После капитуляции Эпирской армии и мощных воздушных налетов на район Афин 20 и 21 апреля британские войска готовились эвакуироваться из Греции как можно быстрее, и по возможности сохранив порядок. 22 апреля аэродром Мениди подвергся еще одному сильному налету. «Мессершмитты» Bf-109E из II и III групп JG77 снова обстреляли его. Марсель Комо вспоминал:
««Мессершмитты» над Мениди демонстрировали фигуры высшего пилотажа, которые в мирное время привлекли бы толпу зрителей. 109-е с желтыми носами скользили на предельной малой высоте, разворачивались над самой землей, гонялись за отдельными солдатами и стреляли во все и всех. Дважды они формировали строй колонны и над самой землей пролетали в промежутки между ангарами, как письмо в почтовый ящик. «Мессершмитты» внезапно вылетали из-за изгородей, палаток и ангаров. Наши солдаты, стрелявшие в них с деревьев и из траншей, восхищались их мастерством».
Немецкие пилоты заявили об уничтожении восьми британских самолетов, и действительно несколько «Бленхеймов» были уничтожены (некоторые из них были повреждены в ходе предыдущих налетов), а остальные получили повреждения. После этого в составе 11-й эскадрильи КВВС осталось только четыре исправных «Бленхейма», причем два из них лишь недавно вернулись из ремонта. Между налетами уцелевшие «Бленхеймы» из 11-й, 84-й и 211-й эскадрилий приступили к эвакуации личного состава на Крит. На борт каждый «Бленхейм» брал до девяти пассажиров. При посадке в Ираклионе у «Бленхейма» N3560 из 11-й эскадрильи лопнула шина и сломалась стойка шасси. Пилот сломал руку, но больше никто не пострадал.
При возвращении в Мениди из Ираклиона за новой партией эвакуируемых пилот «Бленхейма» L1481 везучий австралиец сержант Вернон Хадсон пережил еще одно чудесное спасение. Его бомбардировщик был перехвачен пятью истребителями «Фиат» CR.42 с Родоса и получил тяжелые повреждения. Хадсон смог посадить «Бленхейм» на поверхность моря недалеко от небольшого судна, и вскоре был спасен. Однако испытания Хадсона на этом не закончились. Когда подобравшее его судно, и еще одно следовавшее вместе с ним, подошли к порту Навплия, их атаковали пикировщики Ju-87. Так как оба судна везли боеприпасы, они оказались в более опасном положении, чем обычно. Оба судна загорелись, и одно из них взорвалось, а то, на котором находился Хадсон, было покинуто экипажем. Пока Хадсон вместе с моряками плыл к берегу, «Юнкерсы» обстреляли их из пулеметов. Однако Хадсон смог благополучно выбраться на берег, и позже на другом «Бленхейме» отправился на Крит. Вскоре после взлета «Бленхейм» был атакован «Мессершмиттом» Bf-110 и тяжело поврежден, но смог дотянуть до Ираклиона.
За службу в Греции Хадсон получил Медаль за летные боевые заслуги (DFM). После возвращения в Африку, в июне 1941, отправляясь в ночной вылет, его «Бленхейм» с бомбами столкнулся при взлете с другим бомбардировщиком. Оба самолета взорвались, но Хадсон снова уцелел, и даже не был ранен, хотя и сильно напуган.
На других аэродромах части КВВС также приступили к эвакуации. С базы Хассани на аэродром Ираклион на Крите перелетели 14 «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи КВВС (из них пригодными к боевым вылетам считались только шесть) и четыре оставшихся «Лайсендера» из 208-й эскадрильи. Личный состав аэродромной команды 112-й эскадрильи только прибыл в Афины с Эпирского фронта, там они получили приказ направляться в Аргос, откуда их должны были эвакуировать. Они прибыли туда на следующий день, объезжая десятки перевернутых машин на дороге Коринф-Аргос. В Аргосе собралось уже около 11000 человек личного состава британской армии и КВВС, кроме того, выяснилось, что два судна, на которых должны были эвакуировать солдат аэродромной команды, уже потоплены. Ночью 23/24 апреля аэродромная команда направилась в порт Навплия, где, наконец, их погрузили на ожидавшие военные корабли.
Тем временем 22 апреля командир эскадрильи Вудворд прилетел в Скарамангу на «Сандерленде» 230-й эскадрильи, ранее эвакуировавшем из Греции на Крит 18 офицеров КВВС и членов греческой королевской семьи. Вскоре после рассвета шесть «Харрикейнов» перелетели с базы Элефсис на посадочную площадку в Мегаре в десяти милях к югу — это было всего лишь поле на берегу, окруженное оливковыми рощами. Как только рассвело, несколько сотен местных жителей — старики, женщины и дети — пытались замаскировать полосу, разбросав на ней ветки вереска и папоротника. Истребители были замаскированы среди оливковых деревьев, и в течение дня не взлетали. Вечером был получен приказ перегнать эти «Харрикейны» в Аргос, куда уже прибыли с базы Элефсис остальные 12 «Харрикейнов», способных подняться в воздух, но все они так или иначе требовали ремонта. Аргос был еще одной маленькой посадочной площадкой среди оливковых рощ. Пилоты обнаружили, что из-за близости деревьев на аэродром в Аргосе трудно совершать посадку. Этот аэродром греческие ВВС использовали как учебный, на нем стояло множество учебных самолетов «Авро-626» и «Авро-621», последние уцелевшие «Потэ-25А» из 1-й эскадрильи EVA, восемь истребителей PZL P.24 из 23-й эскадрильи EVA, и много других старых машин, замаскированных среди оливковых деревьев. Наземную оборону и ПВО обеспечивали греческие солдаты с двумя «Бофорсами» и двумя пулеметами «Гочкисс». В беспорядке отступления британская зенитная батарея, предназначенная для защиты аэродрома, прибыла не туда. Напуганные налетами греческие зенитчики открыли огонь по первым появившимся «Харрикейнам», и тяжело повредили один из них. Командование силами КВВС в этом районе принял коммодор авиации Дж. Григсон, основной их задачей было прикрытие отступающих войск и эвакуировавших их кораблей.
Судоходство союзников продолжало нести тяжелые потери от ударов Люфтваффе, особенно в разбомбленном порту Пирей. Здесь за два дня были потоплены 23 корабля, в том числе госпитальное судно «Элленис». Недалеко от Пирея, в Мегаре, был атакован пикировщиками Ju-87 стоявший на якоре старый греческий эсминец «Псара». Несмотря на сильный огонь зенитной артиллерии эсминца, вскоре в него попала тяжелая бомба, расколовшая корпус от носа до мостика, 40 человек из экипажа были убиты. «Псара» медленно затонула, из ее экипажа остались в живых 118 человек. Второй греческий эсминец — «Идра» — был потоплен позже в тот же день, когда он сопровождал конвой транспортов из Пирея. Конвой атаковали 35 пикировщиков Ju-87, «Идра» почти сразу получила попадание, все ее орудия были выведены из строя и около 50 человек из экипажа убиты. Эсминец был покинут экипажем и позже затонул. Из выживших многие добрались до берега; других подобрали в море.
Немецкие бомбардировщики охотились за торговыми судами, и недостатка в целях у них не было. «Юнкерсы» Ju-87 из I/StG2 атаковали в Коринфском заливе 1300-тонный танкер «Теодора» с бензином и добились нескольких попаданий, шкипер танкера и 12 человек из его экипажа погибли. Находившийся поблизости маленький прибрежный танкер «Теодол 2» (657 т) также получил попадание и загорелся. Уцелевшие члены экипажа «Теодоры» попытались отвести танкер в более безопасное место, но он сел на мель, и бензин начал вытекать. Вскоре вытекший в море бензин загорелся. «Теодол 2» взорвался и затонул, а «Теодора» полностью выгорела. Третье судно, маленький грузовой пароход «Фраки», также было потоплено «Штуками». Но и немцы в тот день не обошлись без потерь — Ju-87 обер-лейтенанта Вильде (Fl+AN) из III/StG77 был сбит в районе Элефсиса. Кроме того, были потеряны два «Мессершмитта» Bf-109E — один (унтер-офицера Каплана из штабного звена JG27), был сбит над Молосом, пилот пропал без вести; второй Bf-109E унтер-офицера Рольфса из II/JG27 сбит над Ларисой, пилот ранен.
По данным перехватов «Ультра» следующей целью немцев наиболее вероятно должен был стать Крит, хотя под угрозой также находился и Кипр, как «промежуточный этап» на пути к Сирии и Ираку, если ситуация в этих странах сложится благоприятно для германского вмешательства. Пока части КВВС прибывали из Греции на Крит, главный маршал авиации Лонгмор и вице-маршал авиации Д’Альбиак прилетели на Крит с коротким визитом, чтобы оценить возможности обороны острова. Их заключением было:
«Нет необходимости реорганизовать штаб командования КВВС в Греции. Винг-коммандера Бимиша оставить на посту командующего «Крылом Z», командира эскадрильи Трамбла — комендантом базы Ираклион. 112-я эскадрилья остается, пока ее не сменит звено 33-й. Другое звено 33-й в Малеме. 100% пилотов на обоих аэродромах должны находиться в боевой готовности в дневное время. Аэродром Малеме переполнен, в связи с этим запросить разрешение командующего флотом на перевод оттуда 815-й эскадрильи FAA. «Харрикейны» и оставшиеся истребители FAA рассредоточить и замаскировать, в том числе в оливковых деревьях. В Ираклионе нет естественных укрытий, но построены укрытия для самолетов».
Лейтенант Саттон, старший наблюдатель и офицер связи FAA в Греции, прибыл в Малеме с приказом руководить сооружением подземного командного пункта. К тому времени первые три «Суордфиша» из 815-й эскадрильи FAA уже получили приказ перелететь в Египет. Этим торпедоносцам (пилоты — лейтенант Киггел, лейтенант Лэмб и суб-лейтенант Рудорф) предстоял 300-мильный перелет до Мерса-Матрух. Спустя примерно час полета двигатель машины Рудорфа начал издавать подозрительный шум. Увидев в просвете в облаках конвой, Рудорф направил самолет к нему, чтобы сесть на воду поблизости от одного из кораблей. Выйдя из облаков в чистое небо прямо над конвоем, Рудорф заметил, что к его «Суордфишу» направляется звено «Фулмаров». Опасаясь, что они примут его самолет за вражеский, Рудорф снова набрал высоту и скрылся в облаках, потеряв из вида конвой. После этого он все же решил лететь в Мерса-Матрух, и благополучно приземлился там, проведя в полете над морем более четырех часов, несмотря на проблемы с двигателем. Киггел и Лэмб к тому времени уже прибыли в Мерса-Матрух, хотя и у их «Суордфишей» возникли неисправности в двигателях.
«Фулмары», которые видел Рудорф, были с авианосца «Формидебл», возвращавшегося в Александрию после операции против Триполи (см. Главу 4). Истребители авиагруппы «Формидебла» в течение всего дня вылетали на патрулирование, так как радар все время обнаруживал вражеские самолеты. Но только в 17:24 целью налета стал авианосец. Два звена «Фулмаров» перехватили два «Юнкерса» Ju-88 в 30 милях от «Формидебла», на экране радара в это время были обнаружены новые самолеты противника. Все исправные истребители были подняты в воздух, и к тому времени, когда «Юнкерсы» приблизились к авианосцу, в воздухе было уже 14 «Фулмаров». Первую пару бомбардировщиков (из 8/LG1) атаковало «Зеленое» звено из 803-й эскадрильи FAA (лейтенант Брюэн и суб-лейтенант Ричардс) и «Серое» звено из 806-й эскадрильи (лейтенант Хенли и суб-лейтенант Спарк). «Зеленое» звено заставило один «Юнкерс» сбросить бомбы в море и укрыться в облаках. Второй «Юнкерс» (пилот унтер-офицер Герхард Пфайль) также сбросил бомбы в море, но ему скрыться не удалось, и он был сбит «Фулмаром» Спарка. У истребителя Хенли отказали пулеметы. Лейтенант Джаспер Годден, наблюдатель на «Фулмаре» '6A' (N1951) лейтенанта Брюэна, вспоминал:
«Мы не видели ничего, пока флот не подошел уже близко к Александрии. Около 17:00 мы провели получасовой бой с двумя Ju-88. Один «Юнкерс» был сбит — не нами. У меня из оружия был только пистолет-пулемет «Томпсон»».
