В удивительное время мы живём, можем запросто путешествовать, летать на самолётах куда угодно, общаться с разными людьми. Я-то поначалу боялся этих иностранцев. Наряды у них странные: в мантиях каких-то ходят, а руки все в перстнях. А потом, думаю, может, это мода такая. Хорошо, что коты одежду не носят. А то с этой модой одно недоразумение.

Вот и сейчас Маринка уже час сидит в шкафу и ноет, что «надеть нечего», всё «страшное и некрасивое». Игорёк пытается её успокоить, но это бесполезно.

— Мариночка, у нас билеты куплены, давай поскорее, — умоляюще просит Валентина.

Она тоже преобразилась. Длинный сарафан, аж не сарафан, а полянка с цветами. Смотрю на неё, любуюсь, нашу летнюю Котовасию вспоминаю. Ах, тут и лаванда, и ромашки, и нарциссы. Вот это я понимаю, наряд — наш родной и душевный, я словно почувствовал цветочные ароматы.

— Апчхи! — Нет. Ошибся, это Маринка чем-то надушилась.

— Тигр, пойдём, — зовёт меня Федька. — Игорёк сказал, что мы сейчас на самом скоростном метро в мире поедем!

Не скажу, что меня это слишком обрадовало, но однозначно впечатлило. Правда, уши слегка закладывает. А мы всё мчимся, мчимся, летняя картинка с пальмами сменяется стеклянными небоскребами.

— Высоко-о-о, — бормочет Тюлень. — А вы знаете, что в этом метро нет водителя?

— Водитель — в автомобилях, а в поездах и метро — машинист, — исправляет его Федька. — Деревня ты, Тюленюшка.

Тот фыркает на него, но строгий взгляд Валентины заставляет друзей успокоиться. Кстати, тут чудно: отдельные вагоны для мужчин и женщин. Только я не пойму, почему мы с Валентиной, Маринкой и Светочкой в одном вагоне, а Игорёк — в другом? Мы, между прочим, коты мужского пола!

— Бабулечка, смотри, как красиво! — радуется Светочка. И да, почти все станции наземные, то есть находятся над землёй.

Наконец-то мы прибыли к нужной станции. Слегка заблудились в переходах и тоннелях. Зачем-то прошли через огромный торговый центр.

— Сколько тут всего! — восхитился Тюлень.

Мы пошли дальше и остановились возле лифтов. Перед нами была внушительная очередь из человек десяти, но когда открылась дверь лифта, мы все поместились внутрь.

— Вот это я понимаю, скоростной лифт, — сказал Игорек. — Сейчас как взлетим!

Я, конечно, знаю, что людям свойственно слегка преувеличивать. Однако тут Игорёк не обманул. Лифт со свистом понёсся вверх. Тюлень стоически прикрыл рот: видимо, обед давал о себе знать. Зато глаза у Федьки сверкали, как у того учёного на теплоходе, что голоса животных распознавал.

— Круто, — впервые за день улыбнулась Маринка. Судя по всему, ей такой адреналиновый полёт по душе.

А меня слегка закружило. Но ничего, впереди, как обещают заморские путеводители, «непередаваемые головокружительные виды с самой высокой смотровой площадки в мире».

— Аж дух захватывает! — восторженно шепчет Федька, когда мы смотрим вниз.

И это что-то невероятное! Мы тут, на высоте 163-го этажа, разглядываем витиеватые дорожки и магистрали города, которые затейливыми узорами, словно клубок из змей, расползаются внутри пустыни. Да-да, мой друг, город, в котором мы находимся, называется Дубай, и лет так двадцать назад тут была одна пустыня! Пески и сейчас видны, они, словно море, окружают город с его самыми-самыми высокими небоскрёбами.

— А сейчас, молодёжь, в ресторан! Только нужно ниже спуститься, на 122-й этаж, — скомандовал Игорёк. Глаза у Тюленя сузились от радости, а Федька не упустил шанс подколоть друга:

— Сразу видно, кому приключения, а кому только поесть дайте.

Тюлень хоть и терпеливый, но если разозлится, то всё. Когти выпустил и зашипел на Федьку:

— Сам ты… скучный! Только и знаешь, что других задевать! А давай, а давай поспорим?

— О чём спор будет, друг мой оригинальный? — зевнул Федька.

— Да хотя бы о том, что я заберусь вон на тот шпиль! Помнишь, как меня панда Мао лазать по деревьям научил? А тут всего-навсего какая-то железка, — выпучив глаза, сказал Тюлень.

Видно, он и сам от себя не ожидал такого предложения. А я с опаской взглянул на шпиль небоскрёба.

— Давайте мы это обсудим позже, нас ждут в ресторане, — попытался я унять пыл спорщиков.

Но этих двоих хлебом не корми, дай поспорить. Меня они уже не слышали. Пока хозяева медленно шли к лифтам, Федька и Тюлень проскочили в комнатку, в которую зашёл кто-то из работников небоскрёба.

