Эш

Куинн отвезла меня к моей квартире, прежде чем вернуться к себе, оставив парней с моей машиной. Они, похоже, были только рады оставить её у себя, чтобы убедиться, что с ней действительно всё в порядке. Я предполагала, что перед тем как я снова её увижу, будет проведен не один тест-драйв.

Не то чтобы мне было важно.

Эти ребята дали мне больше за то короткое время, что я их знала, чем когда-либо давали настоящие друзья. Я даже представить себе не могла, как отплатить им за помощь.

Мы все поднялись в квартиру на втором этаже, переоделись и приготовились, прежде чем снова спуститься вниз.

Джакс присвистнул, когда мы вошли в гараж:

— Ух ты, вы отлично выглядите. Готовы?

Рэнсом застонал, когда вошла Куинн, и стал говорить ей, как хорошо она выглядит. У меня сжалось в груди от того, как легко им было вместе. Казалось, каждый их момент был лучшим в жизни, и я отвернулась. Скаут сел в машину с Джаксом и Каем, а я ждала, не видя нигде Фокса.

— Он что, слился, потому что у него мои ключи? — спросила я, оглядывая остальных.

Куинн покачала головой:

— Нет. Сомневаюсь, что он бы просто ушёл, ничего не сказав.

Я закатила глаза и застонала:

— Идите, я схожу за ним или за ключами и встречу вас там.

— Точно?

— Да, всё нормально. Если Фокс не поедет, я доберусь сама.

Она кивнула, и я направилась обратно наверх. Я не стала стучать, просто толкнула дверь в квартиру Фокса. Было тихо, и на минуту мне показалось, что его вообще нет.

— Фокс, если ты сливаешься, то хотя бы отдай ключи, — крикнула я.

— Я не сливаюсь. Я не знал, что ты уже готова. Мне просто нужно было немного времени, — сказал он, выходя из своей комнаты.

Мгновение мы просто смотрели друг на друга.

Он был только в бордшортах и кепке, надетой задом наперёд, но выглядел при этом лучше, чем когда-либо. Лицо Фокса и до шрама было на уровне богов, но даже с ним он всё ещё был чертовски хорош. Шрам тянулся от брови через щёку до губ, оставляя за собой след зажившей кожи, но он не был отвратительным или чудовищным, как казалось самому Фоксу.

Он лишь показывал его настоящую суть. Я надеялась, что однажды он сам увидит в этом отметину храбрости, а не позора. Этот человек не боялся опасности, если кому-то нужна была помощь, и теперь это буквально было написано у него на лице. Я не понимаю, как он сам не видит, насколько это потрясающе.

— Ты уставилась на моё лицо.

— Хорошее лицо, — пожала я плечами.

— Но ты не поэтому смотришь.

— Откуда ты знаешь? Ты теперь мысли читать умеешь?

— Нет. Но догадаться несложно.

Я закатила глаза:

— Я думала о том, как смело выглядит этот шрам, о том, что он показывает уровень храбрости, о котором большинство может только мечтать. А ещё как чертовски горячо ты выглядишь. Но ты всё портишь.

Он подошёл ближе, схватив свои вещи, направляясь к выходу.

— Хотел бы я уметь читать твои мысли. Это бы сильно всё упростило, — сказал он с лёгкой улыбкой.

— Будет лучше, чтобы ты не умел. Представь себе, какие грязные мысли тебе пришлось бы слышать каждый раз, когда я рядом.

Он застыл, развернулся и оглядел меня:

— Разве я не просил тебя надеть бикини?

— Ха. Разве я не говорила тебе не указывать мне, что делать?

— Говорила. Но, чёрт возьми, как же мне нравится, когда ты всё-таки слушаешься, — сказал он, подходя ближе, всего в нескольких сантиметрах от меня.

Он наклонился, проводя носом вдоль моего, и я лишь затаила дыхание, когда он скользнул по щеке к линии челюсти.

— Мне нравится и то, что происходит, когда ты не слушаешься, — прошептал он.

Я шумно вдохнула:

— На всякий случай: на мне есть бикини. Я просто накинула это платье сверху.

— Значит, почти послушалась. Но выбрала платье, которое скрывает всё. Полностью.

— В отличие от тебя, я не хожу по дому без рубашки.

Он молчал, и я наконец подняла на него взгляд. Его улыбку было невозможно истолковать неправильно.

— Даже не смей это представлять!

— Ты уверена, что мы вообще должны куда-то идти? — спросил он, вновь приблизившись.

Его губы не коснулись меня, но то, как он водил носом по моему лицу, заставляло мурашки бежать по спине. Он скользнул к шее, вниз, к вырезу платья, а потом обратно, к уху.

— А у тебя был другой план?

— Да, — прошептал он.