«Черное» и «Белое» звенья 806-й эскадрильи FAA перехватили один Ju-88, следивший за флотом, он считается вероятно сбитым совместными усилиями лейтенант-коммандера Эванса, суб-лейтенанта Сьюэлла и суб-лейтенанта Орра. Британский флот потерь не понес. «Фулмары» с авианосца продолжали патрулирование над флотом. Годден вспоминал:
«В ходе операции против Триполи Билл (Брюэн) и я выполнили десять вылетов (всего 23 часа) на патрулирование над флотом. Очень монотонное занятие — особенно если ты не пилот. В среднем вылет на патрулирование занимал два с половиной часа, и все это время я осматривал в бинокль небо (чаще всего пустое) и глотал кислород».
Все цели, замеченные на радаре на следующий день, оказались патрульными «Сандерлендами», и 23 апреля в 11:00 флот благополучно вошел в Александрию.
Утром 23 апреля на базе Аргос аэродромные команды проделали большую работу в очень тяжелых условиях, чтобы подготовить к боевым вылетам как можно больше «Харрикейнов» (которые все нуждались в ремонте), но в ходе отступления было потеряно много инструментов и запчастей, и удалось подготовить лишь несколько истребителей для патрулирования и разведывательных вылетов. В ходе одного из разведывательных вылетов позже утром пайлот-офицер Вейл (на «Харрикейне» V7134) недалеко от аэродрома обнаружил «Дорнье» Do-17Z, атаковал его и заявил, что нанес ему повреждения. Вероятно, это был «Дорнье» унтер-офицера Висмюллера (5K+DS) из III/KG3, предположительно сбитый огнем зенитной артиллерии в районе Коринфа, весь экипаж погиб. Еще два «Харрикейна», которые вели патрулирование севернее, обнаружили три Ju-88, бомбившие дорогу между Афинами и Коринфом. Эти «Юнкерсы» должны были действовать против судоходства союзников между Грецией и Критом, но не обнаружив целей в море, их экипажи решили атаковать дополнительную цель, чтобы не возвращаться с бомбами. Флайн-офицер Ньютон атаковал «Юнкерс» LI+LK унтер-офицера Альта и нанес ему серьезные повреждения. Правый двигатель «Юнкерса» был выведен из строя, штурман и стрелок-радист ранены. Пилот смог посадить «Юнкерс» в оливковых рощах в районе Альмироса. Эти три «Юнкерса» до того по ошибке атаковали «Мессершмитт» Bf-109E из штабного звена JG77; его пилот обер-фельдфебель Саваллиш ответил огнем и повредил один бомбардировщик, один человек из его экипажа был убит. Поврежденный «Юнкерс» совершил вынужденную посадку в Крумово.
Еще одно звено «Харрикейнов» было направлено на защиту порта Пирей, подвергавшегося сильным ударам Люфтваффе. Над Пиреем пилоты «Харрикейнов» заметили много пикировщиков Ju-87, атаковавших корабли в порту. Сержант Джендерс храбро атаковал их и заявил о трех сбитых. В этом случае точных подтверждений о потерях немцев нет. Вероятно, этот бой мог произойти 24 апреля, когда по немецким данным действительно были потеряны три Ju-87, но тогда не было заявлений британских пилотов о сбитых самолетах противника.
Тем временем для восполнения потерь в Аргос из Малеме прибыли пять «Харрикейнов», их перегнали пилоты 80-й эскадрильи КВВС. Как только эти «Харрикейны» сели, над аэродромом появилось множество самолетов Люфтваффе. Немцам было известно о расположении базы КВВС. Около 25 бомбардировщиков «Дорнье» Do-17Z сбросили бомбы с большой высоты, а примерно столько же «Юнкерсов» Ju-88 бомбили с пикирования. Их сопровождали «Мессершмитты» Bf-109E из II и III групп JG77.
Марсель Комо писал:
«109-е обстреливали аэродром на скорости около 400 миль в час. Расчеты «Бофорсов» были выкошены прежде чем успели открыть огонь. Взлетавший «Харрикейн» получил попадание из пушки, въехал в канаву и перевернулся. Еще четыре «Харрикейна», быстро поднявшиеся в воздух, исчезли из вида, но большинство остальных истребителей были уничтожены на земле, прежде чем пилоты успели занять места в них. Поблизости горели несколько греческих учебных «Авро»».
«Харрикейн», который был подбит, пытаясь взлететь, пилотировал сержант Джордж Баркер — он был легко ранен и получил ожоги. Другие пилоты помогли ему выбраться из кабины и добраться до ближайшей траншеи. По данным VIII авиакорпуса Люфтваффе его подбил «Мессершмитт» Bf-110.
Марсель Комо пишет:
««Лайсендер» из 208-й эскадрильи летел, едва не цепляясь колесами за деревья, а на него пикировал 109-й. Прижимаясь к земле, «Лиззи» пролетел мимо нас, его крылья и корпус уже были прошиты очередями. Ни огонь наших пулеметов, ни отчаянная стрельба из «Льюиса» хвостового стрелка «Лайсендера» уже не могли спасти его. Пилот пытался укрыть свою машину в овраге, окруженном деревьями, но «Мессершмитт» выпустил очередь почти в упор, и «Лайсендер» врезался в склон холма».
Пилот «Лайсендера» флайн-офицер Р. Барвелл и стрелок сержант Фелдон остались живы. Их сбил пилот «Мессершмитта» из III/JG77, принявший «Лайсендер» за истребитель PZL.
Во время предыдущего налета на аэродромы вокруг Афин был сбит и погиб командир II группы JG77 гауптман Франц Ланге. По немецким данным его Bf-109E был уничтожен прямым попаданием зенитного снаряда. Вероятно, его мог сбить сержант Джендерс, заявивший об одном «Мессершмитте», сбитом утром, или во время возвращения из вылета к Пирею или после взлета с базы Аргос.
Немецкие самолеты продолжали атаковать аэродром и после полудня, но следующий большой налет произошел незадолго до заката. В это время на патрулировании в воздухе были три «Харрикейна», один из них пилотировал пайлот-офицер Уинсленд. Он вспоминал:
«Мы втроем патрулировали в сумерках над нашими отступающими войсками, когда внизу на земле внезапно стали вспыхивать огни, один за другим, особенно вдоль дороги и вокруг нашего аэродрома. Мы и так очень нервничали, а от вида этих огней стало еще хуже — они означали, что вражеские истребители обстреливают наши войска с предельно малой высоты, а мы их не видим. Гаснущий дневной свет вместе с их отличным камуфляжем делал их почти неразличимыми на фоне земли. Невозможно было разглядеть что-то в сумерках внизу среди полей, лесов и бесчисленных вспыхивающих огней. Там внизу под нами были целые стаи вражеских машин, но будь я проклят, если я их видел! От начала до конца этого патрулирования я был на взводе. Я не прекращал вертеть головой туда-сюда, боясь, что немецкие истребители прикрытия могут внезапно спикировать на нас сверху. Меркнущий дневной свет, пожары на земле, густые столбы черного дыма, невидимые вражеские машины, понимание, что скоро из-за нехватки горючего нам придется садиться, пока противник господствует в воздухе — от всех этих мыслей легче не становилось. В конце концов мы больше не могли оставаться в воздухе и пошли на посадку. Роща, в которой мы маскировали наши машины на земле, была вся в огне. Тридцать немецких двухмоторных истребителей обстреливали аэродром из пушек и пулеметов за несколько минут перед нашей посадкой — и снова мы их не видели. Когда я говорю «мы», то имею в виду нас двоих, следовавших за командиром, потому что, как ни странно, наш командир их видел, как он потом признался. Его решение не атаковать их многим может показаться трусливым. Но его решение имеет вполне разумные оправдания, и признаюсь, что я на его месте сделал бы то же самое. Если предположить, что мы бы атаковали и сбили бы каждый по четыре самолета (что практически невозможно и в любом случае крайне маловероятно), противник едва ли заметил бы разницу, а мы, несомненно, понесли бы тяжелые потери. Наш командир утверждал, что в этом случае атаковать было бы не только неразумно, но и просто глупо, особенно учитывая, что мы двое были тогда довольно неопытными пилотами. Как бы то ни было, слава Богу, что он решил именно так».
На аэродроме все исправные «Харрикейны» готовились к взлету в 18:00 для патрулирования над портом, но когда аэродром атаковали около 40 «Мессершмиттов» Bf-110 из I/ZG 26, на патрулирование взлетели только два истребителя (флайн-офицер Кок и пайлот-офицер Даль). Все остальные «Харрикейны» на аэродроме получили попадания, но пилоты успели выбраться из них и укрыться в траншеях, только сержант Тед Хьюитт был ранен осколком в спину. Bf-110 атаковали аэродром около 40 минут, снова и снова обстреливая все горящие обломки. Солдаты и пилоты на земле, прятавшиеся в траншеях и среди оливковых деревьев, стреляли по низколетящим «Мессершмиттам» из винтовок и пулеметов. Капрал Кимбер из 33-й эскадрильи попал одному из них в правый двигатель, и из мотора пошел дым. Коммодор авиации Григсон стоял посреди поля и хладнокровно стрелял по немецким самолетам из винтовки.
В ходе этого налета на базе Аргос было уничтожено 13 «Харрикейнов», в том числе последний разведывательный «Харрикейн» 208-й эскадрильи. Почти все греческие самолеты на аэродроме также были уничтожены. Пилоты Люфтваффе заявили о 53 уничтоженных самолетах на аэродроме Аргос. После налета только два «Харрикейна» еще могли подняться в воздух. Также уцелели пять машин, находившихся в то время в воздухе. Два из них — «Харрикейны» Кока и Даля вернулись на разгромленный аэродром вскоре после того, как улетели «Мессершмитты». На подходе к Аргосу Даль заметил маленький двухмоторный самолет, и, приняв его за немецкий разведчик, спикировал на него и зашел в хвост. Едва он приготовился атаковать, как «Харрикейн» флайн-офицера Кока поравнялся с ним и покачал крыльями. Только тогда Даль разглядел, что намеченная им жертва — транспортный «Дрэгон Рэпид» КВВС, направлявшийся на аэродром, чтобы принять участие в эвакуации.
Также в тот день Люфтваффе атаковали аэродромы Мениди, Мегара и Хассани. Пилоты Bf-110 из II/ZG26 заявили об уничтожении двух двухмоторных самолетов на аэродроме Мениди, один Bf-110 из 6-й эскадрильи был сбит зенитным огнем, его пилот остался жив, но стрелок погиб. На аэродроме Мегара было уничтожено шесть самолетов, на базе Хассани — четыре. В числе уничтоженных были шесть греческих гидросамолетов «Дорнье» Do-22KG из 2-й эскадрильи EVA, переоборудованных колесными шасси вместо поплавков. Один «Мессершмитт» Bf-109E из III/JG77 разбился при посадке в Альмиросе.
