, но тут же падаю обратно. – Я запрещаю тебе столько работать.

– Принц, если вас впустили сюда, это не значит, что вы можете тут указывать, – говорит моя наставница, магистри Капия, силоцвет которой – небесный хрусталь – может заряжать энергией различные предметы. Как, например, миску с водой. Ее дали мне в пару, чтобы мои силы могли восполняться. Правда, этого хватает ненадолго. Эта женщина мне абсолютно не нравится, но я начинаю понимать и чувствовать связь камней, как видела эти нити прежде при исцелении. Энергии силоцветов действительно находятся в противодействии. Думаю, магистри Капия тоже не слишком довольна, но силоманты в первую очередь учатся терпению и выносливости.

– Все хорошо, брат. Мы движемся в нужном направлении. Думаю, что к испытаниям в Храме я смогу совладать со своим даром и покажу себя достойной называться Проблеском в эти темные времена. – Поворачиваюсь к магистри: – Если позволите, я бы хотела на свежий воздух. Мне слегка дурно.

– Да, принцессе действительно стоит больше отдыхать, – говорит магистри Капия, – а вот вам, принц, тоже не помешало бы ходить на занятия. Вы еще толком не показали нам своих сил. Мы дали вам достаточно времени, так что лучше вам заняться собой, а не Витрицией.

И хотя я рада встрече с братом, но он мне явно чего-то недоговаривает. Особенно когда я спрашиваю его про Ирис.

– Марциан, проводи меня, пожалуйста, – говорю я, и мы покидаем учебные комнаты.

Возле Башни Ночи разбит чудесный сад, где благоухают диковинные цветы, которых я никогда не видела. Здесь я отдыхаю по вечерам, слушая пение ветра – ни птиц, ни даже сверчков здесь не слышно. Возможно, это маги истребили всех в своих вечных попытках совершенствовать дар. Словно двойник этого сада здесь растянулась огромная пустошь к северу от Башни, где выжжена земля и иссушены все деревья. Оттуда я и принесла того бедолагу, которого пыталась спасти в учебной комнате магистри Капии.

Когда мы выходим наружу и погружаемся в ночь, я разворачиваюсь к брату, беря его за руки. Те чуть заметно дрожат. Произошедшее в Диамонте никого из нас не пощадило.

– Брат, у меня есть план, – шепчу я ему, надеясь, что никто нас не услышит. – И для этого ты должен навестить Бено. Меня к нему вряд ли пустят, да и силоманты не будут слишком рады такому… Но мне нужно получить его согласие, чтобы мы могли совершить задуманное.

– О чем ты, Витриция? – На лице Марциана отражается сомнение. – Согласие на что?

– Чтобы жениться на мне. Хочу, чтобы мы тайно обвенчались до того, как я отправлюсь в Храм. А после мы заявим свои права – и не только на Диамонт.

– Ты с ума сошла, Витриция! Не слишком ли большой кусок ты решила отхватить?

– Марциан, я и есть тот самый легендарный Проблеск. Я могу исцелять, могу возвращать к жизни, понимаешь? Я поведу за собой армию. И я хочу сделать это как королева, у которой есть король. Я сама создам мир, в котором мы будем жить. И я очень надеюсь, что ты будешь рядом со мной.

– Значит, меня ты в качестве правителя не видишь, – усмехается Марциан. – И это при том, что отец готовил меня в наследники.

– Все гораздо серьезнее, брат. И я не хочу, чтобы ты пострадал. Я так боялась своего дара, что отвергала его. Но теперь я превращу его в оружие. Так ты передашь мою весть Бено? Пусть он продержится еще немного, скоро все изменится.

