Также в Третьей книге Царств, 14, 2–3 говорится, что царь Израильский Иеровоам сказал своей жене, чтобы она взяла в руки десять хлебов и отнесла Ахии Силомлянину, и дала ему, и спросила у него о сыне своем, который болел «болезнью, от которой потом и умер» (4 Цар. 13, 14), будет ли он жить или нет. Был ли это дар царский и знатный, суди ты, читатель. А мы говорим, что нет, по четырем причинам. Во-первых, со стороны посылающего, ибо, подобно тому как лучшему свойственно совершать лучшее, так знатному – давать знатное. Ведь он был царь, и поэтому ему приличествовало послать царский дар. В подобном случае царь Александр сказал кому-то, кто отказывался от его дара на том основании, что он не соответствовал его низкому положению: «Я ищу не того, что прилично тебе принять, но того, что мне прилично дать»[1360]. Во-вторых, со стороны посланного, ибо та, что отнесла подарок, была царицей. В-третьих, со стороны того, кому посылалось, ибо это был пророк, которому Иеровоам даже был обязан многим, поскольку тот ему предсказал царство[1361]. В-четвертых, со стороны дела, которого он добивался от него, а именно, чтобы он спросил Господа о жизни сына его. Но не было удивительным, что он послал ничтожный подарок, как потому, что он был жаден, что свойственно природе иудеев, так и потому, что хотя он и был царь, однако он вышел из рабов Соломона. Если только не подумать, что не лишено тайны то, что он послал десять хлебов, – или из-за десяти заповедей, по которым живет тот, кто их соблюдает[1362], или из-за того, что он с соизволения Господа объединил десять колен иудейского народа, после того как Господь вознегодовал на Соломона; эти десять колен были обозначены в десяти частях разодранной одежды пророка, 3 Цар. 11, 30 и след.

Нееман же, военачальник царя Сирии, отнес Божию человеку, а именно пророку Елисею, десять талантов серебра и шесть тысяч сиклей золота и десять перемен одежд, хотя Елисей не принял этого. Ибо он уже понимал, что придет Сын Божий, который будет учить, Мф. 10, 8: «Даром получили, даром /f. 329a/ давайте».