Эш

В последний раз, когда я была в этом клубе, танцевала под ритм этих пульсирующих огней, я праздновала победу. Праздновала, что я была богатой, популярной и лучшей гонщицей на соревнованиях той недели. Я праздновала, какой идеальной была моя жизнь в тот момент.

Или, хотя бы, как я думала, что она была идеальной.

Теперь я здесь только для того, чтобы заставить себя выйти из собственной квартиры после недель, проведённых в одиночестве. Конечно, это был мой выбор. С тех пор как произошел несчастный случай, я не хотела быть нигде, кроме как дома.

Я взяла ещё один стакан воды, наблюдая за парнем, который явно думал, что сегодня ему повезёт.

В его глазах был тот самый «я сегодня точно удачно проведу вечер» взгляд, и мне почти стало жалко, как уверен он был в этом. Как только он начал рассказывать о своей группе и о том, как он крут, я поняла, что эта игра окончена.

Хотя, по правде говоря, шансов у него было мало с самого начала.

Мне не нравятся музыканты, да и вообще — я не заинтересована в парнях, которые только и делают, что говорят о себе.

Я выпила воду и направилась обратно на танцпол, пытаясь снова забыться в музыке, хоть и надеялась немного повеселиться, но не прошло даже пяти минут, как у меня снова сжалось в груди, и я поняла, что вот-вот начнётся.

Прошло уже восемь месяцев с того несчастного случая, а я всё ещё не могла заставить себя чувствовать хотя бы на сто процентов. В большинстве дней мне удавалось набрать только шестьдесят процентов. Даже если моё тело не сопротивлялось, я чувствовала, как паническая атака нарастает, и знала, что достигла своего предела.

Не понимаю, зачем я думала, что будет весело.

Ещё один парень встал передо мной, когда я пыталась покинуть танцпол, и стал тереться о меня, как будто это я его пригласила. Я оттолкнула его, но напряжение нарастало, теперь оно тянуло мои мышцы в руке.

Паника меня поглотит, если я не выйду из толпы.

Мне стоило остаться дома. Раньше я обожала такие моменты, но теперь всё, что я хотела — это фильмы и безопасность своей постели.

Наконец я добралась до стола, опустилась на спинку кресла и сделала глубокий вдох. Мне было противно, что даже в этих мигающих огнях и оглушающей музыке мир вокруг казался тусклым. Я больше не хотела быть здесь, и все это ощущалось как последний разрыв связи с моей старой жизнью. Это не было чувством освобождения, как я думала.

Это было похоже на смерть.

Теперь я знала, что никогда не смогу быть прежней, но это заставляло меня задуматься: кто я теперь?

Раньше я обожала приходить сюда, танцевать, сбрасывать стресс и весело проводить время с друзьями. Я пыталась сохранить те кусочки прошлого, которые мне нравились, но они больше не приносили мне того самого чувства.

Кроме панических атак, я больше ничего не чувствовала. Это осознание оказалось гораздо более болезненным, чем я могла себе представить.

Меня беспокоило, что будет, когда я снова попробую гонки. Этот преследующий меня страх, что то, что я всегда любила, больше не принесёт мне радости.

Я просто хотела вернуть свою прежнюю жизнь.

— Что случилось? — спросила Селина, садясь рядом со мной, пока я делала глубокие вдохи. — Не забрала кого-то симпатичного домой?

— Нет. Один говорил только о себе, другой попросил меня поцеловать его, а третий просто схватил меня за задницу и закричал «Чёрт, да!». Это точно не возбуждает, — сказала я, делая короткие и поверхностные вдохи.

Я пыталась сосредоточиться на дыхании и разговоре с ней, пыталась справиться с паникой, пока она не захватила меня полностью. Это случалось так часто после того несчастного случая, что я знала: если я поймаю это на ранней стадии, смогу остановить. Но у меня было всего несколько секунд, чтобы взять под контроль своё тело, прежде чем я начну терять контроль.

— А что не так с поцелуем?

— Он просто подошёл и без предисловий спросил. Может, стоило бы сначала немного пофлиртовать, прежде чем просить поцеловать? Не знаю, ну, хоть какое-то усилие прояви.

— Звучит, как будто ты слишком придирчива.

— Звучит, потому что это так. Я устала от тупых парней.