Ирис

Из телохранительницы я вдруг превратилась в изнеженную принцессу, диковинку принца Дармонда. Дракон навещает меня каждый день, приносит все новые книги, потому что читаю я слишком быстро. В один из таких дней я нахожу рядом со стопкой книг несколько листов чистой бумаги и перо. Должно быть, Дармонд заметил мое желание что-то начертать или переписать из книг, а я с радостью возвращаюсь к привычному мне занятию. Это помогает избавиться от навязчивых мыслей о Призраке. Но пусть он занимается своей миссией, а я своей. Лучше нам и вовсе не пересекаться.

С Аоми мы каждый день обдумываем, как нам заполучить аметист, который я заметила в кабинете дракона. Все идеи Аоми кажутся мне абсурдными, особенно мысли о том, как опоить дракона, соблазнить дракона, умертвить дракона.

Не знаю, почему мне так претит последнее – я видела, на что был способен Дармонд, как он обращался с жителями Астры. Он действительно представляет собой угрозу, к тому же, как мне поведала Аоми, он собирается заключить союз со стратумами. Мы не можем задерживаться в Астра-мее долго – после такого союза никто не знает, чего ожидать. Как это изменит расклад сил в Магиваррии?

Самое лучшее решение – применить меч Призрака и под прикрытием невидимости забрать камень. Но нужно дождаться подходящего момента.

Тем временем я подыгрываю Дармонду в его ухаживаниях. После того поцелуя он вел себя более чем галантно. По утрам меня ожидают на балконе букеты свежих цветов, к которым я все же боюсь притрагиваться, – цветы до сих пор вызывают у меня страх, будто они своим увяданием могут обнажить мою тьму. Меня балуют вкусной едой, обязательно в красивой посуде и украшенной веточкой какого-нибудь диковинного растения или россыпью кристаллов. Эддар приносит все новые отрезы тканей, предлагая сшить наряды для выхода в свет вместе с принцем.

Все это кажется слишком неправдоподобным – так непохоже на всю мою жизнь до этого момента. А все потому, что обо мне заботятся. Я не вымаливаю внимание к себе, не пытаюсь быть лучше, чем я есть на самом деле, и все-таки темно-бордовые глаза принца искрятся неподдельным интересом и даже восхищением.

Из всех книг меня больше всего привлекло руководство по использованию карт Арот: помню, как видии из Сколастики пробовали различные расклады на будущее. Некоторые на досуге просто пытались понять, какой жених им достанется (будет ли это принц Марциан или нет). Мне и без гаданий было понятно, что принца мне не видать. Но сейчас карты все больше манят меня. Дармонд упомянул, что его невеста умела видеть по картам будущее. Была ли она видией? Могут ли драконы предсказывать судьбу? Однако оставленное ею пророчество и мой сон намекают на то, что все не случайно. Что такого увидела принцесса Астра, что оставила своего любимого и полетела навстречу верной смерти?

Она знала, что умрет. Но ничего не изменила.

И этот вопрос мучает и меня: должна ли я менять свою судьбу или мне нужно просто довериться знакам.

Открываю книгу с ее потрепанными желтыми страницами, внутри изображены фигуры с надписями: Маг, Сила, Звезда, Башня… Все эти слова отзываются в моей душе, но я не могу понять их значения. Перерисовываю себе на листы все названия, стараясь разобраться. Меня не покидает чувство, что эта колода ждала меня, и если я действительно научусь толковать переплетения этих символов, то обрету ключ к истине.

Пробую расклад на ближайшее будущее, чтобы посмотреть, что принесет союз Дармонда и стратумов. Черные глянцевые карточки сверкают в моих ладонях, как драгоценности.

– Я все это время переживал, что тебе снова плохо, а ты тут картинки рассматриваешь? – доносится с балкона знакомый мне раздражающий голос.

– Разве тебе не нужно заниматься своей миссией, а не подглядывать за девушками? – фыркнув, говорю я и собираю карты в колоду, так и не глянув значение расклада в книге, однако символы запечатлелись в моей голове, и может я нарисую их позже, когда прогоню этого нежданного гостя.

– Я как раз этим и занимаюсь. Вдруг ты и есть моя миссия? – шутливо говорит Призрак в свойственной ему манере.

