Что отличает волшебника от любящего родителя?

Второй обходится без мантии и волшебной палочки

Каждый год тридцать первого декабря Дед Мороз отправляется в самое важное путешествие по всему миру. Уже много сотен лет у него ответственная работа — дарить детям радость и веру в чудо. Конечно, ему не справиться с такой миссией в одиночку. У него есть помощники, те, кто живёт среди нас и обладает особым даром — делать детей счастливыми…

— Здравствуйте, детишки, девчонки и мальчишки! — послышался глубокий добрый голос, и дети сразу притихли, заметив в дверях высокого мужчину с ватной бородой. — Я пришёл из далека, снегом занесён слегка. Я подарки вам принёс. Кто я, дети? — Тишина. — Ну же, кто я, дети? — Красные варежки скрыли сжатые от переживания кулаки. — Дед Мороз! Конечно!

Да, это непростая работа — создавать чудо. И с каждым годом она, к сожалению, становится всё сложнее. Всё меньше на обклеенных дождиком стульчиках сидят белочки и зайчики. Сначала их заменили супергерои и черепашки-ниндзя, а теперь большинство детей и вовсе сидит в обычных бежевых свитерах.

Да какая уж тут вера в чудо!

Закончив своё последнее выступление в уходящем году, Игорь Владимирович с трудом отклеил густые брови и, махнув рукой на приставший к лицу клей, закутался в тонкую куртку и вышел на улицу.

Площадь у Дворца пионеров украсили ещё в начале месяца. Вокруг деревьев, замерев в ловком прыжке, висели лошади — символ наступающего года. Ёлка целый день игриво подмигивала тусклыми лампочками, а возле неё махал лапой огромный надувной снеговик.

Быстро пересчитав выданный оклад, Игорь Владимирович отложил одну из немногочисленных купюр в другой карман — на подарки. Залез в переполненный автобус и всю дорогу обдумывал, как в таком мире сохранить веру в праздник хотя бы у одного ребёнка — его дочери.

— Дорогая, я дома. — Мужчина стряхнул снег с вязаной шапки. — Встречайте добытчика.

В соседней комнате что-то зазвенело, раздались шаги, одни совсем лёгкие и быстрые, другие — в громких тапочках и чуть уставшие.

— Папа вернулся! — Рыженькая шестилетняя Соня с разбега прыгнула на руки. — Ты сегодня рано. Принёс мне шоколадного Деда Мороза?

— Прости, милая, забыл. Завтра. Обещаю. — Игорь поставил ребёнка на пол, поцеловал жену.

— Ты правда рано. Что-то случилось?

— Да… Сонечка, а можешь нарисовать мне шоколадку, какую хочешь? Чтобы завтра я точно про неё не забыл.

Быстрые шаги вновь затопали по паркету и затихли в комнате. Жена налила две большие кружки ароматного чая.

— Даже не знаю, дорогая, что делать! — жаловался Игорь жене. — Сегодняшние дети смотрят на меня безо всякого задора в глазах! Как будто им этот праздник вообще не нужен! Кажется, скоро я вообще без работы останусь, если так всё пойдёт. Даже не знаю, получится ли заказы на новогоднюю ночь найти, будут ли в этом году Деда Мороза заказывать, или он уже никому не нужен.

— Пап, ты в этом году не будешь Дедом Морозом по домам ходить? — Девочка протянула рисунок. — Вот такую шоколадку. Но если у тебя нет работы, можно и без неё.

— Нет работы? С чего ты это взяла?

— Слышала. Я же не маленькая уже. Я в школу хожу!

— Да ты у нас умница. А другие детки на празднике сегодня папу огорчили, совсем в Деда Мороза не верят!

— Не удивительно. Сейчас в Деда Мороза никто не верит, это ж глупо!

— И ты не веришь?

— Конечно. Я же не маленькая.

На самом деле, «взрослой» Соня стала не так давно — всего пару месяцев. В ноябре они с классом писали письма Деду Морозу. Все дети тогда попросили роботов, новый планшет или телефон. А Соня загадала самое заветное желание, то, в котором родители уже несколько раз отказывали под разными предлогами, поэтому просить у них не было смысла. Она так и сказала у доски: «Я верю, что только Дед Мороз может исполнить моё желание».

— Глупая, — засмеялся класс. — В Деда Мороза верит. Это ж выдумка!

Тогда Соня только насупилась в ответ, но после недели насмешек решила, что пора всё-таки взрослеть. Заявила перед классом, что пошутила, ни в какого Деда Мороза она не верит, а на Новый год хочет новый телефон.

— Как же так?! Мы же с тобой каждый год письмо ему пишем, — сказал ошарашенный новостью папа.

