Выслушав такие речи, брат Райнальд, будучи образованным и очень разумным человеком, не отвечал, так как слышал то, что хотел слышать, и знал, что епископ сказал правду. Ибо Писание гласит, Сир. 4, 29: «Не противоречь истине». Тогда я ответил такими словами епискоцу Туринскому, «чтобы он не стал мудрецом в глазах своих» (Притч. 26, 5): «Отче, вот ты сказал, что оставил своих клириков; но подумай, хорошо ли ты сделал. Ведь у Захарии говорится: “Горе негодному пастуху, оставляющему стадо!”, Зах. 11, 17. И в Книге пророка Иеремии говорится: “Где стадо, которое дано было тебе, прекрасное стадо твое?”, Иер. 13, 20. Также папа Иннокентий III среди многого другого, что он говорил, сказал некому епископу, который хотел отказаться от епископства, в первой книге “Декреталий”, в рубрике “Об отречении”[1585]: “Не думай, что Марфа избрала худшую часть, которая связана с большими хлопотами, а Мария избрала благую часть, которая не отнимется у нее[1586], ибо, хотя эта – более безмятежная, зато та – более плодотворная. И хотя эта – приятнее, зато та – полезнее, подобно тому, как слабая глазами Лия, благодаря чадородию, была предпочтена красивой Рахили; хотя ты одновременно можешь быть и созерцательным, и деятельным, по примеру законодателя, который то восходил на гору, чтобы там с большей свободой осмыслить славу Господа, то спускался в стан и с пользой заботился о нуждах народа. Вот почему легче простится, если монах возвысится до прелатства, чем если прелат низойдет до простого монаха”. И далее[1587]: “Итак, мы увещеваем тебя не отказываться от труда пастырского управления, чтобы, пожалуй, не отказался принять тебя у Своих ног вместе с Марией Тот, Кому, направляющему тебя в другую сторону, ты отказался служить, как служила хлопотливая Марфа. Поскольку ты добивался разрешения отойти от дел, мы решили позволить тебе /f. 345c/ это, если окажется, что ты настаиваешь на таком решении по какой-либо важной и истинной причине из числа тех, по которым действительно следует оставить дела. В противном случае знай, что апостольской властью тебе полностью отказано в получении права на оставление дел, ибо, даже если бы ты имел крылья, на которых надеялся улететь в уединение, эти крылья, однако, так были бы стянуты путами предписаний, что ты не обрел бы свободного полета без нашего дозволения”.