Замуж меня отдали рано. Едва мне исполнилось семнадцать, а я уже была обещана мужчине, который был старше меня на двенадцать лет.

Майрон был бастардом Али-паши Янинского, он принял трон в 1824 году через два года после казни отца и троих его сыновей.

В родительском доме будущего мужа описывали суровым и твердолобым воином, не поддающимся эмоциям и слабостям. Но такова участь женщины в моё время: быть тенью мужчины, родить ему наследника, беспрекословно исполнять все его желания. Нас вместе с первыми шагами учат идти за своим мужчиной, с первыми словами говорить ему о любви, даже если её нет в сердце. Я воспитывалась в строгости, мои родители верили, что подобрали мне лучшую партию.

Мечтала ли я стать чьей-то женой? Нет. Я мечтала о свободе. Жить, где хочется и как хочется мне. Любить того, кого выбрало сердце. Иметь это право выбора. Будь то платье или человек. Я исправно выполняла все свои обязанности, но без удовольствия. Просто потому, что я должна была делать, а не потому, что мне этого хотелось.

Отец как-то пошутил, что я родилась не в то время. Говорил, что в будущем будет иначе. И я зацепилась за его слова. Когда матушка была недовольна тем, как я выполнила то или иное поручение, она злилась, могла даже дать мне пощёчину, но вместо того, чтобы злиться на неё в ответ, я крепко сжимала зубы и утешала себя словами отца: ты родилась не в то время. Я до конца не понимала смысла сказанного, но чувствовала, что это было про меня.

Меня продали будущему мужу. Что я могла испытывать к человеку, который купил меня, как вещь на аукционе? Он просто заплатил самую высокую цену моей семье. Я и чувствовала себя его вещью.

Но когда я впервые увидела глаза Майрона, я испытала что-то граничащее с влюблённостью, о которой знала лишь из книг, что читала втайне от матушки. Будущий муж не казался суровым и твердолобым воином, не поддающимся эмоциям и слабостям, каким его описывали — он смотрел на меня не как на предмет, в его взгляде читалось уважение. Уже в первую встречу между нами проскочила искра, которая была символом чувств.

В ночь, в которую Майрон лишил меня невинности, я переродилась. Стала старше на одну жизнь. Во мне открылся дар, который разрушал моё сознание, но был слишком сильным, чтобы я могла сопротивляться.

Я не полюбила своего мужа — я вспомнила из прошлой жизни, как уже любила его. А вместе с любовью обрела «третий глаз», который мешал мне смотреть на мир вокруг прежним взглядом. Я видела людей насквозь: распознавала ложь среди тонкой правды, если таковая вообще имелась. Легко отличала хорошего человека от плохого, потому что слышала не только слова, но и мысли.

Это не упростило жизнь, а наоборот — сделало её тяжёлой и мучительной. Мне открывались души, заточённые в красивых телах.

Я вспомнила свою прошлую жизнь и увидела своё будущее. Знала, чем поплачусь за грех, которому поддалась моя душа в предыдущей реинкарнации.