Фридрих отличался также и другими чудачествами и странностями, бранился, проявлял недоверчивость, развращенность, совершал злоупотребления; некоторые из них я описал в другой хронике: например, человека, которого он живым держал в большой бочке до тех пор, пока тот там не умер, желая этим доказать, что душа полностью погибает, и будто бы об этом говорит Исаия, 22, 13: «Но вот, веселье и радость! Убивают волов, и режут овец; едят мясо, и пьют вино: “будем есть и пить, ибо завтра умрем!”». Ведь он был эпикурейцем, и поэтому все, что он мог найти в Священном Писании сам и с помощью своих мудрецов, что способствовало бы доказательству, что нет другой жизни после смерти, – он все это находил, как например: «Он разрушит их и не созиждет их» (Пс. 27, 5). Или: «Могила – жилище их навечно» (Пс. 48, 12)[1704]. А также: «Отступи от меня, чтобы я мог подкрепиться, прежде нежели отойду и не будет меня» (Пс. 38, 14). Также Сир. 48, 12: «Мы живем только жизнью, после смерти же не будет таковым имя наше»[1705]. Также Пс. 106, 5: «Душа их истаевала в них». Сюда же относится и то, что говорит мудрец, Еккл. 3, 19–22: «Потому что участь сынов человеческих и участь животных – участь одна: как те умирают, так умирают и эти, и одно дыхание у всех, и нет у человека преимущества перед скотом, потому что всё – суета! Все идет в одно место: все произошло из праха и все возвратится в прах. Кто знает: дух сынов человеческих восходит ли вверх, и дух животных сходит ли вниз, в землю? Итак /f. 356b/ увидел я, что нет ничего лучше, как наслаждаться человеку делами своими: потому что это – доля его; ибо кто приведет его посмотреть на то, что будет после него?»