Призрак отводит в сторону развевающуюся ткань и перемещается с балкона в комнату. Он все еще красуется в облике головореза, но я вижу его настоящего под всей этой магией, которой его кто-то опутал. Широкие плечи и грудь обнажены и покрыты сверкающими синими татуировками, которые оттеняют серые глаза. Его руки, как и всегда, скрыты перчатками, кожаные брюки посажены так низко, что я вижу рельеф мышц его пресса.

И мне все равно, правда, убеждаю себя я.

Кто на это поведется? Какая-нибудь наивная девчонка?

Каким бы красавчиком он ни был, гораздо важнее его поступки. И в этом он провалился по всем пунктам.

– И что же привело тебя ко мне? – усмехаюсь я, поднимаясь ему навстречу. – Что еще ты хочешь у меня украсть? Разве ты забрал недостаточно?

Сегодня я облачена в черное платье с откровенным декольте и разрезом на бедре из слишком легкой ткани. Мои огненные волосы забраны в высокий хвост. У дракона свои пикантные вкусы в нарядах. Призрак осматривает меня с головы до ног и морщится.

– Так ты теперь наложница дракона? – спрашивает он, игнорируя мой вопрос. И от этого на сердце больно. – Или его служанка? Кого ты здесь из себя строишь?

– Как ты смеешь мне что-то говорить! – рычу я. – Мне стоит напомнить, какой ты оставил меня? Ты думаешь, что явился тут передо мной, а я что, в обморок должна упасть? Дармонд в сто крат лучше тебя!

– Ты не ответила на мой вопрос, Ирис.

Будто он отвечает на мои.

– Искра! – поправляю я.

– Да хоть Изумрудная Саламандра, демон тебя побери!

Он подступает ко мне еще на шаг.

– О чем ты пришел поговорить? О миссии? Хорошо. Слушаю. – Я складываю руки на груди и поджимаю губы.

Его руки сжимаются и разжимаются в кулаки. Я выше задираю подбородок. В этом наряде я чувствую себя крайне уязвимой.

– Мне нужен обратно мой меч, – сквозь зубы говорит Призрак. Наглец!

– Ааа… вот в чем дело. Но какая мне разница! Может, он уже в сокровищнице Дармонда… Мне этот меч больше не нужен! А Дармонд готов подарить мне любое сокровище из своей коллекции!

– Да что ты! Может, он тебе и полмира в придачу подарит, когда они со стратумами его завоюют. Только, боюсь, Ирис, от этого мира, что мы знаем, ничего не останется.

Он подходит еще ближе. Я готова нападать… или бежать. Куда мне деться от его пронзительного взгляда? Призрак видит меня насквозь, и меня это выводит из себя.

Я обхожу его и сама следую на балкон, останавливаясь возле корзины с огромными красными цветами. Делаю глубокий вдох. Небо окрашивается в закатные тона, на фоне которых цветы кажутся кровавыми.

– Значит, и цветы тебе не понравились? – вдруг спрашивает Призрак у меня над ухом. – Это ведь те самые розы, привезенные сюда с Прима…

– Что? – резко разворачиваюсь я. – Ты помогал Дармонду выбирать для меня цветы?

– Милая попытка меня уколоть. – Лицо Призрака искажается будто от боли. Но разве может его каменное сердце болеть? – Ты действительно решила, что это он?

– Нет, конечно, подумала, что это мой бывший… э… любовник! Вдруг вспомнил былое и захотел как-то загладить вину! Но как можно закрыть цветами ту рану, что ты оставил на моем сердце? Знаешь, это не царапинка, которую можно полечить подорожником!

Не в силах находиться рядом с ним, я подбегаю к парапету и смотрю вниз – как же высоко! А если спуститься прямо по этой лестнице на уровень ниже? Просто чтобы позлить Призрака.