У входа в бухту Суда (Крит) пикировщики Ju-87 атаковали 300-тонный вооруженный траулер «Сиверн» (бывшее китобойное судно). Капитан и несколько человек из экипажа были убиты, но траулер остался на плаву. Вероятно, при возвращении из этого налета пилоты «Штук» заметили пришвартованную в бухте Скараманга летающую лодку «Сандерленд» ‘P’ L2161 из 230-й эскадрильи КВВС и атаковали ее. «Сандерленд» пытался взлететь на трех моторах, но безуспешно, и пилот флайт-лейтенант Мак-Колл был вынужден вернуться к причалу. Семь «Юнкерсов» Ju-87 обстреливали «Сандерленд» из пулеметов, и летающая лодка получила множество попаданий. Загорелись внутренние топливные баки, и «Сандерленд» быстро охватило пламя, вспыхнул и стоявший рядом лихтер, с которого осуществлялась заправка. Двое стрелков в верхних огневых точках «Сандерленда», сержанты Кордери и Старки, оставались на своих постах и продолжали вести огонь по немецким самолетам. Они заявили об одном сбитом Ju-87 и одном поврежденном. Вероятно, во время этого боя над Скарамангой появились «Харрикейны» сержанта Джендерса и его ведомого, и атаковали «Юнкерсы». Оба стрелка были в конце концов вынуждены покинуть тонущий и горящий «Сандерленд». Когда они прыгнули в море, оказалось, что один из них не умеет плавать, и второй помог ему добраться до берега. Впоследствии их обоих наградили Военной Медалью (Military Medal).
Во время другого налета на бухту Суда тем утром, патрулировавший истребитель «Бленхейм» Mk IF флайн-офицера Р. Блейквея из 30-й эскадрильи КВВС атаковал два «Юнкерса» Ju-88, но без заметных результатов. Еще несколько «Бленхеймов» из той же 30-й эскадрильи прилетели на базу Элефсис, чтобы забрать оставшихся там несколько человек из личного состава 33-й и 80-й эскадрилий КВВС. Пока шла погрузка, флайн-офицер Ричардсон осмотрел оставленный на аэродроме «Бленхейм» Mk IF с разбитым хвостовым колесом. С помощью других пилотов и механиков удалось поднять хвост «Бленхейма» на тележку и вывести самолет на ВПП. Ричардсон успешно взлетел на этом «Бленхейме» и благополучно посадил его в Малеме, где самолет отремонтировали.
Несколько раньше в бухту Суда прибыли пять больших танкодесантных кораблей, в целях секретности обозначенных как лихтеры типа А. Каждый из них мог принять на борт 900 солдат, они должны были принять участие в эвакуации войск из Греции (операция «Демон»), которая должна была начаться вечером 24 апреля. Два лихтера — А1 (командир суб-лейтенант Питерс) и А19 (лейтенант-коммандер Хаттон, командующий эскадрой лихтеров) в 17:00 прибыли в Мегару с целью найти укрытия под скалами от вражеской авиации и ожидать своей очереди на погрузку солдат. Пока они искали подходящие места для укрытий, внезапно появились шесть пикировщиков Ju-87 и атаковали оба лихтера. Попаданий бомб лихтеры не получили, но у А1 были выведены из строя зенитные орудия. Лихтеры все же нашли укрытия под скалами у острова Паки. Восточнее, в районе Рафтиса, третий лихтер А6 (командир суб-лейтенант Саттон) вошел в бухту Лаврион в тот момент, когда «Юнкерсы» Ju-88 атаковали маленький греческий пароход, стоявший на якоре в бухте. А6 открыл огонь из своих двух «пом-помов». Один Ju-88 задымил и по данным британцев упал в море. Вероятно, это был «Юнкерс» лейтенанта Дитриха Захвега (9K+CK) из I/KG51. Еще один «Юнкерс» (обер-фельдфебеля Мундляйна) был поврежден зенитным огнем, двое членов экипажа были ранены. После этого налета появились пикировщики Ju-87, и, хотя в лихтер А6 не было попаданий бомб, было много близких разрывов, и лихтер был изрешечен пулеметным огнем. Наконец и ему удалось найти укрытие.
Началась эвакуация с Крита личного состава частей, не задействованных в обороне. Около 20 исправных «Бленхеймов» из 11-й, 84-й и 211-й эскадрилий КВВС вылетели в Гелиополис с эвакуированными людьми на борту. Улетели также два «Суордфиша» (лейтенанта Торренс-Спенса и лейтенанта Клиффорда) из 815-й эскадрильи FAA. На борту среди их пассажиров была собака военного корреспондента Тома Уисдома. Днем в бухту Суда прибыли две невооруженные летающие лодки «Эмпайр» авиакомпании BOAC — G-AEUI «Куронг» (капитан Дж. Дэвис) и G-ADUV «Кембрия» (капитан Ф. Фой) и «Сандерленд» из 230-й эскадрильи КВВС для участия в эвакуации. Обе гражданских летающих лодки были частично окрашены в камуфляж — времени хватило только чтобы покрасить верхнюю поверхность крыльев и фюзеляжа. Это был уже второй эвакуационный рейс «Куронга» — прошлым вечером летающая лодка доставила в Александрию 35 солдат. «Сандерленд» L2160 из 230-й эскадрильи КВВС эвакуировал на Крит с базы Скараманга 11 пассажиров, в том числе короля Греции Георга и наследного принца Пауля, а также британского посла с семьей. Вскоре в бухту Суда прибыл еще один «Сандерленд» — из 228-й эскадрильи, на его борту эвакуировались из Греции 50 человек из личного состава КВВС.
В Аргосе, после сокрушительных налетов Люфтваффе, коммодор авиации Григсон приказал на рассвете перегнать семь последних исправных «Харрикейнов» в Малеме. Девять пилотов, оставшихся без самолетов, должны были эвакуироваться на «Рэпиде» (том самом, который едва не атаковал Роальд Даль). После наступления темноты в Аргосе сели три транспортных «Лодстара» из 267-й эскадрильи КВВС, чтобы эвакуировать наземные команды.
Экипажи «Лодстаров» доложили, что видели горящие обломки 18 самолетов, и много горящих автомобилей. В порту Аргоса горели два танкера. В 04:30 «Харрикейны» и «Лодстары» вылетели на Крит. За ними последовали четыре греческих «Авро Тьютора», последний уцелевший истребитель PZL и пять «Энсонов» из 13-й эскадрильи EVA, последние эвакуировали людей. Еще один «Энсон», который пилотировал винг-коммандер лорд Форбс из штаба КВВС, сел в Элефсисе, чтобы забрать жену греческого правительственного чиновника, но на рассвете аэродром атаковали «Мессершмитты» и расстреляли беспомощный «Энсон». Никто из людей не пострадал, но приключения Форбса только начинались. На аэродромах материковой Греции больше не осталось исправных самолетов союзников, только в некоторых портах еще оставались гидросамолеты.
В течение дня 24 апреля Люфтваффе продолжали действовать против судоходства союзников. В бухту Навплия перед рассветом прибыли три судна: греческий пароход «Николау Георгиос» (4108 т) и британские «Кавалло» (2269 т) и «Санта Клара» (4665 т). Все они были загружены боеприпасами и взрывчатыми веществами, на борту последнего кроме того было 500 мулов и лошадей для греческой армии — во время войны греческая армия использовала около 20000 мулов для перевозок в горах. Оборудования для разгрузки боеприпасов не было, но ветеринарный офицер распорядился выпустить в море как можно больше животных перед налетом. Около 11:00 транспорты атаковала первая волна пикировщиков Ju-87, «Санта Клара» получила четыре прямых попадания и затонула, погибли четыре члена экипажа и много животных, еще остававшихся на борту. Час спустя затонул «Кавалло», а около 15:00 взорвалось горевшее греческое судно, взрыв причинил большой ущерб зданиям на берегу.
Были потоплены два греческих госпитальных судна — «Андрос» (2068 т) в Лутраки и «Поликос» (875 т) в Метане. Вечером четыре пикировщика Ju-87 атаковали у острова Паки лихтер А1, оставшийся без зенитной артиллерии. Лихтер получил пять прямых попаданий и пошел ко дну. Его экипаж к тому времени уже покинул судно и сошел на берег. Гораздо больше жертв было при налете в порту Пирей около 18:00, куда прибыла греческая круизная яхта «Эллас» для участия в эвакуации. Яхта могла принять около 1000 пассажиров, на ее борт поднялись 500 британских подданных, живших в Греции (в основном мальтийцы и киприоты), а также много раненых австралийских солдат и сопровождавшие их медсестры. В этот момент порт атаковали бомбардировщики Ju-88, яхта была тяжело повреждена, загорелась и вскоре затонула, лишь немногие из людей на борту смогли спастись. Одним из выживших был винг-коммандер лорд Форбс, пилот того злополучного «Энсона», уничтоженного утром на аэродроме. Он смог доплыть до берега, и позже добрался до Крита на каике. Кроме того, в Пирее были потоплены два небольших греческих торговых судна — «Тети Номику» (1882 т) и «Димитриос Номикос» (1171 т).
В этих налетах и Люфтваффе не обошлись без потерь, хотя сопротивления истребителей в воздухе уже не было. Два «Юнкерса» Ju-87 из I/StG2 — T6+JH унтер-офицера Вартманна и T6+LK ефрейтора Германна — и один Ju-88 из I/KG51 были потеряны в районе Афин. Еще один Ju-87 — S7+LL лейтенанта Райхардта из I/StG3 по немецким данным пропал в районе Халкиса. Кроме того, в районе Афин был сбит «Мессершмитт» Bf-109E из II/JG77, его пилот лейтенант Зигфрид Фрайтаг (будущий ас-«эксперт») был ранен.
Днем в бухту Суда прибыл «Сандерленд» из Скараманги, на его борту было 40 человек, в том числе вице-маршал авиации Д’Альбиак и генерал сэр Томас Блейми, командующий австралийских войск. Теперь Люфтваффе все чаще атаковали и Крит, в тот же день в бухте Суда «Юнкерсы» Ju-88 потопили греческое судно «Кириаки» (5524 т). Лейтенант Уинстенли из 805-й эскадрильи FAA, патрулировавший на «Си Гладиаторе», пытался атаковать бомбардировщики, но безуспешно. Истребители «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи КВВС, патрулировавшие над конвоями, добились большего успеха. В 17:25 пайлот-офицер Л. Бейсен заметил прямо впереди Ju-88 (Ll+KH фельдфебеля Вальтера Цукера из I/LG1). Приблизившись к «Юнкерсу», вероятно, незамеченным, Бейсен выпустил в него четыре очереди, «Юнкерс» задымил и повернул на северо-восток. Другой пилот позже видел, как этот «Юнкерс» упал в море. Цукер, однако, впоследствии утверждал, что его сбили «Гладиаторы», причем стрелки Ju-88 заявили об одном сбитом истребителе.
На Крит к тому времени прибыли и другие истребители «Бленхейм» — на этот раз «Бленхейм» Mk IVF из 203-й эскадрильи КВВС, до того базировавшиеся в Адене и активно участвовавшие в боях над Восточной Африкой. Первые пять этих «Бленхеймов» привел на аэродром Ираклион командир эскадрильи Пайк. Еще четыре на следующий день привел командир эскадрильи Гефин. Каждый «Бленхейм» вез на борту людей из наземной команды и запасные части, в том числе хвостовые колеса, которые на плохо подготовленной ВПП Ираклиона часто ломались. Тогда же с базы Ираклион улетели в Египет шесть «Лайсендеров» из 208-й эскадрильи КВВС и последний греческий PZL.
