Фокс

Я провёл её обратно в главный зал. От количества людей внутри становилось душно. Невозможно было поверить, что ещё один вечер для неё оказался испорчен. И снова из-за Дэвида.

Она не врала: он влезал в каждую секунду её жизни, в каждый её шаг. Даже поговорить с собственным отцом наедине и то не давал.

— Подожди здесь, — сказала она, — Мне нужно привести себя в порядок.

Она улыбнулась мне снизу вверх, как будто я был король, а она — моя королева, и убежала обратно в толпу.

Я остался ждать, подавив стон раздражения, как только увидел, что к залу приближается её отец. Внутри всё сжалось от злости. Я не мог понять, как он может так с ней обращаться и при этом не видеть, каким ничтожеством на самом деле является Дэвид.

— Вижу, она пока не убежала.

— Пока нет.

— И как она? Держится?

— Если не считать, что её отец поддерживает её бывшего парня, сталкера и абьюзера, а теперь ещё и считает, что она сошла с ума, то просто отлично. А, и она снова в гонках, если тебе это вообще интересно.

— Ей не стоит этим заниматься.

— Я не знаю, кем ты её считаешь, но ты ошибаешься. Может, ты и думаешь обо мне всякое дерьмо, но я, по крайней мере, не настолько глуп, чтобы недооценивать кого-то вроде нее.

Он посмотрел на меня и тяжело вздохнул.

— Дело не в том, что я что-то имею против тебя, Фокс. Просто… мы все знаем таких, как ты. Я всегда хотел для своей дочери самого лучшего.

— И я понимаю, почему. Она потрясающая.

— Ну вот. Тогда ты должен понять, почему мне кажется, что кто-то другой больше ей подойдёт.

— Да. Я могу понять.

— Раз мы поняли друг друга, я надеюсь, ты подумаешь над тем, чтобы оставить её и помочь ей вернуться домой.

— Не думаю, что смогу это сделать. И, если честно, я не тот, кто мешает ей поддерживать с тобой отношения, — ответил я. — Знаешь, когда-то я тобой восхищался. Казалось невероятным увидеть человека, который сам построил свою карьеру с нуля и создал всё это. Это давало надежду и мне, и моим друзьям, когда мы открывали наш гараж. Забавно, как быстро может измениться чьё-то восприятие.

— Ну, если вдруг ты найдёшь способ уговорить её закончить этот детский бунт и помириться со мной — дай знать. У меня есть целый мир ресурсов для твоего бизнеса. Я могу обеспечить и тебя, и твою команду на всю жизнь.

— Ты сейчас предлагаешь мне помощь для бизнеса в обмен на то, что я откажусь от неё и помогу тебе вернуть её и Дэвида?

— Именно. Я слишком много работал ради всего, что у меня есть, и, как я вижу, ты тоже. И ты должен понимать, что я хочу для своей дочери лучшей жизни. Мы оба знаем, что она перебесится и в итоге всё равно вернётся. Кто бы вообще отказался от такой жизни? Так я получаю её обратно быстрее, а ты не уходишь с пустыми руками. Мне нужно идти, но, если примешь правильное решение, заходи ко мне. Один.

Я сжал руки в кулаки. Я не мог поверить в то, что он только что предложил.

Помощь нашему бизнесу в обмен на то, чтобы я никогда больше не был с Эштон.

Я чертовски хорошо знал, что на самом деле означала бы его помощь. Знал, что это навсегда изменит наш бизнес.

И в этот момент я понимал, что значит уйти от Эш.

Наш бизнес уже приносил достаточно, чтобы я не нуждался в поддержке. Мы справлялись сами до сих пор и будем справляться дальше.

Не было ничего, что Чад Холт мог бы предложить, чтобы я передумал.

Я знал, что для неё точно существует кто-то лучше. Кто-то не такой сломанный, как я.

Но я собирался сделать всё, что в моих силах, чтобы стать лучше.

Я подошёл к небольшому месту, где сидел диджей, игравший медленные композиции для танцев, и сам заказал одну песню как раз в тот момент, когда она вернулась в зал.

Мелодия заиграла, и её глаза сразу метнулись ко мне. От этого моя улыбка только расширилась.

Она не знала, что я видел, как эта песня заиграла в ту ночь.

Даже несмотря на то, что она пыталась её пропустить, я это заметил.

Я бы не выбрал ничего, кроме неё. Я попытаюсь оттолкнуть сомнения, которые есть у меня внутри. Я должен попробовать показать ей, что она мне не безразлична.

Она подошла и позволила мне притянуть её к себе.

— Это ты включил?

— Я.

Она сжала губы и покраснела.

— Значит, ты действительно увидел её в ту ночь.

— Да. Ты не такая быстрая, как тебе кажется. Ты подумала обо мне, когда впервые услышала её?

— Да, — ответила она дрожащим голосом. Я не мог поверить, что нервничала именно она.

— Когда?

— Что — когда?

— Когда ты её услышала и подумала обо мне?

— В тот день, когда мы катались. Ну, я пыталась кататься. Единственная причина, по которой я вообще смогла тогда сесть за руль — это ты. Я чувствовала себя в безопасности. Я знала, что, если просто доеду до конца улицы, ты уже будешь там, чтобы помочь. С того самого момента, как я тебя встретила, ты отдавал мне всё, что у тебя было, а я всё это время просто хотела вернуть хотя бы четверть того, что ты мне дал. Это казалось правильным. С тех пор, как я нашла тебя и твоих ребят, мне стало не так тоскливо из-за своей прошлой жизни. С вами я ощущала себя как дома, даже когда ты вёл себя как придурок.

— Я бы отдал тебе всё, что у меня есть, и не стал бы ждать ничего взамен. И ты пыталась скрыть это от меня?

— Конечно. Кто вообще хочет признаться в таких чувствах?

Мы двигались, продолжая танцевать под музыку.

— Твой дом с нами, — наконец сказал я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Я не знал, когда стал таким чертовски чувствительным, но, похоже, сегодня это накрывало меня волнами, одна за другой. Грудь сдавило так, словно внутри стояли тиски, и единственное, что я мог сделать, чтобы избавиться от этого давления, это сказать ей всё, что чувствую.

— Это — не единственный путь в твоей жизни. Начиная с этой минуты, мы создаём гоночную команду, и ты её возглавляешь. Это никогда больше не будет твоим единственным выбором.

Она отвернулась, но я успел заметить, как её глаза наполнились слезами.

— Я никогда не думала, что есть другой путь.

— Просто другой путь, но та же цель, — сказал я. — Продолжай гонять сколько хочешь, просто теперь с другой командой. Ты уже столько всего знаешь. Ты можешь помочь нам во многом. А мы сделаем всё, чтобы помочь тебе в ответ.

У меня изумлённо приподнялись брови, когда она вдруг рассмеялась.

— Что смешного?

— Я месяцами сидела у себя в квартире, ломая голову, что, чёрт возьми, мне делать с остальной жизнью. А оказывается, ответ на все мои проблемы был всего в двадцати минутах отсюда.

— Я рядом, если тебе что-то нужно.

— Всё, что угодно?

— Думаю, я уже доказал это сегодня вечером. Но, если тебе нужно подтверждение — мы вполне можем с этим разобраться. Балкон сейчас выглядит довольно пустым.

— Как грязно, — сказала она.

— Насколько я понял, ты как раз это и любишь. — Я поцеловал её в щёку. — Но я серьёзно. Мы разберёмся со всем.

Это прозвучало как обещание, и, как только я произнес эти слова, я понял, что не знаю, смогу ли сдержать его.