Когда я устремляюсь к лестнице, Призрак окликает меня:

– Куда ты собралась? Мы не договорили.

– Я не собираюсь с тобой разговаривать.

От высоты у меня захватывает дух, я цепляюсь за перила и начинаю спуск.

– Ты ненормальная, – кричит мне вслед Призрак.

– А ты мерзавец!

– Рад это слышать!

Закусив губу, я делаю несколько неуверенных шагов вниз. Призрак у меня на хвосте, чтоб его!

– Если ты будешь падать, кто-то должен схватить тебя за шкирку, – кричит он.

– С чего ты взял, что я упаду? Ай… – В этот момент я действительно оступаюсь, а Призрак хватает меня за предплечье.

– Пусти…

Я вырываюсь и продолжаю свой безумный спуск, молясь о том, чтобы не упасть. Добравшись до цели, я тут же ныряю в проем, который ведет на другой уровень башни.

– Ты поиграть в догонялки со мной решила? А вроде бы обещала послушать! Как по-детски, Ирис!

Я застываю на месте, окруженная мебелью под белой тканью и пыльными предметами интерьера. Это помещение напоминает причудливый склад забытых вещей. Сквозь узкое оконце внутрь струится свет закатного солнца, приземляясь в самом центре и разделяя нас с Призраком. Мы стоим друг напротив друга, ловя ртом воздух, а между нами кружатся пылинки, как еле видимые следы нашего прошлого.

– Искра… – рычу я, сжимая легкую ткань своей юбки. Жаль, я не могу превратить Призрака в камень одним своим взглядом! Чтобы он больше никогда не смог разбить мое сердце.

Он делает шаг вперед, ступая в луч света. В сиянии этого алого солнца его глаза похожи на серебристые волны, в которых растворяются огненные искры. Я выставляю перед собой руку, будто предупреждая Призрака не подходить ближе. Но он все же идет дальше, пока моя ладонь не упирается ему в грудь. И тогда он обхватывает ее своими руками и рывком тянет меня на себя. Его ладонь следует по моей спине, грубая перчатка царапает шелковую ткань, посылая мурашки по позвоночнику.

Призрак запрокидывает мою голову, без лишних нежностей дернув за эти непослушные светящиеся волосы. Я не отрываю взгляда от его глаз. А в моих глазах он ничего не сможет разглядеть…

Его лицо совсем близко, он склоняется надо мной и шепчет мне в губы:

– Для меня ты всегда будешь фиалкой…

Наши губы находят друг друга быстрее, чем в голове собираются какие-то никчемные мысли. Это столкновение двух сил, двух миров, двух жизней, которым не суждено стать одной.

И последние обрывки разума Призрак забирает вместе с этим отчаянным поцелуем. Мои руки сами ложатся ему на плечи, впиваясь в кожу так сильно, будто я заявляю свои права на него. Пусть это даже не так. Это совсем не так.

Он стискивает мою талию, подхватывая меня слишком легко, и делает шаг вперед, усаживая на какой-то старинный комод, прикрытый тканью, припечатывая меня к стене. Мои ладони исследуют его плечи, шею, чуть колючий подбородок и гладкий череп – что совершенно непривычно.

Но разве не могу я притвориться, что он Булава, а я Искра, и мы два наемника? Разве это сложнее, чем изображать из себя невесту принца-дракона?

Тем более что мое тело требует свою награду. Оно так истосковалось, что я не могу противиться… Силоманты отталкивают друг друга, говорил мне Призрак, но как выяснялось, он и не силомант никакой, а просто мошенник… к которому меня непреодолимо тянет на физиологическом уровне, хотя внутри все клокочет от гнева, обиды и разбитых надежд.

