Вернемся немного назад. Почему Западный Берлин несколько раз едва не становился причиной ядерной войны? Почему Германия после войны была разделена и какие завалы истории пришлось разгребать Брежневу и Брандту?

Иосиф Виссарионович Сталин озвучил свой план по послевоенному устройству Европы за 25 лет до описанных событий, в марте 1943 года, на секретном совещании в министерстве иностранных дел. Согласно плану, после победы союзников на карте должна была появиться единая Германия.

Сталин пришел к твердому выводу, что раскол Германии – не в интересах Советского Союза, ведь после войны на мировом рынке у Соединенных Штатов не будет конкурентов и они станут экономическими монополистами. Единственным государством, которое могло составить конкуренцию, была Германия.

В том же, 1943 году на Тегеранской конференции Уинстон Черчилль вручил Сталину рыцарский меч как высший символ доверия. Однако уже через несколько дней от нашей разведки пришло сообщение о тайной беседе Черчилля с одним из послов. По мнению премьер-министра, главным противником после победы станет Советский Союз, а Германия должна быть поделена.

Сергей Кондрашов, генерал-лейтенант, начальник германского отдела внешней разведки КГБ СССР имел непосредственное отношение к этой шифровке. По его словам, она вызвала недоверие: мол, как же так? Только что вручен рыцарский меч – и буквально через две недели такое заявление главы английского правительства! Позже был вызван генерал Иван Агаянц, резидент в Тегеране, который получил похожую информацию из собственного иностранного источника. Сведениям так и не поверили, но возникла «определенная настороженность».

Тревожная информация поступала и из Лондона, и из Вашингтона. Еще шли кровопролитные бои, а планы новой войны уже принимали конкретные очертания. Советский Союз находился в очень сложном положении. Страна обескровлена, а значит, задача советской дипломатии – не дать втянуть себя в конфликт с союзниками. Многое зависело от последней встречи лидеров трех держав в Потсдаме. К этому моменту во главе США уже стоят Гарри Трумэн.

В Потсдаме, улучив момент, Трумэн шепнул Сталину об атомной бомбе, созданной в США. Тогда все произносилось шепотом. Но старт новому переделу мира уже был дан, и в этом списке первой оказалась Германия.

Одним из главных советников тогдашнего нового президента США Гарри Трумэна был адмирал Уильям Леги. У него в портфеле, как знал Сталин, лежал план разделения Германии на несколько государств. Но советский генсек в самом начале обсуждения будущего Германии твердо обозначил свою позицию: он был против раскола. Проект из портфеля на стол переговоров не лег. Более того, Сталин на Потсдамской конференции потребовал обращаться с Германией как с единым политическим и экономическим целым, о чем свидетельствовал Валентин Фалин.

Архивы российского МИДа хранят десятки документов, подтверждающих твердое желание Советского Союза сохранить Германию единой. Москва предлагала создать общегерманскую администрацию железных дорог, общие политические партии и профсоюзы. Надо ли говорить, что в сложившейся ситуации вряд ли можно было надеяться на то, что к власти в единой Германии придут коммунисты.

5 апреля 1945 года открылось Московское совещание министров иностранных дел. От США в конференции принимали участие госсекретарь Бернс и посол Гарриман. Неожиданно для всех Молотов заявил о готовности СССР выполнить все требования, выдвинутые США.

Речь шла, прежде всего, о принципах оккупации Германии, допуске союзников к управлению в Восточной Европе, а также об общих подходах к ООН и будущей структуре Совета Безопасности. Для американской делегации это был настоящий триумф. Через несколько дней госсекретарь Бернс вернулся в Вашингтон и в своем радиообращении к нации заявил о том, что Советы уступили все. Столь дорогую цену Сталин заплатил за призрачную возможность вернуться к решению вопроса о единой Германии.

Особый план был разработан и в отношении Франции. Невероятно, но для того чтобы заполучить в союзники де Голля, Сталин пожертвовал святым. Специально для Франции он отменил главный коммунистический лозунг: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» До осени 1947 года Коммунистическая партия Франции следовала советам из Москвы и всячески препятствовала реализации требований французских профсоюзов. Но потом это прекратилось по решению Сталина.

Причина столь странного решения проста: Франция переживала кризис, а «германский вопрос» отчасти зависел от президента Франции. Именно поэтому Сталин предложил де Голлю тайный обмен: французская компартия прекращает забастовки, а де Голль меняет свою позицию по германскому вопросу.

В чем заключался советский план создания единой Германии? Быть может, Сталин видел Германию социалистической? Быть может, он вынашивал планы создания колхозов, национализации промышленности? Нет. Удивительным образом истинный план Советского Союза оказался прямо противоположным. Посмотрим на документы.

В советском проекте мирного договора с Германией написано: «Мирный договор должен гарантировать создание суверенного германского государства». «Суверенитет» – главное требование СССР. Но это еще не все. Читаем дальше: «Договор должен предусмотреть вывод с территории Германии всех иностранных войск и ликвидацию иностранных военных баз».

На сегодняшний день этот документ – настоящая сенсация, увы, запоздавшая почти на полвека, однако появление такого документа объяснимо. Советский Союз, обескровленный войной, не мог выдержать открытого военного противостояния в Европе. А значит, именно такая Германия, свободная от чужого военного присутствия, была единственным способом выживания.

В то же самое время бывшие союзники в нарушение Потсдамских договоренностей втайне начали вооружать Западную Германию. Разведка получала все больше доказательств ремилитаризации. Западной Германии, вопреки всем договоренностям, уже было уготовано место в НАТО. Так, в частности, говорилось в сообщении разведки, доставленном Сталину и другим руководителям: Молотову, Маленкову, Берии, Микояну – в октябре 1951 года. Об этом рассказывал Сергей Кондрашов.

Главным шагом на пути создания двух германских государств стала денежная реформа, которую союзники провели в своих зонах оккупации. Ход очень простой, но эффективный: на смену старой рейхсмарке, которая была в обращении на территории всей Германии, пришла новая марка. Твердая валюта обеспечила западным немцам более высокий уровень жизни. В считаные дни страна раскололась по имущественному признаку. Западные немцы больше не хотели объединения, вернее, они его даже боялись. Немцы торопились избавиться от старых денег, которые уже ничего не стоили. Восточная Германия оказалась на грани экономического хаоса.

В ответ Советский Союз объявил блокаду Западного Берлина. Начался голод. Быть может, это была первая серьезная ошибка: блокаду немцы не забудут никогда.

Как полагает Валентин Фалин, Иосиф Виссарионович Сталин переоценил фактор возмущения немцев по поводу раскола Германии в результате экономической политики западных союзников. Генсек надеялся, что немцы, как нация сплоченная и националистически настроенная, массово восстанут против такого «хирургического вмешательства».

Однако всеобщего протеста Сталин так и не дождался. Наоборот, тысячи восточных немцев, покидая насиженные места, стали уходить на Запад, ногами голосуя за более сытую и безопасную жизнь. Люди бежали днем и ночью, прихватив нехитрый скарб, а то и совсем налегке. В соответствии с договором о капитуляции Германия выплачивала Советскому Союзу огромные репарации. Увы! В отличие от американцев с их экономической мощью, СССР ничего не мог дать Германии.

Тем временем в нарушение договоренностей США уже готовились заключить с Западной Германией военный союз. Архив хранит сотни документов, отражающих напряжение тех дней.