Немного 18+ (кому не нравится — переходим дальше, на сюжет не влияет)

Все-таки я, наверное, никогда не смогу привыкнуть к этой новой Аки. Я думал, что произошедшее прошлой ночью — из ряда вон, разительная перемена, которая случилась с язвительной и колкой рыжей занозой и без того сбила с толку. Теперь же мое ощущение реальности происходящего вообще дало трещину, потому что девушка из ироничной язвительной и агрессивной стервы, стала очень заботливой, нежной и… ненасытной.

Я пикнуть не успел, как мой дружок попал в плен, из которого ни за что в жизни не хотелось вырываться,

— Аки, малыш-ш-ка… стой! — мне оставалось лишь умоляюще шипеть, потому что ни сил ни желания отстранить от себя девушку не было совершенно. Вместо того, чтобы отстраниться — мои руки сами схватили ее за волосы, прижимая к себе. А та и не подумала останавливаться, только лишь слегка замедлилась, и с хитрой улыбкой, не отрываясь от своего занятия скинула с плеч куртку и верхнюю часть прикида.

— Погоди, стой! Тут точно не стоит…

Но лишь тихий смешок да грязные причмокивания были мне ответом, и не оставалось ничего кроме как закрыть глаза и отдаться на милость победительницы… коей к слову от Аки не дождешься.

Спустя непродолжительное время, когда все мои чувствительные зоны в пределах досягаемости наглого и грязного язычка были безжалостно атакованы — из меня буквально хлынуло через край расплавленным потоком. Стиснув зубы я тяжело дышал, едва сдерживаясь, чтобы не сопроводить свою позорную капитуляцию выкрикиванием ее имени.

— Ты безжалостная, — выдохнул я, наблюдая, как эта зараза нарочито медленно облизывается с видом довольной плутовки, обнаружившей вход в амбар с вкуснятиной.

— Обижаеш-шь, — прошептала она, глядя на меня снизу вверх своими мерцающими золотом глазками. — Я не просто безжалостна, я сама неизбежность, от которой невозможно спастись, поэтому сдавайся и… наслаждайся.

В ответ мне оставалось только пожать плечами и снова прикрыть глаза, светя улыбкой «счастливый идиот». Впрочем, в следующий миг я собрал волю в кулак и забрал-таки у нее так полюбившуюся ей игрушку, после чего схватил ее за руки, все еще лежавшие на моей заднице и рывком поднял с колен.

Она гордо выпрямилась, расправила плечи, вздернула носик, положив правую руку на соблазнительное бедро, даже не думая стесняться, того, что ее практически ничто не прикрывало, мол смотри какая я, и завидуй сам себе.

Я на несколько мгновений притянул к ее поближе, наслаждаясь ощущением податливого тела с одурманивающим запахом.

В следующий момент одним движением руки стряхнул какие-то осколки с полуразрушенного подоконника позади девушки, стянул свою куртку и бросил на парапет, решительно толкая ее сверху.

— Ой! — тихо прошептала она, опуская глазки, и так мило краснея, словно опять решила поиграть в стесняшку, но я точно знал, что в этот самый момент в опущенных полуприкрытых глазах сейчас пляшут похотливые черти.

Едва попка коснулась моей куртки, а тонкие точеные лодыжки легко приподнялись и легли на мои плечи, я убедился в правильности своего вывода. Она была не просто мокрая, а буквально истекала влагой. Когда я решительно взялся за ее бедра и поддался вперед, скользнув в нужном направлении… ох ты ж мать его! Не без труда я протиснулся туда, куда так настойчиво приглашали, а навстречу с хлюпающим звуком наружу выплеснулось целое море влаги.

В очередной раз мне пришлось удивится нереальной гибкости девушки, которая при закинутых на мои плечи ногах умудрялась доставать до моих бедер руками и вгонять в них ногти, рыча и угрожая растерзать, если я не потороплюсь.

А мне ой как не хотелось торопиться: теперь была моя очередь издеваться над этой врединой. И не без садистского удовольствия я это проделывал, медленно распаляя ее каждым своим толчком и скольжением.

Разумеется с не меньшим с удовольствием я слушал обещания и угрозы расправы, когда она наконец сможет до меня добраться. Спустя пару минут угрозы ослабли, затем как-то незаметно стали смахивать на просьбы, а под конец — на мольбы о пощаде.

«Знаешь, Ярик, на твоем месте я бы сейчас…» — начала вдруг шептать в ухо демонесса, о которой я, если честно, забыл напрочь.

«Заткнись! — выкрикнул я с яростью. — Даже не думай что-то комментировать! И не смей трогать ее силы, поняла⁈»

«Ладно, ладно тебе, — обиженно буркнула Малисса. — Я просто хотела помочь…»

«Только не сейчас! И не с ней…» мысленно отвечал я, увеличивая интенсивность и жесткость проникновений, и с наслаждением наблюдая, как моя лисичка плывет, ее глазки начинают разбегаться а язычок медленно вытягивается изо рта.

Я прямо чувствовал (в буквальном смысле ощущая ее когти на своей заднице) насколько тяжело ей сдерживаться и не поранить меня. Ведь все, что ей оставалось — тихо скулить и угрожать, что она со мной сделает, когда доберется до моего…

— … ни с чем… не сравнимый и не передаваемый кайф!!! — выдохнул я, изливаясь и вздрагивая от сильных пульсаций в области проникновения. — Если бы я знал, что за твоей показной агрессией и злобностью скрывается такая безобидная милашка, я бы уже давно тебя…

Она засмеялась, все еще тяжело дыша, подмигнула, а в следующий миг резко зарычала и выгнулась дугой, теперь уже не сдерживаясь впила когти мне в задницу. Только через две минуты, перебарывая себя, она меня отпустила, рыча поскуливая при этом с зажатым в зубах воротником моей куртки. И обмякла.

А я, стоя на дрожащих ногах, медленно глянул через плечо бессильно повисшей на мне девушки, вздрогнул: по ту сторону окна, по бугристой дороге, между двух полуразрушенных строений медленно вползал уродливый вездеход, а за ним еще один: похоже, не смотря на все меры предосторожности, предпринятые для качественного обрубания хвостов, нас все-таки выследили.