Он целует меня с такой яростью и свирепством, что впору задуматься, а что же накопилось в его душе? О которой я совершенно ничего не хочу знать…

Мои ноги смыкаются у него на бедрах, и он вновь подхватывает меня, перенося к огромному круглому столу и чуть ли не бросая на него. Никакой нежности, никакого такта… Мы как двое варваров, нашедших свою добычу. Мое прекрасное платье трещит по швам, и я с силой закусываю губу, чтобы Призрак не услышал ни возгласа. Я не дам ему такой милости. Я полностью владею собой…

– Ох…

И все же. Я пыталась.

Не знаю, когда он успел снять перчатки, но его ладони теперь касаются моей обнаженной кожи, оставляя на ней огненные следы.

Я провожу ладонями вниз по плечам Призрака и ниже, стискиваю его запястья, будто пытаясь оттолкнуть, но он словно монолит: его не сдвинуть с места. Я хотела бы увидеть всего его, впитать взглядом… запомнить этот момент. Потому что он больше не повторится.

Я поддалась. Я получу свое. И уйду.

Его лицо прямо перед моим: Призрак хмурится, но вновь находит мои губы, целуя глубоко и неотвратимо.

Он снова ворвался в мою жизнь, забрав мое спокойствие. И я заберу его покой – я заставлю его впасть в безумие. Он будет умолять меня о прощении…

Призрак отстраняется и на мгновение нависает надо мной, чтобы посмотреть в глаза: мы оба знаем, что уже не будет как раньше. Не будет той наивности и легкости. Мы многое прошли порознь.

А дальше – больше нет границ или приличий. Наши движения слишком резкие, сумбурные, нетерпеливые. Мы и сами – хаос. Рвется ткань, бьются сердца, и на осколках былого счастья мы творим новую судьбу, и я больше не сдерживаю стонов, что срываются с губ. Впиваюсь зубами в его плечо, причиняя ему боль и в то же время пытаясь запомнить этот аромат на своих губах, на языке, аромат, что просачивается глубоко внутрь, растворяясь в моей душе, оседая там колючей пылью, от которой будет нестерпимо сделать новый вздох. Сладость и страдание, вот кто мы с ним, Свет и Тьма, в одном непостижимом клубке Предназначения.

С приходом ночи остывает и наш пыл. В комнате полнейший разгром, но мне нет до этого никакого дела. Надеюсь, что она так и останется забытым чуланом. Одно из покрывал расстелено на полу – я не помню, кто из нас успел соорудить это ложе или в какой момент мы вообще об этом подумали. Мы были слишком заняты друг другом и самими собой. Мое сердце все еще отчаянно колотится в груди, дыхание сбивается, и все же я заставляю себя сесть, подтягивая к плечам край покрывала. Кто-то из нас должен уйти первым. И я не позволю это сделать ему. Но сначала мне нужно прояснить то, что я поначалу упустила.

– Твои руки…

Он мычит что-то невразумительное, но я не поддамся этой сладостной неге, которая тянет меня обратно в его объятия.

– Твои руки, Призрак. Шрамы исчезли. Как это случилось? Кто исцелил тебя?

Он тоже садится, обхватывая меня со спины, и кладет ладони на мои согнутые колени. На его коже ни рубца, ни единого изъяна. Если это и иллюзия, то слишком хорошая, раз даже я не вижу правды.

Он молчит, я лишь замечаю, как напрягаются его безупречные руки.

– Ну ладно, не говори ничего. Не хочу знать.

Я стремительно встаю, не давая себе возможности передумать.

– Ирис… – хрипло говорит мне вслед Призрак.

– Мне пора. Рада была хорошо провести время, но дела не ждут. Ко мне скоро принц придет…

– Дракон отлучился по делам.

– Что ж. Значит, проведу эту ночь в одиночестве. – Я притворно зеваю и смотрю на остатки своей одежды. Потом заматываюсь в первое попавшееся под руку покрывало. – Мне нужно отдыхать и набираться сил.

– Отдохни хорошенько, – говорит мне вслед Призрак. – Потому что нас ждет долгий разговор.