— Ага. Вместе пишем. И подарок я получаю от вас с мамой. Но я не против.

— А давай так, в этом году ты напишешь письмо сама, ты же уже большая, и ни мне, ни маме не скажешь, что ты загадала. Вот увидишь, подарок от Деда Мороза будет!

— Хорошо!

Девочка убежала в свою комнату. Там сразу зажёгся свет, рассыпались по полу карандаши (нужно же было дополнить письмо рисунком, чтобы Дедушка точно понял, что нужно) и зашуршали тетрадки.

— И как ты собираешься угадывать? — шёпотом поинтересовалась жена.

— А при чём тут я? Все вопросы к Деду Морозу!

Как только дочка уснула, Игорь проник в её розово-лавандовую комнатку с тусклым фонариком. Задача, как ему сначала показалось, была простой. Пройти минное поле разбросанных по полу игрушек, раздобыть письмо, узнать желание дочки, сбегать утром на рынок и сотворить для ребёнка настоящее чудо. Но через полчаса тщетных поисков отец сам был готов взывать к Деду Морозу и кому угодно, лишь бы ему помогли.

Но занятой старик никак не являлся на помощь.

Уже готовый сдаться, Игорь потушил фонарик и собрался покинуть комнату.

— Пи! — завыл под ногой резиновый щенок.

Мужчина сразу отпрыгнул от мины, боясь разбудить дочь, но девочка только недовольно засопела и перевернулась на другой бок. А из-под подушки выглянул вдвое сложенный листок.

Дорогой Дедушка Мороз! Папа сказал, что ты существуешь и умеешь творить волшебство. Поэтому в этом году у меня для тебя очень сложное задание. Подари мне, пожалуйста, символ моего года. Котёнка.

Ниже прилагался рисунок оранжевого котёнка с ярко-розовым бантиком на шее. Именно такого Соня выпрашивала недавно в магазине. Но несмотря на все навыки (а умел котенок действительно много: бегать по комнате, издавать писклявые звуки и мурчать от прикосновения), в игрушке было отказано — слишком уж дорого.

Но теперь, кажется, придётся раскошелиться. Вера ребёнка в чудо того стоит!

Ранним утром Игорь Владимирович отправился на рынок за заветной игрушкой. Как выяснилось, крайне популярной в преддверие праздника.

Между холодными павильонами толпились покупатели, изо всех сил старающиеся в последний день урвать драгоценный подарок. Котов на витрине становилось всё меньше, и Игорь Владимирович уже начал порядком переживать, что не сумеет заполучить своего.

Но вот очередь подошла, и он гордо поднял с влажной картонки последнего мяукающего котенка с уже вставленными батарейками и немного грязными лапками (видимо, непоседа часто пытался улизнуть с картонки).

Домой довольный отец вернулся только к новогоднему столу. Незаметно положил подарок под ёлку, украшенную бумажными снежинками, вручил дочке обещанного шоколадного Деда Мороза и сел накладывать долгожданный оливье.

— Пап, а когда Дедушка Мороз принесёт мне подарок? — жуя шоколадку вместо салата с отбивной, спросила Соня.

— Не знаю, родная. Ты посмотри, может, уже принёс, а ты и не заметила.

Слизав остатки растаявшего в кармане пальто шоколада с обёртки, девочка побежала к ёлке.

— Ура! Подарок! — закричала во всё горло обрадованная дочка и, сорвав розовую ленточку, открыла коробку и замерла на секунду. Котёнок…

— Ты же такого хотела, да? Не ошибся Дедушка?

— Да, — вздохнула Соня. — Спасибо… пап.

— А при чём тут я? Это же Дед Мороз, забыла?

— Не забыла. Просто Дед Мороз бы знал, что я хотела…

В этот момент за ёлкой зашуршала и поползла другая большая красная коробка.

— Котёнок! — закричала девочка. — Смотрите, какой хорошенький!

Девочка достала из бегающей коробки маленький рыжий комочек с большими перепуганными глазами.

— Какой милый! — всё повторяла и повторяла Соня. — Спасибо, Дедушка! Я именно такого хотела! Здорово!

Котёнок лизнул новую хозяйку в нос, подтверждая, что полностью разделяет её радость. Родители удивлённо переглянулись.

— Это ты подарила? — шепнул на ухо жене Игорь. Та отрицательно покачала головой.

— Спасибо, Дедушка Мороз!

Соня прижимала к груди котёнка, вновь поверив в новогоднее чудо. Ведь весь секрет волшебства в том, что оно случается только с теми, кто искренне его ждёт и верит.

Котёнок довольно замурчал, и девочка улыбнулась, глядя в окно, на покрытом инеем стекле которого среди зимних узоров появилась маленькая нарисованная улыбка.