— Это ново, — сказала она с хихиканьем.

Раньше мне действительно нравились самоуверенные, жизнерадостные типы, которых сейчас называют мальчиками для траха², но и это чувство давно испарилось.

— Ну, тебе повезло, ты не пойдешь домой одна сегодня, — сказала Обри.

— А я как раз хочу уйти одна.

Я почти не выходила из своей квартиры последние недели, кроме как на два колледжных курса и в магазин.

Я едва ли считала себя студенткой, но относилась к своим бизнес-курсам как можно серьезнее, зная, что в жизни мне будет полезно каждое знание.

Мне нужно было снова начать выходить в мир, но подготовка к этому ощущалась как попытка вытащить себя из грязи. Мысль о том, чтобы забрать кого-то домой сейчас, казалась адом. Даже мысль о пустой болтовне заставляла меня хотеть убежать.

Я пришла сюда сегодня, чтобы немного вырваться из своего укрытия, а не чтобы переспать с каким-то случайным парнем. Я даже не думала о мужчинах последние месяцы, и сегодня я была осторожна, стараясь не привлекать внимания, отставив свою машину у квартиры и говоря друзьям, чтобы они никому не говорили, что я иду с ними.

Все это было ради того, чтобы избежать Дэвида, что в эти дни значило избегать и моего отца. Я должна была скрываться больше теперь, живя в своей собственной квартире, чем когда я в старшей школе пыталась убежать, чтобы напиться у подруги.

— Почему? — наконец спросила я, возвращая себя в реальность. — Подожди, что ты сказала? Почему мне повезло?

Селина засмеялась, пять коктейлей подействовали на неё.

— Потому что Дэвид уже едет и умирает от желания увидеть тебя.

Это ощущалось как холодная вода, вылитая на меня.

— Ты пригласила Дэвида?

— Да, он всё время о тебе говорит, и, знаешь, мне просто надоело. Я сказала ему, чтобы он пришёл.

Я уже рылась в своей сумочке, вставая.

— Отлично, ребята, веселитесь. Единственное, что я тебе сказала — не приглашать его, и именно это ты и делаешь? Неудивительно, что я с вами не тусовалась раньше.

— Вау, Эш, успокойся. Он просто пришел выпить.

— Нет. Нет, он пришел, потому что хочет загнать меня в угол, и, видимо, вам плевать. Повеселитесь с Дэвидом. Увидимся.

Они обе захихикали, пока я поворачивалась.

— Всегда такая драматичная, Эш. Ладно, иди домой и просто позвони нам, когда протрезвеешь, чтобы мы могли снова провести время вместе.

Смех взорвался у меня за спиной, но я уже шла к выходу. Я была абсолютно трезва, и все иллюзии насчёт их дружбы со мной исчезли. Им абсолютно плевать на меня, на мою безопасность. Им нужны вечеринки, алкоголь, и чтобы я за всё это платила.

Они знали, что Дэвид становился всё хуже, и им было всё равно, что я избегаю его.

Я вышла наружу, пытаясь найти, где встать и вызвать Uber, как вдруг мой взгляд зацепился за высокого красавца, прислонившегося к машине на стоянке. Он поднял глаза, и сердце у меня дернулось впервые за весь вечер.

Почему его не было в клубе? Он усмехнулся, прежде чем снова уткнуться в телефон.

Я так задумалась о нём, что не услышала, как сзади кто-то подошёл и схватил мою сумку, перекинутую через плечо.

— Отдай сейчас же! — заорал он, но я уже пыталась стащить её через голову, чтобы отдать. Он дёргал сильнее, отрывая меня от земли.

— Отпусти, и я отдам! — закричала я, наступая ему на ноги, потянув за ремень.

Он крепко держался, не давая мне ни малейшего шанса вытащить сумку.

— На, бери! Мне плевать, просто забери! — закричала я снова, но ремень зацепился за платье.

Его руки внезапно схватили меня ещё сильнее, и я закричала.

— Отвали! — я пнула его, стараясь вырваться, но он не отпускал. Я отдёрнула локоть и ударила его в грудь. Этого оказалось достаточно, чтобы вырваться.

Я повернулась и побежала, дыхание перехватило от ужаса, когда я поняла, что он всё ещё гонится за мной.