Не желая медлить больше ни мгновения, я выхожу в ночь, возвращаясь обратно в Холодную Башню. Я начинаю понимать смысл ее названия.

Когда я возвращаюсь в спальню, меня уже ждут. Мы с Аоми обмениваемся изумленными взглядами: она лежит в моей кровати, размахивая картами Арот, как веером.

– Эффектное появление, – заявляет моя напарница.

– Я старалась, – огрызаюсь я и прохожу мимо, желая укрыться в ванной комнате. – А ты что тут делаешь? – спрашиваю я на ходу. – Тебе опасно тут появляться. Дракон уже задавал вопросы про тебя.

– Правда? – вскидывает она брови. – Но я просто изображаю тут тебя, чтобы никто не заметил твоего отсутствия.

Я останавливаюсь и вновь смотрю на Аоми. Черные волосы падают ей на лицо, из-под длинной челки сверкают фиолетовые глаза. Мы с ней сейчас совсем не похожи.

– И как? Получается? Тебе удалось провести Дармонда? Может, нажала ему не на ту точку, и он потерял зрение?

– Ой как смешно, – морщится Аоми. – Я еле терплю присутствие этого дракона, между прочим, а тебе будто бы все равно. Я страдаю… но нет, здесь был не он, а его слуга. И у него действительно проблемы со зрением. Да и со слухом…

Пока Аоми разглагольствует о старике Эддаре, я все же прячусь от нее в ванной.

– Не надо благодарностей! – выкрикивает она, когда я погружаюсь в горячую воду, будто согретую дыханием дракона.

Наше с ней нынешнее различие не выходит у меня из головы, что-то такое я будто бы встречала в книгах… волосы, сияющие как день, или черные как ночь… Лучше думать о чем-то подобном, чем вспоминать прикосновения Призрака, которые до сих пор вызывают во мне дрожь.

Конечно же, черноволосая Галла! Та, которая хочет проникнуть в Магиваррию, будучи бесплотным духом. Эдна – ее сестра и полная противоположность. С помощью очищающего огня, которого так боятся стратумы, Эдна изгнала их в Сферу, где они были заточены до тех пор, пока одна глупая девчонка не разрушила эту магию.

И только Проблеск способен остановить Галлу…

Но я до сих пор не понимаю, почему Галла решила напасть на сестру, ведь у нее было все, о чем можно мечтать. Неужели власть так затуманила ей разум? Ведь когда-то стратумы жили так же, как мы, люди, возводили дома, храмы, башни… радовались, грустили, любили… Но они возгордились своей силой, решили, что они лучше других. И поплатились за это.

Я смотрю на кольцо у себя на пальце – кем бы ни был мой спаситель, он смог оградить меня от стратумов. Даже выйдя в Сферу, я не обнаружила рядом с собой теней. Магия этого кольца защищает меня, но что будет с другими?

И возможно, Призрак прав – нам предстоит важный разговор. Я должна узнать, куда он дел Символ Творения. Мама оставила величайший артефакт мне, а я отдала его первому встречному!

После ванны, я отбираю карты у Аоми и прогоняю ее из своей кровати, а сама устраиваюсь за столом. Пришло время взглянуть, что нас всех ожидает.

– Что делаешь? – интересуется Аоми, садясь напротив меня.

– Всем будет лучше, если ты не станешь меня отвлекать. Нам нужно определиться с дальнейшими действиями, и я хотела бы узнать, какой путь будет верным.

– С помощью этих картинок?

– Я в первую очередь видия, хотя всегда считала себя ненастоящей. Но теперь я в этом не сомневаюсь. Если… если со мной вдруг будет что-то не так… уходи, хорошо?

– Ты думаешь, я такая трусиха?

– За тебя я не переживаю, – с усмешкой отвечаю я. – Но не хочу, чтобы ты видела меня такой. У меня может случиться приступ.

– Хуже того, что я уже видела? – закатывает глаза Аоми, откидываясь на спинке стула.