Моё дыхание сбилось, когда он приблизился к моим губам. Снизу раздался гудок машины, и Фокс застыл.

— Полагаю, это наш сигнал к выходу, — сказал он, не отступая от меня.

— Я дала Куинн адрес. Сказала, чтобы они ехали вперёд, а я их догоню.

Он отстранился с улыбкой:

— И что ты, по-твоему, собиралась тут делать, из-за чего так задержалась?

Клаксон снова загудел.

Он застонал:

— Ты хочешь сбежать со мной на Багамы? Кажется, Куинн никогда не уйдёт от своего парня, Скаут боится акул, а мне нужно отдохнуть от этого их идеального момента.

— И скольким девушкам ты уже предлагал сбежать на пляж?

— Включая тебя? Трём. Но это только потому, что я познакомился со Скаут и Куинн до тебя. Если бы ты была первой — мы бы уже там были.

Я закатила глаза:

— Вау. Третий выбор. Стоило ожидать.

Он подтолкнул меня к двери и, закрывая её, наклонился к моему уху:

— Не ревнуй, малышка. Единственная причина, почему я не мог спросить тебя первой — ты была слишком занята своими чёртовыми гоночными машинками.

— Ты шутишь, а мне такое столько раз говорили. Мол, я никогда не найду мужа, если не перестану возиться с этими машинками.

Мы спустились в гараж, и он покачал головой:

— Не могу представить, чтобы кто-то сказал Скаут, что ей стоит бросить гонки, чтобы найти парня. Если она найдёт такого, кто сможет угнаться за ней — тогда, может, и стоит потратить на него время.

— А ты как думаешь, Фокс? Ты сможешь угнаться за мной?

— Я сам не знаю, — выдохнул он тяжело. — Я вообще за рулём?

— Да. А ты не хочешь? — спросила я, очень надеясь, что он поведет.

— Конечно, хочу. Я просто думал, ты сама захочешь вести свою машину.

— Мне нравится гонять, а не просто водить. Я вполне счастлива здесь. Пожалуйста, будь моим шофёром.

— Шофёром? Это у тебя обычно так?

— Что? Нет. Ты думаешь, я живу среди красивых машин и плачу кому-то, чтобы меня возили?

Он поморщился, едва заметно улыбнувшись:

— Ну, я не знаю. У тебя достаточно денег. Я всё ещё не могу осознать, что стоит думать обо всём этом.

— Значит, тебя это беспокоит. Почему?

Он выехал, свернув на главную улицу перед гаражом, но даже не попытался догнать остальных.

— Потому что ты — Эштон Холт. Ты — дочь Чада Холта, и мне до сих пор тяжело это осознать. Я вырос, смотря, как он гоняет. Он кумир. И я видел твои заезды. То, как ты держалась подальше от публичности — это было круто. А теперь что? Мы друзья?

— Если хочешь. Но я уже говорила, если ты хочешь, чтобы я гоняла с вами, а потом оставила вас в покое — я пойму.

— Попробуй-ка теперь сказать Скаут, Куинн и, судя по всему, Джаксу, что ты больше не будешь с нами тусоваться.

Я улыбнулась. Я действительно их всех любила.

— Вы очень сплочённая команда. Если ты не хочешь, чтобы я была рядом, думаю, они поймут.

— Дело не в том, что я не хочу, чтобы ты была рядом. Дело, наверное, никогда не было в этом. Я знаю, что вёл себя как придурок, и в основном из-за того, что застрял в своей голове. А теперь я просто не знаю, что делать, когда ты рядом.

Я могла бы назвать как минимум десять вещей, которые бы с удовольствием позволила ему сделать со мной прямо сейчас.

— Понимаю. Я тоже не была самым приятным человеком, когда восстанавливалась, — сказала я. — А потом оказалась рядом как напоминание. Надеюсь, ты знаешь, что мне было плохо из-за этого. Я не хотела, чтобы ты постоянно возвращался к той ночи. Но мне действительно нравится проводить время с вами. И, если не считать твоего отношения, мне понравилось всё, что мы делали вместе.

— Всё? — спросил он с ухмылкой.

— Да, всё.

— Учтено. Быть рядом с тобой оказалось не так уж плохо. Совсем не так, как я это представлял. И к тому же, теперь я могу хвастаться, что помог Эштон Холт снова выйти на трек. Это звучит довольно круто.

— Возможно, это и правда будет чем-то значимым, если я когда-нибудь снова смогу участвовать в соревнованиях.

Его лицо потемнело, когда он взглянул на меня:

— Почему ты не сможешь? — спросил он, нахмурив брови, пока мы подъезжали к красному свету. — Потому что твой отец и Дэвид сказали, что тебе не стоит больше участвовать в гонках? Твой отец не раз попадал в аварии. Как он вообще может говорить тебе не садиться за руль?