24 апреля началась полномасштабная эвакуация войск из Греции под кодовым названием операция «Демон». В ней были задействованы корабли Соединения Z, первоначально предназначавшиеся для захвата Родоса. В соединение входили три десантных транспорта — «Гленарн», «Гленгайл» и «Гленрой», шесть лихтеров типа А, и суда поддержки. К несчастью, «Гленрой» сел на мель в гавани Александрии и не смог принять участия в эвакуации. В качестве основных пунктов погрузки на транспорты были выбраны шесть пляжей, обозначенных следующим образом: пункт С — в Рафине, пункт D — в Рафтисе, пункт P — в Мегаре, пункт S — в Навплии, пункт Х — в Монемвасии и пункт Z — в Каламате.
В этих пунктах собирались тысячи солдат, все дороги, ведущие к ним, оказались забиты британским, австралийским и новозеландским автотранспортом, греческими гужевыми повозками и тысячами беженцев. Начало эвакуации было назначено на ночь 24/25 апреля с пунктов в Навплии и Рафтисе, и после полудня к этим пунктам начали подходить корабли. В этот момент конвой внезапно атаковали два «Хейнкеля» He-111 и добились попадания в «Гленарн». Четыре человека на борту были убиты, транспорт загорелся. Но пожар удалось потушить и «Гленарн» продолжил путь. В 22:00 в районе Навплии транспорт «Ольстер Принс» сел на мель и больше не мог принимать участие в эвакуации. В остальном все шло нормально, на корабли были перевезены 6685 человек, их перевозили с берега лихтер А5 и десять меньших лихтеров типа В, спущенных с «Гленарна» (каждый из этих лихтеров мог принять 70 пассажиров), а также шлюпки с боевых кораблей. Один «Гленарн» принял 5100 человек, остальные разместились на борту сопровождавших транспорт боевых кораблей.
Среди тех, кто эвакуировался с пункта в Навплии, было несколько человек из 113-й эскадрильи КВВС, добравшихся туда из Ниаматы, во главе с лейтенантом Риксоном. Он вспоминал:
«Было особенно унизительно видеть, как очень плохо снаряженные греческие крестьяне, вооруженные какими-то старыми ружьями, отправляются на север, на войну, в то время как мы бежим. Переправившись через Коринфский канал, мы смогли сесть на поезд, на котором добрались до порта, где был пункт сбора для пилотов без машин вроде нас и солдат других разбитых частей, надеявшихся выбраться оттуда. Там творился обычный в таких случаях беспорядок, но личный состав нашей эскадрильи проявил отличную дисциплину и заслужил похвалу майора ирландских гвардейцев, координировавшего эвакуацию, так как среди эвакуировавшихся солдат разных национальностей и родов войск дисциплины явно не хватало. Нас перевезли на корабли флота с помощью десантных барж. Флот хорошо позаботился о нас, хотя репутация КВВС была не так высока, как обычно, потому что в воздухе господствовала немецкая авиация, а наши ВВС мало чем могли помочь флоту».
В Рафтисе еще 5750 человек (в основном новозеландцев) были перевезены на борт транспорта «Гленгайл» и крейсера ПВО «Калькутта». С берега их перевозили лихтер А6, корвет «Сальвия» и другие меньшие суда. Два конвоя из двух пунктов эвакуации встретились в 08:00 и вместе направились в бухту Суда, куда благополучно прибыли во второй половине дня. В пути их безуспешно атаковали три «Юнкерса» Ju-88, и расчеты зенитных орудий кораблей заявили об одном сбитом бомбардировщике. На рассвете на прикрытие кораблей были направлены шесть истребителей «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи КВВС с базы Малеме и три «Бленхейма» Mk IVF из 203-й эскадрильи КВВС с базы Ираклион, но так как ни тем ни другим не сообщили об участии в патрулировании «Бленхеймов» с другой базы, одни «Бленхеймы» едва не атаковали другие. В 08:00, когда конвои из Навплии и Рафтиса встретились, флайн-офицер Смит из 30-й эскадрильи заметил два «Юнкерса» Ju-88 и атаковал обоих, заявив о попаданиях по одному «Юнкерсу», который задымил и стал терять высоту. Другой «Юнкерс» сочли предположительно сбитым зенитными орудиями кораблей, но в немецких документах ни в том, ни в другом случае нет подтверждающей это информации о потерях и повреждениях.
В тот день фактически закончились крупномасштабные бои в Греции, когда немцы взяли Фермопильский проход после героической его обороны частями ANZAC. Под постоянными ударами «Штук» VIII авиакорпуса Люфтваффе войска союзников не смогли остановить наступление двух немецких танковых дивизий и141-й горнострелковой дивизии, хотя австралийцы и новозеландцы заявили об уничтожении не менее 15 танков противника (и примерно столько же временно выведено из строя). Было приказано отступать на следующую линию обороны. Тем временем немецкие войска заняли Лемнос и другие острова в Эгейском море.
Самолеты VIII авиакорпуса Люфтваффе снова обстреляли аэродром Аргос, немецкие пилоты заявили о 19 уничтоженных самолетах — очевидно, это были уже выведенные из строя и брошенные самолеты. В середине дня один из двух «Мессершмиттов» Bf-109E из III/JG77, сопровождавших пикировщики Ju-87, был сбит зенитным огнем в районе Навплии, его пилот фельдфебель Отто Унертль погиб. С базы Танагра вылетели «Мессершмитты» (также из III/JG77) под командованием майора Александра фон Винтерфельдта (ветерана Первой Мировой войны), вооруженные бомбами, для действий против кораблей союзников, задействованных в эвакуации. В бухте Навплия они заметили стоявший на мели «Ольстер Принс», и пока фон Винтерфельдт и его адъютант лейтенант Дитхельм Айхель-Штрайбер выполняли отвлекающую атаку, чтобы отвлечь на себя огонь зенитных орудий, обер-лейтенант Вольф-Дитрих Ги добился прямого попадания в транспорт. Позже пилоты «Мессершмиттов» докладывали, что транспорт сильно задымил и почти сразу перевернулся. Однако, похоже, что в то же самое время «Ольстер Принс» атаковали пикировщики Ju-87, а также Ju-88 из I/LG1. Лейтенант Герд Штамп из I группы доложил, что видел попадание своей бомбы в судно, которое вскоре загорелось. Пилоты всех трех групп полагали, что потопление транспорта на их счету. К тому времени у звена Ги заканчивалось горючее, и ему с ведомым пришлось садиться на аэродром в Коринфе, все еще находившийся в тылу британских позиций. Авиабаза оказалась брошенной. Немецкие пилоты нашли оставленные канистры с горючим, дозаправились, вручную завели двигатели и вернулись на свою базу в Танагре, где их уже считали сбитыми.
Другие бомбардировщики из I/LG1 потопили греческое судно «Георг А. Драгулис». Два «Юнкерса» Ju-88 из той же группы атаковали подходивший к берегу конвой — шла следующая фаза эвакуации. Транспорты «Пеннланд» (бывший океанский лайнер 16082 т) и «Терланд Касл» в сопровождении крейсера ПВО «Ковентри» и трех эсминцев направлялись из бухты Суда к пункту эвакуации в Мегаре. «Юнкерсы» атаковали конвой около 15:00, одна бомба разрушила мостик и рулевую рубку «Пеннланда», были уничтожены компасы и рулевой привод. На помощь транспорту пришел эсминец «Гриффин», и некоторое время «Пеннланд» продолжал идти к Мегаре, но повреждения были слишком велики, и транспорт повернул обратно на Крит в сопровождении «Гриффина». В 16:50 бомбардировщики вернулись, один из них зашел со стороны солнца и сбросил две бомбы, добившись прямого попадания в «Пеннланд». Одна бомба пробила палубу и взорвалась в машинном отделении, три человека были убиты. Капитан ван Далькен отдал приказ покинуть судно, и 300 человек с «Пеннланда» подобрал эсминец «Гриффин». К конвою в Мегару были направлены еще два эсминца, а позже еще три.
Несмотря на потерю «Пеннланда» из Мегары той ночью были эвакуированы 5900 человек, в основном австралийцы, в том числе 1500 больных и раненых и 80 сопровождавших их медсестер и санитаров. У лихтера А19 возникла неисправность двигателей, и его пришлось оставить, в результате около 300 солдат были оставлены в Мегаре.
Еще один «Сандерленд» из 228-й эскадрильи КВВС — T9048 флайт-лейтенанта Лэмонда — вылетел в район Гитеона в поисках группы солдат и офицеров КВВС. После посадки экипаж встретил офицер греческих ВВС, который направил их дальше вдоль берега. По пути экипаж заметил вспышки сигналов, подаваемых карманным зеркалом, и, посадив «Сандерленд», Лэмонд нашел на берегу потерявшуюся группу офицеров и солдат из 112-й эскадрильи КВВС (всего 101 человек). Из них 52 человека смогли поместиться на борт летающей лодки. Лэмонд пообещал остальным, что вернется за ними вечером, если не помешают новые приказы. Он сдержал слово и вернулся за остальными после наступления сумерек, но при посадке в темноте «Сандерленд» врезался в препятствие и разбился. Лэмонд и три человека из экипажа остались невредимы, но еще двое получили тяжелые травмы. Несколько часов они дрейфовали на перевернутом крыле, пока не выбрались на берег. Лэмонд решил остаться с ранеными, и позже, когда район заняли немцы, он с двумя другими членами экипажа попал в плен.
Еще три «Суордфиша» из 815-й эскадрильи FAA в тот день перелетели с Крита в Египет. Командование прилагало большие усилия, пытаясь обеспечить Крит достаточным числом истребителей для обороны. Из-за нехватки «Харрикейнов» в 80-й эскадрилье КВВС на Крите требовалось только четыре пилота. Остальные пилоты, оставшиеся без истребителей, были эвакуированы в Египет на «Лодстаре» 267-й эскадрильи. Оставшиеся на Крите четыре пилота — флайн-офицер Ванклин Флауэр, пайлот-офицер Вейл, флайт-сержант Ривалан и сержант Беннет — были присоединены к 33-й эскадрилье КВВС, образовав смешанное подразделение, в котором было семь «Харрикейнов» (V7181, 7461, 7761, 7795, 7800, 7826 и W9297). У одного «Харрикейна» была пробоина около десяти дюймов в диаметре в главном лонжероне крыла. В условиях Крита починить поврежденный «Харрикейн» было невозможно, но так как истребителей было очень мало, приходилось летать и ему. Пилоты договорились летать на нем по очереди, хотя были серьезные опасения, что при любом резком маневре крыло может просто оторваться.
Из Египта на Крит вышел конвой AG-14 для помощи в эвакуации войск из Греции. К «Гленарну» в его втором рейсе присоединились транспорты «Хедив Исмаил» и «Сламат» (голландский) в сопровождении трех боевых кораблей. Вечером конвой дважды атаковали в проливе Касо торпедоносцы S.79, но безуспешно. Когда конвой ночью прибыл в бухту Суда, там оказалось большое скопление кораблей. В бухте Суда были еще два больших лихтера типа А — А15 и А20, югославская подводная лодка и два югославских торпедных катера, они вышли из базы Каттаро и шли на Крит восемь дней. Из Скараманги прибыла заправочная баржа, с которой заправлялись «Сандерленды» 230-й эскадрильи КВВС. На борту баржи было 600 галлонов авиационного бензина, а ее вооружение составляли четыре старых пулемета «Виккерс», которые обслуживали командир эскадрильи Элингтон, еще три солдата из КВВС, греческий полковник и греческий же рядовой, и три медсестры. К счастью, на пути в бухту Суда баржа не подвергалась атакам вражеской авиации.