– Это немного другое. Силоцветы придают мне сил, а видения обнажают слабость.

– Хватит уже болтать, видия, делай свое дело. Давай наконец поймем, как нам лучше всего забрать Аметист.

Набираю полную грудь воздуха, стараясь сосредоточиться. На небе уже взошла Дану, а значит, наступил идеальный момент для пророчеств и видений. Мне всегда казалось, что мои видения – это болезнь, но теперь нужно сделать из них оружие, способное защитить меня и других.

Карты Арот не расскажут мне всего, но смогут указать путь, подсветить те места в кромешной тьме, куда следует ступить. Я вытягиваю три Старших Аркана и смотрю на символы: Странник. Колесница. Башня. И еще одну из основной колоды – Королева Мечей.

Я не знаю, что должно произойти дальше. Как видии обнаруживают связи между этими символами?

– И что дальше… – словно читает мои мысли Аоми.

Хотела бы я знать. В растерянности смотрю на символы, нарисованные умелой рукой на черных карточках. Золото поблескивает, будто намекая на что-то, и я вспоминаю светящуюся чешую драконицы, которая явилась ко мне во сне. Возможно, она сама нарисовала эти карты? Пытаюсь припомнить значения, которые я вычитала из Толкователя, но все равно общая картина никак не желает складываться в голове. Я еще никогда не управляла видениями, но как никогда чувствую в себе такую силу. Ответ где-то внутри меня. И я тянусь к этому зову, что идет из самых глубин, перебирая в памяти яркие моменты прошлого, мои неудачи и поражения, но в то же время и проявления силы. Вспоминаю отца, бабушку Лирию и деда Мадьеса, сестер-видий, Эгирну… Витрицию, Бено, Марциана… Призрака.

Его лицо стоит перед моим внутренним взором, такое ненавистное и обожаемое.

Странник.

Не знаю, в какой момент прошлое смешивается с будущим. В его глазах сияют звезды, складываясь в знакомое мне созвездие Грифона. На фоне ночного неба Лорд-Призрак выделяется серебристым силуэтом, будто сотканным из сияния Дану. В его руке зажат меч с Призрачным Алмазом, который звенит и поет среди этой необъятной тьмы.

Грифон в его глазах становится отчетливее, пока сам Призрак не растворяется в туманной дымке, оставляя на своем месте зверя, встающего на дыбы. Знаю, что мне нужно укротить его, но не понимаю как.

Колесница.

Поводья сами падают мне в руки, зверь ревет, разрывая ночную тишь. Грифон несется по ночному небосводу, утягивая меня за собой. Вспыхивают звезды и гаснут, а внизу под нами простирается целый мир, бескрайняя пустыня, среди которой возвышается Клык с сияющим внутри Аметистом.

Башня. Та самая башня, в которой я нахожусь. И будто бы чуточку другая. Она принадлежит кому-то другому…

Эти черные волосы, в которых сверкают диковинные цветы… Я вижу в Башне женщину в развевающемся на ночном ветру платье, расшитом серебром и золотом. Она стоит спиной ко мне, а в ее руке зажат меч. Когда она медленно поворачивается ко мне, я вижу, что Она – неземное создание в своей первозданной красоте. Будто некая богиня, сошедшая с небес, явившаяся из самой Ночи, чтобы принести людям свет.

Когда она протягивает ко мне руку, в которой зажат кристалл, я замечаю странное – у нее разные глаза, похожие на два силоцвета. Дымчато-фиолетовый и искрящийся черный.

– Эвангелина… – говорит она, и видение рассеивается, оставляя передо мной лишь испуганное лицо Аоми.

– Твои волосы снова были черными, и не просто черными, они мерцали, как звездное небо, – говорит она. – А теперь сияют как солнце.

– Любопытно, – отвечаю я, подцепляя огненную прядь. – Но оставим эти загадки на потом. Я знаю, что нам нужно сделать. Мы заберем Аметист уже сегодня!