Маринка, Светочка, Игорёк и Валентина, весело обсуждая увиденное, вошли в лифт и, видимо, совершенно забыли про нас. Я было жалобно мяукнул, но рой детишек помешал мне быть услышанным. Они окружили меня, стали гладить, чесать, трогать.

— Ой-ой-ой, помогите! Меня сейчас всего изгладят, хватит, милые деточки! Мне пора-а-а!

Фух, кажется, вырвался из обнимательного плена и успел заскочить в лифт. Как же объяснить людям, что затеяли Федька и Тюлень? Ох, как душно в лифте, не могу даже мяукнуть. Ещё и за ухом чешется. Вот сейчас, вот немного, да, вот так. Хорошо стало.

Женщина в белом странно на меня посмотрела, но простите, мадам, когда у кота что-то чешется, это дело святое. Я так и застыл в неприглядной позе, но через пару секунд двери лифта отворились, и мы оказались в ресторане.

— Вау, крутяк! — выдала Маринка и побежала делать тысячу и одно селфи.

— Как тут красиво! А какой вид из окна! — умилялась Светочка.

Валентина и Игорёк просто смотрели друг на друга так, как, мне кажется, никогда не смотрели. За суетой домашних дел и забот чувства со временем затухают, и глаза людей, которые давно живут вместе, уже не горят тем огоньком, как в молодости. Я смотрел на них и любовался, какие они красивые, какие счастливые, супруги будто стали моложе. Ох, обязательно надо устраивать свидания и путешествия вместе. Пусть и небольшие. Я, когда вернусь, обязательно устрою Ангоре незабываемое свидание. Где будем только я и она, и пусть весь мир подождёт!

— Ты чего размяучился на весь ресторан? — прервала мои мечты Маринка.

Я и не заметил, что мысли вслух озвучивал. Хорошо, что люди не понимают, что я сказал, а Федьки и Тюленя нет рядом, чтобы посмеяться надо мной. Вот я глупый мечтатель! Мне же их спасать надо!

— Эй, дружок, полегче, чего разорался? Тут цивилизованное место, между прочим, — вдруг услышал я за спиной.

Обернулся и увидел лысую кошку без шерсти, зато с золотым ошейником и на поводке. Серьёзно? На поводке?

— Некогда мне тут разговоры с тобой разговаривать. Мне друзей спасать надо! Они надумали подняться на шпиль этой башни!

Кошка лениво потянулась, оскалила острые зубы и прошипела:

— Делов-то, их сдует ветром. Ищи внизу потом шкурки…

— Да ты, ты… знаешь что?!

— И что? — безразлично уставилась на меня безволосая пришелица. Как только не стыдно так ходить, не понимаю?

— Ты никогда не поймёшь настоящих котов! Потому что ты не кошка, а… жалкая пародия!

Ух, сам от себя не ожидал, кажется, я погорячился. Пока хозяйка этой кошки выясняла, где её забронированный столик, а мои хозяева делали фотографии, лысая дёрнулась, сбила с шеи свой золотой ошейник и подскочила ко мне.

— Я самая настоящая кошка! Порода сфинкс отличается высоким интеллектом и сообразительностью. Если ты понимаешь, о чём я. От нас никакой шерсти и испорченного дивана. Люди ценят нас гораздо выше, чем ленивых и грязных беспородных кошек!

И, демонстративно отвернувшись, направилась за своей хозяйкой.

— Ладно, прости, погорячился, — ответил я инопланетной гостье. Ведь зачем обзывать кого-то, если он немного не такой, как мы, выглядит или говорит не так, как мы привыкли. И вообще, надо быть терпимее. — Мир? Жвачка? — добавил я. Последнее кошка не поняла, видимо, но обернулась и улыбнулась.

— Нельзя терять ни минуты! Эти оболтусы как поспорят, так совсем с катушек слетают. Помоги мне, — протянул я.

Кошка приободрилась, метнулась ко мне и быстро прошипела:

— Давай за мной! Я тут уже сто раз была, еда так себе. Погнали.

— Спасибо! — Я еле поспевал за ней. — А меня, кстати, хозяева тоже иногда Сфинксом называют.

Кошка посмотрела на меня как на младенца, который пытается декламировать стихи. Тут уже голым себя почувствовал я. Говорят же, иногда характер виден даже по взгляду. Но она отвечать не стала.

— А так-то я Тигр, — добавил. — А тебя как зовут?

— Стелла!

Мы снова заскочили в лифт, поднялись на 163-й этаж. А тут люди столпились у окна, охают и ахают, даже охрана поспешила. Наш Тюленьчик уже за окном и пытается, скользя лапами, пробраться наверх. Ох, горе луковое, зачем его панда только научил лазать? Для тех, кто не в курсе: жил у нас в Котовасии панда Мао, это во второй книжке рассказывается. Они с Тюленем все деревья излазили в деревне. Ох, и орали потом соседи, что они веток набросали.

— А ты не шутил, — ухмыльнулась Стелла. — Этот кот действительно решил покорить высоту!

Она пристально рассматривала Тюленя. Тот, кажется, даже застыл на мгновение, когда увидал нас. Глаза у него вспыхнули, и Тюлень так подпрыгнул, что больше мы его и не видели!