Конвой с войсками, эвакуированными из Мегары, также направлялся к Криту, но 26 апреля с наступлением светлого времени суток он подвергся частым налетам небольших групп немецких самолетов. Сначала конвой атаковали два «Юнкерса» Ju-87, потом два «Мессершмитта» Bf-109E с бомбами, потом несколько «Дорнье» Do-17Z. В середине дня конвой пытались атаковать до 10 «Юнкерсов» Ju-87, но сильный огонь зенитных орудий крейсера ПВО «Ковентри» и эсминцев нарушил их строй. Три «Бленхейма» Mk IVF из 203-й эскадрильи КВВС попытались перехватить «Юнкерсы». Командир эскадрильи Гефин атаковал восемь «Штук», зафиксировав попадания по нескольким из них, в том числе из хвостового пулемета. Наблюдатели на кораблях сообщили, что как минимум один «Юнкерс» был сбит, но по немецким данным Ju-87 потерь не понесли. Гефин преследовал «Штуки» около десяти минут, но не смог догнать их. «Бленхейм» флайн-офицера Лейн-Сэнсома был атакован пятью «Мессершмиттами» и получил несколько попаданий в крылья, но смог уйти пикированием по направлению к кораблям, и «Мессершмитты» не последовали за ним в зону зенитного огня кораблей.
В 11:50 конвой атаковали три «Юнкерса» Ju-88 из I/LG1, но не добились попаданий. В 13:15 атаковали еще три Ju-88, но так же безуспешно. Когда конвой подошел к бухте Суда, на его прикрытие вылетели «Харрикейны», «Фулмары» и «Си Гладиаторы» с базы Малеме. В 18:00 конвой вошел в бухту Суда. У транспорта «Терланд Касл» было шесть футов воды в трюме из-за повреждений обшивки близкими разрывами бомб, но из 3500 солдат на его борту никто не пострадал.
Тем временем транспорты «Гленарн», «Хедив Исмаил» и «Сламат», в сопровождении крейсера ПВО «Калькутта» и четырех эсминцев, направлявшиеся в Грецию, после полудня стали подвергаться все более сильным налетам групп «Юнкерсов» Ju-87 и Ju-88. Наиболее решительная атака с воздуха началась в 18:20, когда конвой вошел в залив Навплии. Близким разрывом бомбы была повреждена обшивка «Гленарна», настолько сильно, что было затоплено машинное отделение, и двигатели вышли из строя. Эсминец «Гриффин» снова пришел на помощь и отбуксировал потерявший ход транспорт в бухту Суда. «Сламат» получил незначительные повреждения, а на транспорте «Хедив Исмаил» шесть человек были убиты близким разрывом бомбы.
Днем в порту Пирей было потоплено бомбами греческое судно «Мария Стафату» (6303 т). После полудня судно «Спрапас», перевозившее британских солдат, было атаковано немецкой авиацией в районе Мелоса, несколько человек были убиты. У северного побережья Крита Люфтваффе атаковали еще один конвой — AG-15, направлявшийся в бухту Суда из Египта. Транспорт «Скоттиш Принс» получил попадание бомбы и был оставлен экипажем. Австралийский эсминец «Вэмпайр» пришли ему на помощь, отправив на его борт часть своих экипажей, и транспорт пришел в бухту Суда своим ходом.
Новая попытка крупномасштабной эвакуации была назначена на темное время суток. Тем временем в материковой части Греции происходили драматические события. Еще перед наступлением немцев британское Адмиралтейство и командующий британским Средиземноморским флотом адмирал Каннингэм рассматривали в случае эвакуации вариант блокирования Коринфского канала, отделявшего материковую Грецию от полуострова Пелопоннес. Заблокировать канал предполагалось, затопив в нем судно, но греки были против этого. Согласия по этому вопросу так и не было достигнуто, и наконец, 24 апреля лейтенант резерва флота (RNR) Камберледж получил приказ заминировать канал. Используя 8 глубинных бомб и магнитную мину, он связал их вместе и опустил в канал, установив на детонаторе замедленного действия задержку на семь дней. По некоторым сообщениям устройство взорвалось 1 или 2 мая, потопив корабль в канале. Как бы то ни было, благодаря работе итальянских инженерных войск к 10 мая канал снова был открыт, судоходству мешали только остатки взорванного моста, их убрали к 17 мая.
Немцы пытались захватить этот мост через канал, чтобы отрезать путь отступления от Фермопил войскам союзников. Эта задача была поставлена 2-му парашютному полку Люфтваффе (FJR2) под командованием оберста Альфреда Штурма, прибывшему в Болгарию в марте. Первоначально предполагалось использовать парашютистов для захвата острова Лемнос в случае его оккупации британскими войсками, но в этом не возникло необходимости, немецкая пехота высадилась на остров без сопротивления. Для перевозки парашютистов была задействована группа транспортной авиации (KGzbV2) в составе 53 «Юнкерсов» Ju-52/3m и 12 планеров DFS-230, которые должны были доставить саперную часть для поддержки парашютистов.
26 апреля около 06:00 «Юнкерсы» Ju-88 из 1/KG51 нанесли бомбовые удары по позициям войск союзников в районе канала, очевидно с целью выявить позиции зенитной артиллерии. После этого до 30 пикировщиков Ju-87 в сопровождении 80-100 «Мессершмиттов» Bf-110 (в том числе из 1/ZG 26) атаковали все 10 позиций зенитных орудий, при этом Bf-110 обстреливали из пушек и пулеметов не только позиции зенитной артиллерии, но и автотранспорт на дорогах поблизости. В течение 30 минут все зенитные орудия были выведены из строя, хотя при этом был сбит один Bf-110 — U8+AL унтер-офицера Вильгельма Рёделя из 3/ZG26, экипаж погиб. Также был потерян один Ju-87 из I/StG3 в районе Ларисы.
Налет прекратился так же внезапно, как начался, но прежде чем защитники успели отреагировать, в небе появились транспортные Ju-52/3m, летевшие группами по три на высоте около 200 футов, с них начали прыгать парашютисты — два батальона 2-го парашютного полка.
Силы, оборонявшие канал, состояли из трех рот 2/6-го австралийского батальона, отряда саперов, роты 19-го новозеландского батальона, эскадрона бронеавтомобилей новозеландской кавалерии, и четырех танков 4-го гусарского полка. 1-й батальон немецких парашютистов высадился к северу от моста, а 2-й к югу. Парашютисты вступили в бой с защитниками, а 12 планеров DFS-230 сели рядом с мостом, и немецкие саперы быстро захватили мост невредимым. Во время высадки «Мессершмитты» Bf-109E из II(Sch)/LG2 обстреливали дороги к северу и югу от моста, чтобы не позволить подойти британским подкреплениям.
Хотя во время высадки было убито и ранено много парашютистов, ни один транспортный Ju-52 не был сбит, только один из буксировавших планеры был поврежден зенитным огнем. К 08:00 бой вокруг моста фактически закончился, но хотя мост был захвачен немцами, защитники все же смогли его взорвать. Подрывные заряды были прикреплены к опорам моста, и хотя немецкие саперы пытались обезвредить их, два британских офицера смогли подорвать заряды метким огнем из винтовок. Но особых помех в форсировании канала немцам это не создало, так как они вскоре установили временный мост.
Потери убитыми среди усталых и упавших духом защитников были относительно невелики, хотя четыре единицы бронетехники были подбиты, даже не успев вступить в бой. Однако более 900 британских, австралийских и новозеландских солдат были взяты в плен, также в плен попали 1450 греческих солдат, не участвовавших в бою. 2-й парашютный полк Люфтваффе (всего около 800 чел.) потерял в этой операции 63 человека убитыми и 174 ранеными. Потеря моста означала, что 4-я новозеландская бригада, занимавшая позиции к северу от Афин, была теперь отрезана от зон эвакуации в Пелопоннесе. Получив эти сведения, новозеландцы стали готовиться к контратаке и форсированию канала вплавь, если будет необходимо, но вместо этого получили приказ выдвигаться в Рафину и порт Рафтис, откуда их вместе с 1-й бронетанковой бригадой должны были эвакуировать следующей ночью.
Несмотря на эту неудачу, эвакуация, запланированная на ночь 26/27 апреля, продвигалась по плану, с пляжей C, D, S, T и Z. Эсминец «Нубиэн» прибыл в Мили в заливе Навплия, чтобы эвакуировать штаб генерала Мейтленд-Уилсона (командующего войсками Британской Империи в Греции) и греческого принца Петера, но выяснилось, что их уже эвакуировали на «Сандерленде».
Всего было эвакуировано:
С пляжа C (Рафина) — 3503 чел. из почти 4500 на транспорте «Гленгайл» и эсминцах.
С пляжа D (Порт Рафтис) — 4720 на транспорте «Салуин» и крейсере «Карлайл». 4000 человек осталось.
С пляжа S (Навплия) — 2768 человек в основном на крейсере «Орион». Капитан транспорта «Сламат» задержался, чтобы принять на борт больше людей (всего принял около 500 чел.). «Сламат» ушел после 04:00, отклонившись от расписания более чем на час. Транспорт «Хедив Исмаил» ушел без эвакуированных.
С пляжа Т (Толон) — на крейсере «Перт», эсминцах «Айсис» и «Стюарт». Еще 570 человек были перевезены в бухту Сонди на лихтере А5 для последующей эвакуации.
С пляжа Z (Каламата) — 8650 из 15000 человек на транспортах «Дилвара», «Сити оф Лондон» и «Коста-Рика». Солдаты были дезорганизованы и недисциплинированы, потеряли много своего оружия и снаряжения. Это привело к задержкам и стало причиной того, что много солдат было оставлено.
В результате задержки в Навплии конвой из этого пункта вышел с сильным опозданием, и рассвет застал конвой в открытом море. Крейсер ПВО «Калькутта» занял позицию между двумя транспортами, готовясь отражать предстоящий налет. Когда в 07:15 налет начался, пикировщики Ju-87 бомбили «Сламат» с большой точностью и добились попаданий двух больших бомб. Много людей на борту транспорта было убито, в том числе капитан. На помощь горящему «Сламату» подошел эсминец «Даймонд» и снял с него более 500 солдат и членов экипажа. Второй эсминец — «Райнек» — забрал еще около 50 солдат и моряков с плотов и шлюпок. Добив тонущий «Сламат» торпедами, два эсминца вернулись к конвою. В 10:25 «Райнек» вызвал поддержку истребителей.
В 11:15 с «Даймонда» заметили истребитель, который экипажи обоих эсминцев сначала приняли за «Харрикейн», потому что снизу он был окрашен в черный и желтый, как истребители КВВС в тот период. Но оказалось, что это «Мессершмитт» Bf-109E, он внезапно спикировал на «Даймонд» и обстрелял заполненную людьми палубу эсминца. Много солдат и артиллеристов «Даймонда» было убито. Почти сразу же эсминец атаковал «Юнкерс» Ju-88, сбросив две бомбы. Одна близким разрывом разбила корпус, другая попала прямо в машинное отделение. Несколько минут спустя таким же образом был атакован «Райнек» — сначала его обстрелял Bf-109E, а потом Ju-88 сбросил три бомбы, одна из которых попала в машинное отделение. Оба эсминца утонули быстро, в течение 15 минут. 63 выживших человека на следующий день смогли добраться до берега, но всего на двух эсминцах погибли около 1000 человек.
