Причины же, по которым папа Иннокентий III считал возможным отойти от дел, он указал выше[1588], когда сказал: “Мы хотим, чтобы ты уяснил причины, по которым епископ может добиваться разрешения отойти от дел: сознание тяжкого проступка, телесная слабость, недостаток знаний, недовольство паствы, великий соблазн и неподобающее поведение. Но во всех этих случаях необходимо соблюдать осторожность”». Когда я говорил об этом, епископы слушали. Брат же Райнальд ничего не отвечал, чтобы не показалось, что он находит удовольствие в епископских обязанностях. Про себя же он решил сложить с себя возложенное на него бремя, как только для этого выдастся удобный случай.

Итак, он отправился в свое епископство. И когда он там находился, прибыли каноники повидаться с ним. И они рассказали ему о неком своем коллеге-канонике, молодом и дерзком, который казался более мирянином, нежели клириком, ибо имел длинные волосы до плеч и не хотел иметь тонзуру. И епископ оттаскал его за волосы и дал ему пощечину. И позвал его родителей и близких, людей знатных, богатых и могущественных, и сказал им: «Пусть ваш сын или выбирает себе мирскую жизнь, или имеет такой облик, по которому узнавался бы клирик, так как я больше не могу выносить, чтобы он продолжал ходить в таком виде». И его родители ответили, сказав епископу: «Мы хотим, чтобы он был клириком и чтобы вы поступали с ним /f. 345d/, как вам представляется подобающим и полезным». Тогда епископ сам остриг ему волосы и велел сделать тонзуру кругообразной формы, круглую и большую, дабы то, в чем он прежде грешил, он в дальнейшем исправил. И тот, с кем все это проделали, очень опечалился, а его товарищи возрадовались.