— Какой он прыткий! Какая сила, мощь! — восхитилась Стелла.

— Нет времени на охи и вздохи! — прошипел я. — Как его спасти?

Стелла побежала из зала и завернула в сторону туалета. О нет, только не хватало ждать её там. Дамы как пойдут носик припудрить, так потом час их ждёшь. Это я по Игорьку знаю, он всё время возмущается, что его-то никто не ждёт, а он уже поседел в ожиданиях.

— Там есть выход к вентиляции, а оттуда наверх! — скомандовала Стелла. Откуда она это знает, уточнять я не стал, но за ней последовал.

Узкий проход заставил слегка поволноваться. Но не показывать же виду? Мы пролезли по вентиляции куда-то наверх, потом выбрались из трубы на узенькую площадку. Наверху виднелись шпиль и Тюлень, который пытался его покорить. А чуть ниже сидел Федька, который с закрытыми глазами, вцепившись в перила, орал не своим голосом:

— Тюленюшка, ну всё, хватит, я тебе верю! Смотри, какой ветер. Тебя сейчас сдует. Спускайся!

— Эге-гей! — орал в ответ Тюлень, отрывая то одну лапу, то другую. — Как хорошо. Это полная свобода, кайф! Я чувствую себя птицей, нет, суперменом, ой, суперкотом! Где мой плащ? Где королева, которую я должен спасти?

— Ну допустим, я тут, — кокетливо отозвалась Стелла.

Тюлень взглянул на кошку. Внезапно его задние лапы заскользили по шпилю вниз, а передней он сделал приветственный жест.

— Какая красота… — прошептал он с придыханием, а мы чуть не умерли от страха.

— Держись! — заорали хором.

Тюлень встрепенулся, снова вцепился в шпиль и невозмутимым голосом заявил:

— Настоящий мужчина доводит начатое дело до конца! Эта вершина покорится мне, или я — ненастоящий кот!

Стелла направилась ближе к шпилю. А я даже с места не сдвинулся, только и повторял:

— Не смотри вниз, не смотри вниз!

Кошка плавно подошла ещё ближе и пристально посмотрела на Тюленя.

— Иногда геройство заключается вовсе не в безрассудных поступках, это не про умение держать слово. Настоящее мужество — признать, что можешь что-то недоделать, проиграть. Но сделать это с достоинством!

Федька посмотрел на инопланетную гостью, а Тюлень застыл на мгновение и чуть съехал вниз:

— Так это же трусость? Нет, я не трус! Тем более когда цель так близка!

И стал снова карабкаться наверх. Стелла разочарованно произнесла:

— Иногда цель бывает ошибочной, и, достигнув её, ты поймёшь, что потерял нечто большее!

Она отвернулась от Тюленя и направилась к выходу, но вдруг остановилась и добавила:

— У моей хозяйки тоже был такой целеустремлённый друг, всё опыты свои проводил. Говорил, что вот-вот откроет то, что ещё не видывало человечество. Учёный несчастный. Так он за своими амбициями и не заметил, как потерял главное — любовь и доверие близкого человека.

Мы все застыли от изумления. Как красиво она говорит. Тюлень поморгал и стал медленно спускаться вниз. Стелла стояла на месте, а Федька открыл глаза и медленно поплёлся к выходу.

— И что потом стало с твоей хозяйкой и её другом? — спросил Тюлень, подойдя к Стелле.

Она повернулась к нему, вгляделась в его глаза и грустно ответила:

— Ничего. Он ушёл изобретать своих чудо-роботов, которые заменят домашних питомцев. Хоть это и небезопасно, а для опытов понадобятся сотни невинных кошек. А она до сих пор не может смириться с его опасными экспериментами и опытами.

— А зачем ему это всё? — спросил я.

— Он ненавидит нас. В детстве он заигрался с кошкой, хотя мне кажется, что просто достал животное. Всем известно, что кошка и ребёнка не обидит без причины. И та расцарапала ему лицо так, что шрамы остались на всю жизнь. Он теперь без бороды не может ходить. — Стелла игриво посмотрела на Тюленя и продолжила: — А потом он встретился с моей хозяйкой. И всё было хорошо, пока он не узнал, что она занимается благотворительностью для кошек. Его словно подменили. Днями он стал пропадать в своей лаборатории. Даже специально устроился в Музей будущего, чтобы там какие-то элементы для своих роботов воровать!

— Ох, друзья, — внезапно сказал Федька, — это всё, конечно, любопытно. Но, кажется, я передышал свежим воздухом.

Мы решили, что пора отправляться к нашим хозяевам, чтобы они не волновались.

В ресторане играла музыка. Игорёк и Валентина медленно танцевали. А мы просто отдыхали после насыщенного дня. Тюлень снова подошёл к Стелле, чтобы поблагодарить:

— Знаешь, а ведь я забрался бы туда. Ты не думай, что…

Стелла протянула лапу, не дав ему договорить, и ответила:

— Знаю. Я всё знаю.

Они долго разговаривали, но мы коты культурные и подслушивать не стали.