Тем временем конвой, идущий из Каламаты, также был атакован. Сначала около 08:00 его атаковал один Do-17Z, зенитчики эсминца «Дефендер» заявили о его вероятном сбитии. К сожалению, зенитный огонь с эсминца задел и преследовавший «Дорнье» истребитель «Бленхейм» Mk IF (K7177 VT-N) из 30-й эскадрильи. Пилот сержант Иннес-Смит смог дотянуть до Крита, но «Бленхейм» был поврежден так, что не подлежал ремонту. Спустя 20 минут появились 12 пикировщиков Ju-87, и шесть из них атаковали «Дефендер». Осколком от близкого разрыва был убит один солдат на палубе эсминца, но зенитчики полагали, что смогли сбить один «Юнкерс» и повредить второй. В это время над конвоем появились три «Бленхейма» Mk IVF из 203-й эскадрильи и атаковали «Юнкерсы». По данным британцев, пикировщиков было около 20, их сопровождали шесть истребителей «Мессершмитт» Bf-110 и несколько Bf-109E.
Командир эскадрильи Пайк на «Бленхейме» Т1821 выпустил три очереди в один «Юнкерс», но был атакован немецкими истребителями, и его «Бленхейм» получил тяжелые повреждения. Флайт-лейтенант Уиттолл («Бленхейм» L9237) и пайлот-офицер Уилсон («Бленхейм» L9215) атаковали один Bf-110 из I/ZG26. После того, как Уиттолл выпустил очередь по «Мессершмитту», его «Бленхейм» внезапно резко спикировал, и больше его не видели. Вероятно, его сбил Bf-110, который он преследовал, или другой «Мессершмитт». Пайк смог привести свой поврежденный самолет в Ираклион, а «Бленхейм» Уилсона остался один патрулировать над кораблями конвоя.
Наблюдатели на борту эсминца «Хиро» сообщили, что видели, как «Бленхейм» сбил Ju-87. Вероятно, это был «Юнкерс» Fl+MN обер-лейтенанта Лахманна из III/StG77, сбитый Пайком. Это была единственная потеря Люфтваффе в том налете, и по немецким данным Ju-87 был сбит зенитным огнем. Звенья «Бленхеймов» продолжали патрулировать над конвоями в течение дня, но воздушных боев больше не было, хотя налеты на конвои продолжались. Одиночные «Дорнье» Do-17Z бомбили конвои с большой высоты в 08:40 и 11:00. До 10 «Юнкерсов» Ju-88 в 12:15 провели более решительный налет, но безрезультатно. Конвой из Рафины/Рафтиса в 12:05 был атакован тремя Ju-88, транспорт «Гленгайл» получил легкие повреждения от близкого разрыва, на его палубе пулеметным огнем «Юнкерсов» был убит один солдат и двое ранены. Когда конвой подходил к северному побережью Крита, его пытались атаковать еще два Ju-88, но были отогнаны сильным зенитным огнем. В 14:45 в 20 милях от Малеме еще три Ju-88 сбросили бомбы на транспорт «Коста-Рика», на борту которого было 2400 солдат. 500-кг бомба разорвалась у борта и разбила обшивку корпуса, транспорт начал тонуть, но погружался медленно, и три эсминца успели снять с него всех людей. «Коста-Рика» затонула в 16:00.
Лихтер А20 был поврежден во время налета на бухту Суда и не смог принять участие в эвакуации. Лихтер А15 днем направился в Монемвасию, на его борту был лейтенант-коммандер Хаттон, командир эскадры лихтеров. Примерно в 8 милях от Монемвасии А15 был атакован немецкими бомбардировщиками и потоплен со всем экипажем. «Юнкерсы» Ju-88 атаковали и бухту Суда, один из них был перехвачен двумя «Фулмарами» из 805-й эскадрильи FAA. Их пилоты лейтенант Скотт и суб-лейтенант Браун заявили о повреждении «Юнкерса». Лейтенант-коммандер Блэк на «Си Гладиаторе» N5568 патрулировал над бухтой Суда и видел, как «Харрикейн» флайн-офицера Киркпатрика из 33-й эскадрильи КВВС перехватил и сбил разведывательный Ju-88 (7A+AM) лейтенанта Ганса Михаэлиса из 4(F)/121. Сбитый «Юнкерс» упал в море, весь экипаж погиб. Несколько греческих судов было потоплено немецкой авиацией у побережья Греции, в том числе «Данаприс» (2113 т), «Ипанис» (1459 т) и «Майотис» (1712 т).
На территории материковой Греции продолжались налеты Люфтваффе на отступающие войска союзников. У Маркопулона на пути к порту Рафтис, солдаты 19-й и 20-й австралийских бригад и 4-й новозеландской бригады вывели из строя свой транспорт, перед тем как направиться на пляжи к пунктам эвакуации, и завтракали, когда внезапно появились около 20 «Мессершмиттов» Bf-110 из I/ZG26, за ними последовали пикировщики Ju-87. Налеты продолжались весь день, и не имевшие средств ПВО войска понесли большие потери, но огнем стрелкового оружия смогли сбить два Bf-110. Один упал в районе Спарты, его стрелок погиб, другой разбился при вынужденной посадке, но экипаж остался невредим. Еще один Bf-110 из II/ZG26 был сбит в районе Афин, его экипаж также не пострадал. Кроме того, при налете на Триполис к северу от Спарты был потерян один «Дорнье» Do-17Z из III/KG2.
В тот день немецкие войска вошли в Афины. Эндрю Стаматопулос вспоминал:
«Мне довелось быть в Афинах, когда немцы вошли в город… Ночь 26/27 апреля была кошмарной… Мы знали, что немцы уже у самых Афин. Я жил в «Палас Отеле» на улице Стадиу. Ночью 27 апреля в 00:10 на улице раздался сильный шум проезжавших машин. Мы думали, что это немцы. Нет! Это были арьергарды британских и австралийских войск. Грузовики всех видов шли нескончаемой колонной, очень близко друг к другу, словно бесконечная змея, их фары были затемнены. Они двигались от площади Омонойя к площади Синдагма и к Фалерону. Их движение продолжалось до 01:00. Потом все затихло, но в 02:30 движение возобновилось и продолжалось до 04:00. После снова наступила тишина. Ставни были закрыты. На улицах не было людей — мертвая тишина. В 08:00 появился мотоцикл, на его коляске был развернут немецкий флаг, так что свастика была хорошо видна. Мотоцикл очень быстро проехал от площади Омонойя к площади Синдагма. Из нас словно дух вышибли — это была оккупация, это была тирания.
Большой парад в честь победы начался около 08:30 и продолжался час — до 09:30. Перед отелем «Гран Бретань» (улица Панепистемиу) стояли немецкие генералы, в том числе командующий соединениями Люфтваффе в Греции генерал Вольфрам фон Рихтгофен, а перед ними проезжали моторизованные войска и танки, выезжавшие с площади Омонойя. Танки были окрашены в почти черный цвет, и такой же была форма их экипажей. Было много больших танков, внушавших ужас, но гранитные лица солдат, ехавших на них, были еще страшнее. Это было предзнаменование того, что нас ожидало. Дальше ехало множество грузовиков «Опель-Блиц», полных солдат с винтовками и пулеметами. Воздух был наполнен ревом моторов. В 09:00 в небе со стороны Пирея появился Do-17Z и минут 20 летал кругами над Афинами. Вскоре после этого со стороны Акрополя появилось звено из трех «Хейнкелей» Hs-123 на высоте около 1000 метров. Пять минут спустя начался воздушный парад, самолеты летели с юго-запада на северо-восток на высоте около 1000 метров, в следующем порядке и количестве: 25 «Хейнкелей» Hs-123, 25 «Юнкерсов» Ju-87, 25 «Мессершмиттов» Bf-110, 25 «Юнкерсов» Ju-88, 25 «Мессершмиттов» Bf-109E, 25 «Дорнье» Do-17Z, 25 «Хейнкелей» He-111 и снова 25 «Мессершмиттов» Bf-109E. Последними пролетели 25 бомбардировщиков «Савойя-Маркетти» S.79 — итальянцы, презираемые немцами и посрамленные греками. Позже над Афинами почти постоянно появлялись один или два «Хейнкеля» Hs-126 или «Физелера» Fi-156. Они часто делали круги над Акрополем, где немцы установили флаг со свастикой».
Позже вечером, из-за большого скопления кораблей в бухте Суда и усилившихся налетов Люфтваффе на Крит, пять транспортов, задействованных в операции «Демон», были направлены в Александрию (как конвой GA-14) с многими тысячами эвакуированных солдат на борту. Эти суда — «Гленгайл», «Салуин», «Хедив Исмаил», «Дилвара» и «Сити оф Лондон» — благополучно достигли Александрии, не подвергаясь новым налетам противника. Эвакуация из Греции продолжалась, и в 22:00 крейсер «Аякс» и три эсминца прибыли в порт Рафтис, где на них начали перевозить ожидавших солдат, доставляя их с берега на каиках, шлюпках и лихтере А6. Ночью 28 апреля в 03:30 погрузка была завершена, всего военные корабли приняли 4640 солдат, в том числе один «Аякс» — 2500 чел. Эсминец «Хэйвок» был направлен в Рафину, где спас 800 солдат (в основном новозеландцев) от неминуемого плена. Их уже окружали немецкие войска, подойдя на четверть мили к пункту эвакуации.
На рассвете 28 апреля три «Бленхейма» Mk IVF из 203-й эскадрильи КВВС вылетели для патрулирования над кораблями, но хотя они передали световыми сигналами свои позывные, один из эсминцев их обстрелял. Сначала сообщений о повреждениях не было, но нессколько минут спустя флайн-офицер Гордон-Холл на «Бленхейме» L9044 сообщил, что у него горит правый двигатель, и он возвращается на Крит. В полутора милях от Ретимно «Бленхейм» стал терять высоту и упал в море. Штурман сержант Пул едва успел помочь командиру выбраться, как «Бленхейм» ушел на дно, все три члена экипажа забрались на спасательную шлюпку, которую успел спустить стрелок, и начали грести к берегу. Когда до берега оставалось еще около мили, летчики с удивлением увидели в море греческого солдата, который плыл навстречу, чтобы помочь им. Привязав к шлюпке трос, он прибуксировал их к берегу. Штаб ВВС на Крите заявил флоту протест в связи с обстрелом «Бленхеймов», хотя они передали соответствующие сигналы.
28 апреля продолжались действия в воздухе над всем районом южной Греции и над морскими маршрутами между Грецией и Критом. Из бухты Суда вылетел гидросамолет-амфибия «Сигалл» (A2-17) с австралийского крейсера «Перт» для разведки над пунктами эвакуации. Около 09:00 в районе Монемвасии его атаковал «Юнкерс» Ju-88. «Сигалл» получил тяжелые повреждения и совершил вынужденную посадку в море. Флайт-лейтенант Бомонт и его экипаж успели забраться в спасательную шлюпку, прежде чем гидросамолет затонул.
Люфтваффе очень активно действовали в этом районе. Немецкие пилоты сообщили, что заметили несколько гидросамолетов на поверхности моря в бухте Монемвасии, и заявили об уничтожении четырех из них. Вероятно, это были поплавковые «Дорнье» Do-22KG из греческой 12-й эскадрильи, только один из них смог перелететь в Египет. Немецкие пикировщики потопили один из двух оставшихся лихтеров типа А. Девять «Юнкерсов» Ju-87 атаковали лихтер А5 в районе Монемвасии сразу после того, как с лихтера высадились на берег 480 солдат, из них много раненых. Первый «Юнкерс» обстрелял лихтер и сбросил две бомбы. Обе бомбы попали в цель, а зенитчики лихтера сбили «Юнкерс», который упал в море, едва начав выходить из пикирования. Остальные восемь пикировщиков сбросили бомбы, но только одна из них попала в лихтер. Зенитчики заявили о втором сбитом «Юнкерсе». Несмотря столь сильный налет, никто из экипажа лихтера не был ранен, но им пришлось покинуть тяжело поврежденный А5. Несколько Ju-87 и Ju-88 сбросили бомбы на покинутый лихтер, и он, наконец, затонул на мелководье, его нос был полностью оторван взрывом.