— Он думает, что я сошла с ума. Или что я абсолютно беспомощна. После аварии он стал обращаться со мной как со стеклянной. Я понимаю, что он может переживать за меня, но то, как он это делал, было ужасно. Всё, что я слышала от них обоих, это что я слишком остро реагирую и что мне нужно успокоиться. Я была беспомощной и полностью попалась в ловушку Дэвида. Трудно не верить людям, которые вроде бы должны о тебе заботиться.

— Ты была беспомощной, потому что была травмирована, и они этим восспользовались, — сказал Фокс.

— Всё дело было в Дэвиде, больше, чем в ком бы то ни было. Думаю, он увидел возможность получить то, что хотел, и пошёл на это. Пытался довести меня до безумия, пока я сама не отдала бы ему всё. Тогда было очень трудно понять, что происходит. Когда я уехала, понадобились недели, чтобы почувствовать, что я не сошла с ума. Сначала я думала, что просто сделала неправильный выбор. Но сейчас я рада, что уехала. Не думаю, что я когда-нибудь увидела бы правду, если бы осталась.

— Уехала и забрала с собой эту машину? Отличный выбор.

— Нет, я не забрала её. Я её купила.

— Ты купила её? Или твой отец? — спросил он. Но в его словах не было яда.

— Я. Я тогда участвовала в гонках, хорошо зарабатывала, и у меня почти не было расходов. Отец действительно оплачивал большую часть моей жизни, так что в этом смысле я была избалована. Но после того, как я начала занимать места в национальных заездах, я смогла позволить себе купить эту машину. К счастью, я ещё и много откладывала, потому что сейчас живу на эти сбережения, пока не разберусь хоть с чем-то в своей жизни.

— И ты готова продержаться ещё, если ничего не наладится?

— Мне должно хватить примерно на год. А если после этого ничего не изменится, не знаю, что буду делать. Я бы хотела снова гонять, — улыбнулась я ему. — Особенно теперь, когда знаю, что снова способна это делать. Но мне нужна машина, готовая к старту, и я не хочу заниматься ничем, кроме самой гонки. Я работала и помогала отцу с его бизнесом, но это довольно узкая сфера. За её пределами я, честно говоря, бесполезна.

Фокс рассмеялся:

— Думаю, ты умеешь делать две очень хорошие вещи. Ты могла бы работать в любом автосервисе. Уверен, другие гоночные команды взяли бы тебя без колебаний. А если тебя совсем прижмёт — можешь работать с нами, — сказал он, бросив на меня улыбку.

— Ты шутишь, а я, может, и воспользуюсь этим. Но тебе повезло, я смогу развивать твой бизнес с закрытыми глазами после всего, чем занималась в Холт Рэйсинг.

— Ни секунды в этом не сомневаюсь.

Его рука соскользнула с рычага переключения передач, и на мгновение мне показалось, что он потянется ко мне. Но он просто взял солнечные очки.

Моё тело начинало вибрировать, будто магнитом тянуло к нему, как будто какая-то неизвестная сила подталкивала меня ближе и отпускала только тогда, когда я прикасалась к нему.

Это была пытка.

Он свернул на дорогу, которая, как я знала, не вела к пляжу.

— Куда ты едешь? — спросила я, когда он повернул к закусочной. Это было знакомое мне место, но я не понимала, зачем он сюда приехал.

— Схожу за кое-чем.

— Ты голоден?

— Подожди здесь, — сказал он, качая головой, и выскочил из машины.

Он не звонил и не заказывал ничего заранее, но, наверное, стоило подумать о еде.

Через несколько минут он уже возвращался, держа в руках два стакана со льдом и кофе.

— Это что?

— Вот. Это тебе, — протянул он, точно помня, что я заказывала.

— А себе ты тоже взял?

— Я предположил, что ты не станешь делиться.

— Очень верное предположение. Не то чтобы я жалуюсь, но зачем ты вообще остановился за ними?

— Кроме того, что выяснил, насколько это вкусно? — спросил он с лёгким пожатием плеч. — Я подумал, что тебе понравится айс-кофе и быть избалованной пассажиркой, которая любит свои напитки.

— Это правда.

— Ну вот и пей. И наслаждайся поездкой.

Он выехал обратно на дорогу, задняя часть машины плавно проскользнула в сторону, он дал газу. Всё было так аккуратно, что я даже не пролила кофе.

— Ты не против, если я поеду быстрее, чтобы догнать остальных?

— Нет, конечно, — сказала я, отпивая кофе и откидываясь назад, чтобы смотреть, как он ведёт.

Я глубоко вдохнула, ожидая волну паники, но вместо этого почувствовала, как на меня опустилось спокойствие.