В ходе особенно сильного налета Люфтваффе на Каламату были потоплены все каики в порту. Также было сброшено несколько мин, из-за чего порт стало невозможно использовать для эвакуации. Самолет Люфтваффе сел на остров Мелос, в 65 милях от бухты Суда, и его экипаж потребовал немедленной сдачи острова, в противном случае угрожая мощными бомбардировками. Греки категорически отказались сдать остров, и последовало несколько сильных налетов, много малых судов в порту было потоплено, также было сброшено большое количество магнитных мин.
С Крита вылетел «Бленхейм» Mk IF флайт-лейтенанта Уокера из 30-й эскадрильи КВВС, на его борту в качестве наблюдателя находился военный корреспондент Том Уисдом. Целью полета была разведка пляжей южной Греции и поиск оставшихся там солдат союзников. В районе от залива Колокитии до Гитеона никого не было замечено, но у мыса Матапан экипаж «Бленхейма» заметил рыболовные суда и осмотрел их на предмет эвакуированных солдат. У острова Карави было замечено маленькое судно, атакуемое двумя «Мессершмиттами» Bf-110. Флайт-лейтенант Уокер, сумев приблизиться незамеченным, открыл огонь по одному из них и видел попадания. «Мессершмитты» ушли с пикированием, их стрелки ответили огнем, и когда Уокер вернулся на Крит, то обнаружил, что у его «Бленхейма» пробоины в левом крыле и гондоле двигателя.
Ближе к Криту флайн-офицер Киркпатрик из 33-й эскадрильи, патрулируя на «Харрикейне», заметил самолет, похожий на разведывательный, идентифицировал его как немецкий Hs-126 или итальянский Ro.44 и заявил о его сбитии. Это мог быть итальянский разведчик с островов в Эгейском море, но никаких подтверждающих сведений об их потерях в тот день нет.
На Крите продолжались работы по усилению обороны острова, но новый аэродром в Педиада-Кастелли к западу от Малеме еще не был готов, и было ясно, что его не успеют подготовить вовремя. 112-я эскадрилья КВВС теперь базировалась в Ираклионе, но из ее 14 «Гладиаторов» только шесть были исправны. Поэтому было принято решение отправить одно звено 112-й обратно в Египет, и пилоты звена «А» вылетели в Александрию на транспортном «Бомбее», наземную команду отправили морским путем на следующий день. Оставшиеся 10 пилотов надеялись получить «Харрикейны». Эскадрилью усилили шесть новых пилотов, прибывших из Восточной Африки под командованием лейтенанта Деннанта. 805-я эскадрилья FAA также отправила часть наземного персонала (23 специалиста флота и КВВС) в Египет по морю. Четыре «Фулмара», которые были признаны непригодными для участия в боевых операциях, уже перегнали в Абукир. Таким образом, в составе истребительной авиации флота на Крите остались только пять «Фулмаров» и семь «Си Гладиаторов», считавшихся исправными, но уже требовавших ремонта. Два оставшихся «Буффало» были уже полностью непригодны для полетов. Базировавшаяся там же 30-я эскадрилья КВВС имела семь исправных «Бленхеймов» Mk IF, но все они были сильно изношены и требовали ремонта. Срочно требовались подкрепления.
По плану операции «Демон» ночью 28/29 апреля предполагалось провести эвакуацию только из пункта в Монемвасии. Но так как в Каламате еще оставалось около 7000 человек, потребовалось срочное изменение плана. Из бухты Суда вышло Соединение «В» в составе крейсеров «Перт» и «Феб» и шести эсминцев, имевшее задачу эвакуировать из Каламаты по возможности всех оставшихся там солдат. За выходом кораблей следил немецкий самолет-разведчик. В 19:30 Соединение «В» прибыло в точку в 20 милях к юго-западу от Каламаты, и эсминец «Хиро» был оттуда направлен к порту, чтобы установить связь с солдатами на берегу. Когда эсминец подошел к Каламате, стало ясно, что на берегу идет бой, было заметно много вспышек выстрелов и трассеров.
Позже выяснилось, что около 18:00 к Каламате подошла колона немецкой мотопехоты — около 300 солдат на грузовиках, два бронеавтомобиля и две 60-фунтовые (sic) пушки на тягачах. При входе в город немцы столкнулись с подразделением 4-го гусарского полка. В бою, длившемся около 15 минут, британские солдаты смогли подбить один бронеавтомобиль, после чего, по британским данным, у них кончились боеприпасы. Немцы вошли в город и захватили в плен много разрозненных групп британских солдат, в том числе флотского офицера, руководившего эвакуацией.
Несколько частей австралийских и новозеландских солдат, в том числе связисты и солдаты службы тылового обеспечения, контратаковали немцев и смогли выбить их из города. К 01:00 город был очищен, немцы потеряли обе пушки и весь автотранспорт. Одной из групп новозеландцев командовал сержант Дж. Хинтон из новозеландского запасного батальона. В бою он был ранен и попал в плен, но позже за свои действия был награжден Крестом Виктории.
Тем временем, в 20:45, когда «Хиро» еще находился примерно в трех милях от порта, с берега световыми сигналами сообщили, что немцы в порту. К берегу был направлен моторный катер с задачей оценить обстановку, и с эсминца были запрошены по радио дальнейшие приказы у командира «Перта», командовавшего операцией. Командир крейсера капитан сэр Филип Бойер-Смит решил отменить эвакуацию, опасаясь, что его корабли, подсвеченные пожарами с берега, могут стать легкой целью для кораблей противника. Также сообщалось о возможном присутствии в районе вражеских подводных лодок. Фактически же в том районе не было ни подводных лодок, ни надводных кораблей противника. Однако «Хиро» получил приказ вернуться к Соединению «В», которое должно было следовать обратно в бухту Суда. Экипаж моторного катера с «Хиро» получил сообщение, что много солдат собралось на пляже к юго-востоку от порта, также были направлены еще шлюпки для их перевозки на корабли. В 01:00 подошли еще три эсминца, и к 02:30, когда они ушли, на них было перевезено с берега 332 солдата. Но за день 28 апреля в Каламату прибыли еще около 3000 солдат, и общая численность людей в порту, подлежавших эвакуации, достигла 10 000. Из них около 4000 были британские, австралийские и новозеландские солдаты, почти 4000 киприотские и палестинские саперы, 1500 югославских солдат, остальные в основном были греческие и югославские гражданские беженцы, в том числе женщины и дети. Когда на следующее утро в порт вошли главные силы немецких войск, сдача собравшихся там (в основном безоружных) солдат союзников была назначена на 05:30. Те, кто хотел попытаться спастись самостоятельно, получили на это разрешение командования, и много групп солдат разошлись по берегу в поисках судов, на которых можно было бы добраться до Крита. Некоторые офицеры собрали своих солдат на пляже, приготовившись сдаваться, когда на рассвете их атаковали пикировщики Ju-87, было убито и ранено около 200 человек.
Более успешно продолжалась эвакуация в Монемвасии, куда были направлены крейсер «Аякс» и четыре эсминца. Они задержались из-за поиска предполагаемой подводной лодки противника, но выяснилось, что причиной тревоги оказался экипаж сбитой летающей лодки «Сигалл», который выпустил ракету, подавая сигнал бедствия. Их подобрал эсминец «Хэйвок» к северу от острова Китера. Наконец четыре эсминца прибыли в Монемвасию к полуночи. С помощью шести лихтеров типа «В» (с «Гленарна») и двух каиков всех ожидавших эвакуации успешно перевезли на корабли — всего 4320 человек, в основном новозеландские солдаты из 6-й бригады, в том числе генерал Фрейберг. После завершения перевозки людей предполагалось затопить лихтеры, но так как корабли должны были уйти до наступления рассвета, в спешке были потоплены только один или два лихтера. На оставшихся лихтерах позже добирались до Крита солдаты, спасавшиеся самостоятельно.
Почти 700 человек личного состава КВВС с базы Аргос, а также 60 британских и 60 греческих солдат добрались до острова Китера на старом греческом пароходе, и теперь ждали в бухте Капсали. Ночью к Китере прибыл шлюп «Окленд» и два корвета, и благополучно забрали всех на Крит.
Среди множества малых судов, добравшихся до бухты Суда был лихтер А6, последний из пяти лихтеров типа «А», действовавших в греческих водах. Эвакуация приближалась к завершению. 29 апреля в 11:00 из бухты Суда в Александрию вышел конвой из шести транспортов под кодовым названием GA-15. На кораблях конвоя было 10931 чел. эвакуированных, в том числе много раненых и больных солдат, моряки, спасенные с потопленных торговых судов, медсестры, гражданские женщины и дети, и даже итальянские пленные. Вскоре после выхода появился один Ju-88 и атаковал сопровождавший конвой эсминец «Нубиэн». От близкого разрыва бомбы эсминец получил небольшие повреждения, его зенитчики полагали, что сбили «Юнкерс». Из Александрии навстречу конвою вышла 1-я боевая эскадра под командованием контр-адмирала Роулингса на линкоре «Барэм». Также в состав соединения входил еще один линкор — «Вэлиант», и эсминцы из охранения недавно проведенного конвоя GA-14. Прикрытие с воздуха обеспечивали «Фулмары» из 803-й и 806-й эскадрилий FAA с борта авианосца «Формидебл».
Первая воздушная тревога на Крите в тот день была объявлена в 10:15, с базы Малеме в воздух поднялись несколько «Харрикейнов». Над бухтой Суда флайн-офицер Вейл на «Харрикейне» V7781 заметил «Дорнье» Do-17Z, направлявшийся в сторону моря, и, преследуя его, израсходовал все боеприпасы. Хвостовой стрелок «Дорнье» вел ответный огонь и добился нескольких попаданий в «Харрикейн», но ни одно не нанесло серьезных повреждений. Вейл видел, что «Дорнье» теряет высоту, и из его левого двигателя идет черный дым. В тот же день командир эскадрильи Джонс и флайн-офицер Ванклин Флауэр должны были улететь с Крита в Александрию, оставив маленький отряд «Харрикейнов» на базе Малеме под командованием Вейла.
Воздушная тревога была снова объявлена в 16:15, когда около 20 «Юнкерсов» Ju-88 были замечены на подходе к бухте Суда. На этот раз взлетели все исправные «Харрикейны», «Фулмары» из 805-й эскадрильи FAA, и один «Си Гладиатор» N5509, его пилотировал лейтенант-коммандер Блэк. Снова Вейл (на этот раз на «Харрикейне» V7795) первым заметил противника, увидев девять бомбардировщиков на высоте около 6000 футов, и атаковал два из них. Вейл сообщил, что после короткой очереди первый «Юнкерс» стал терять высоту с горящим правым двигателем, и разбился к северу от Малеме. Преследуя еще один «Юнкерс», Вейл через пять минут достаточно сократил дистанцию, чтобы открыть огонь. В этот раз сбитый им бомбардировщик, вероятно, упал в море. Сделав круг, Вейл заметил в воде двух выживших и сообщил об этом диспетчеру. При возвращении в Малеме он встретил еще один Ju-88 и атаковал его в лоб, но тут у Вейла кончились боеприпасы. Бомбардировщики Люфтваффе снова атаковали суда в гавани, греческий пароход «Конистра» (3537 т) получил тяжелые повреждения и выбросился на берег. Также были выведены из строя две пушки «Бофорс», защищавшие якорную стоянку, но их расчеты потерь не понесли. Данных с немецкой стороны о потерях Люфтваффе в этом налете нет.
После налета на Мелос в предыдущий день, было получено сообщение, что там сели четыре транспортных Ju-52. Туда были направлены два «Бленхейма» из 30-й эскадрильи, но ни самолетов, ни солдат противника обнаружено не было.
После наступления темноты три эсминца — «Хиро», «Айсис» и «Кимберли» — были направлены в Каламату с задачей выяснить обстановку и спасти оставшихся там солдат, если их удастся найти. По прибытии моторные катера с эсминцев подошли к берегу, но найти и забрать удалось только маленькую группу из 16 офицеров и 17 солдат. Спасенные сообщили, что небольшие изолированные группы солдат союзников еще ведут бои вокруг города. Эти три эсминца вернулись к Каламате на следующую ночь (30 апреля/1 мая), и в этот раз действовали с несколько большим успехом, забрав 202 человека. Слышались звуки выстрелов, но спасенные сказали, что это немцы добивают последние группы храбрых солдат, которые предпочли не сдаваться. Той же ночью еще два эсминца — «Хэйвок» и «Хотспер» были направлены к Мелосу для эвакуации солдат, которых, по некоторым сообщениям, было там около 3500, хотя еще в точности было неизвестно, высадились немцы на остров или нет. Катера с эсминцев нашли на берегу только 692 человека, из них около 400 палестинцев, остальные киприоты и несколько индийцев. Эсминцы эвакуировали их всех, а также несколько греческих солдат и рыбаков. По прибытии в бухту Суда один из солдат оказался греческой девушкой, надевшей каску и шинель.
В море 30 апреля 1-я боевая эскадра соединилась с крейсерами «Перт» и «Феб» и тремя эсминцами в 80 милях к югу от пролива Касо. Эта сильная группировка кораблей сопровождала конвой GA-15 следующие 12 часов. После этого крейсер «Перт» и эсминец «Нубиэн» остались с конвоем и сопровождали его до самого порта, остальные же корабли эскадры снова направились к берегам Греции. Единственная воздушная тревога была объявлена в 09:24, когда радар обнаружил самолеты противника. «Фулмары» из «Белого» звена 806-й эскадрильи FAA с авианосца «Формидебл» провели короткий бой с пятью «Фиатами» CR.42 (вероятно, с Родоса). Обе стороны не имели потерь и повреждений, и вскоре итальянцы вышли из боя. На Крите налетов не было до вечера. Только после 17:00 над бухтой Суда были замечены шесть «Юнкерсов» Ju-88. Их перехватил «Харрикейн» флайн-офицера Вейла.
Вейл вспоминал:
«После долгого преследования я атаковал одного с очень близкой дистанции, расстреляв по нему почти весь боекомплект, и «Юнкерс» упал в море (фактически же данные Люфтваффе потерь над Критом в тот день не подтверждают). Потом меня обстрелял другой Ju-88, летевший почти рядом. Атаковав его, я расстрелял последние патроны, но видимых повреждений заметно не было. Возвращаясь на базу, я увидел четыре самолета, летевших на очень малой высоте. Приблизившись к ним, я опознал «Бленхеймы» с английскими опознавательными знаками… Я доложил об этом на базу, и мне ответили, что «Бленхеймы» в воздух не поднимались».
Очевидно, на командном пункте базы Малеме не знали, что происходит на другой базе — в Ираклионе, потому что это действительно были «Бленхеймы» из 203-й эскадрильи КВВС — авангард отряда, возвращавшегося в Египет. На борту каждого «Бленхейма» было три человека аэродромной команды, они только что взлетели с базы Ираклион и направлялись в Египет. Над морем они пролетели поблизости от 1-й боевой эскадры, и их перехватили два звена «Фулмаров». Приказы требовали, чтобы при приближении к кораблям флота самолеты КВВС летели колонной, а ведущий выпустил сигнальные ракеты — но эти приказы не были переданы командиру эскадрильи Гефину, который вел «Бленхеймы». Рядовой 2-го класса Де Фриас, наблюдатель на «Фулмаре» N1912 пайлот-офицера Теобальда, вспоминал:
«С нашей боязнью «Юнкерсов» они были легкой добычей… К счастью, мы лишь повредили их в первом заходе, и только когда зашли на второй, поняли, что если мы можем сделать на них два захода, это не 88-е!»
«Бленхейм» L9215 пайлот-офицера Уилсона получил лишь незначительные повреждения. «Фулмары» прервали атаку, когда «Бленхеймы» выпустили сигнальные ракеты Вери. По возвращении на «Формидебл» Теобальд и Де Фриас были отстранены от полетов, и им грозил военный суд. Но позже, когда в последующие недели напряжение боев продолжало нарастать, очевидно, стало не до этого.
Тогда же из Малеме улетел последний исправный «Суордфиш» из 815-й эскадрильи FAA, его пилотировал суб-лейтенант Эванс. Аэродромная команда была эвакуирована на пароходе «Дестро».
Среди небольших судов, продолжавших приходить в бухту Суда из Греции, был маленький каик, на борту которого эвакуировались капитан авиагруппы Э. Ли и 12 человек личного состава КВВС, а также еще 20 человек британских солдат, палестинцев и греков. Предыдущей ночью они достигли Китеры, отдохнули и на рассвете направились к Криту.
На базе Малеме сел «Лодстар», на котором прибыл на Крит генерал Уэйвелл. Приехав в штаб армии в Платаниасе, Уэйвелл освободил генерала Мейтленд-Уилсона от командования группировкой войск на Крите (Creforce) и назначил на этот пост только что прибывшего генерала Фрейберга. Также Уэйвелл сообщил важные и тревожные новости о том, что расшифрованы планы вторжения немецких войск на Крит (благодаря перехватам «Ультра», но об этом он Фрейбергу не сказал). На аэродромах южной Греции было собрано достаточно транспортных Ju-52/3m, чтобы высадить за один вылет 3-4 тысячи парашютистов. При этом Люфтваффе было приказано не уничтожать аэродромы в Малеме и Ираклионе, и посадочную площадку в Ретимно. Таким образом, угроза воздушного десанта была весьма вероятна. Также Люфтваффе имели приказ не минировать бухту Суда. Эти сведения позволяли генералу Фрейбергу спланировать оборону соответствующим образом, и он запросил разрешения Уэйвелла передислоцировать войска, которые были расположены для противодействия высадке с моря. Уэйвелл не смог объяснить Фрейбергу причину отказа разрешить это — необходимость воздержаться от любых действий, которые могут вызвать у немецкой разведки подозрения, что код «Энигмы» раскрыт. Оборона Крита была принесена в жертву потенциальным выгодам, которые могло принести сохранение секретности перехватов «Ультра».
Рано утром 1 мая из бухты Суда в Александрию вылетел «Сандерленд» Т9050 из 230-й эскадрильи КВВС, его пилотировал винг-коммандер Фрэнсис. На борту летающей лодки были вице-маршал авиации Д’Альбиак, генерал Мейтленд-Уилсон и несколько членов греческой королевской семьи, в том числе принц Пауль, его жена и двое детей. Операция «Демон» завершалась, и вместе с ней вся кампания в Греции. Британские войска покидали свой последний плацдарм в материковой Европе. Несомненно, что сама по себе операция «Демон» была успехом. Корабли Королевского Флота и защищаемые ими транспорты эвакуировали 50 732 чел. из 62 564 солдат и офицеров войск Британского Содружества, направленных в Грецию. Еще многие сотни человек (в том числе около 800 чел. летного и наземного состава EVA) эвакуировались другими средствами — на маленьких греческих торговых и рыболовных судах, каиках и т. д. Много людей были спасены с изолированных пляжей в Пелопоннесе эсминцами греческого флота, семь из которых вместе с крейсером «Аверофф», пятью подводными лодками и двумя торпедными катерами пришли в Александрию и позже служили вместе с кораблями Королевского Флота. Около 3000 солдат Британского Содружества были убиты в ходе кампании в Греции, и еще около 9000 (включая солдат небоевых частей) попали в плен.
Потери немецких войск в ходе вторжения в Грецию составили 70 офицеров и 1414 солдат убитыми, 181 офицер и 3572 солдата ранеными, кроме того 192 пилота Люфтваффе были убиты и ранены.
Также около 500 солдат союзников (в основном австралийцы) и 600 моряков Королевского Флота и транспортов погибли в море во время эвакуации.
И наконец, более 1700 человек были к концу апреля эвакуированы из Греции, Югославии и Крита по воздуху самолетами КВВС: «Сандерлендами» 230-й и 228-й эскадрилий, «Бомбеями» 216-й эскадрильи и «Лодстарами» 267-й эскадрильи, а также летающими лодками «Эмпайр» авиакомпании BOAC. «Бленхеймы» тоже участвовали в перевозке ограниченного числа людей (главным образом личного состава КВВС) из Греции на Крит и с Крита в Египет. Кроме того, в эвакуации участвовали и греческие транспортные самолеты: четыре «Юнкерса» G-24 и три Ju-52/3m. Эти мобилизованные пассажирские самолеты не раз подвергались обстрелу со стороны британских кораблей по очевидным причинам. Вследствие общего беспорядка, возникшего к окончанию боевых действий в Греции, приказы о перебазировании этих самолетов на Крит запоздали, и улететь смог только один G-24, остальные были захвачены немцами.
В ходе пяти месяцев службы в Греции пилоты КВВС заявили о 231 сбитом самолете, из которых 150 итальянских. Также было заявлено о 94 вероятных победах в воздушных боях и 28 самолетах, уничтоженных на земле. Пилоты EVA за тот же период заявляли о 58 сбитых итальянских и 5 немецких самолетах, а также о 23 вероятных победах. Пилоты JKRV заявляли о как минимум 30 уничтоженных самолетах Люфтваффе.
В общей сложности, КВВС признали потерю 72 своих самолетов сбитыми, 55 уничтоженными на земле, и еще 82 поврежденных самолета было брошено во время эвакуации, 148 пилотов и членов экипажей были убиты и 15 попали в плен. Авиация флота (FAA) потеряла два «Суордфиша» из 815-й эскадрильи сбитыми, три совершили вынужденные посадки в море и еще два на суше из-за аварий, один пилот погиб и пять попали в плен. Потери греческой авиации составили 32 самолета сбитыми (по греческим данным из них 7 сбито зенитным огнем), 55 пилотов и членов экипажей были убиты и 18 тяжело ранены. Еще около 130 самолетов EVA были уничтожены на земле. Югославская авиация потеряла более 500 самолетов уничтоженными или захваченными противником.
Итальянцы за период с 28 октября 1940 до 30 апреля 1941 признали потерю 65 своих самолетов в воздушных боях или от зенитного огня, также 495 самолетов получили повреждения, из них 371 от зенитного огня. Еще 14 самолетов были уничтожены на земле. Кроме того, 5 итальянских самолетов были сбиты зенитным огнем над Югославией и 22 самолета повреждены. В этих операциях погибли или пропали без вести 240 пилотов и членов экипажей, и 70 были ранены. Заявления о победах итальянских пилотов составили 218 сбитых британских и греческих самолетов и 5 югославских, а также 55 вероятно сбитых.
Люфтваффе за апрель признали потерю 182 самолетов, включая небоевые потери. Из них 164 самолета были потеряны в боевых действиях, 50 из них над Югославией. Потери личного состава включали 150 офицеров и 42 унтер-офицера погибшими или пропавшими без вести. Заявления о победах пилотов Люфтваффе составили 110 самолетов сбитыми (из них 30-40 югославских) и 246 уничтоженными на земле, из них 140 британских и греческих. Потери Люфтваффе включали 54 «Мессершмитта» Bf-109E, 23 «Мессершмитта» Bf-110, 34 «Юнкерса» Ju-88, 29 «Юнкерсов» Ju-87, 29 «Дорнье» Do-17, 6 «Хейнкелей» Hs-126, 2 «Хейнкеля» Hs-123, 1 «Хейнкель» He-111.