Жизнь научила нас, что любовь состоит не в том, чтобы не отрывать друг от друга глаз, а в том, чтобы смотреть вместе в одном направлении.

Я открываю эту главу еще одной цитатой из Антуана Сент-Экзюпери. И размышляю над тем, насколько с этим афоризмом автора «Планеты людей» перекликается книга французского философа Алена Бадью Éloge de l’amour – «Во славу любви» (ее пока не перевели на русский язык). Ален Бадью обсуждает, что «квест любви» начинается со случайной встречи, события, которое навсегда меняет двух людей, заставляя их «смотреть на мир с точки зрения двоих, а не одного». В этой двойной точке зрения на мир – источник преобразующей силы любви.

Феномен понимания мира, раскрывающегося не одинокому взгляду, а объединенному любящему взгляду двоих, позволяет осознать, за счет чего именно эволюция любви в истории человечества намечает путь эволюции человеческого достоинства.

Ален Бадью обыгрывает фразу поэта Артюра Рембо: «Любовь нуждается в переосмыслении», «Любовь должна быть придумана заново, это известно». Бадью считает, что в обществе, ориентированном на потребительство, любовь всегда находится под угрозой, – но философ призывает не бояться любви, а рассматривать ее как великолепное начинание, заставляющее нас исследовать других и отойти от одержимости собой.

Феномен любви открывает человечеству уникальное единство разнообразия, придающее смысл индивидуальной жизни.

В этой книге мне хотелось бы помочь читателю увидеть в любви не только тему романов, мелодрам и поэтических строк – но и важнейшую силу эволюции на Планете людей. Любовь – преобразующая сила нашего мира, разрушающая фобии и предрассудки, идущая поверх барьеров и ломающая барьеры, которые возводились по бесчисленным вариациям формулы «свой-чужой».

Любовь – объединяющая сила, реализующая себя поверх сословий, званий, национальных и религиозных предрассудков.

Но, увы, верно и обратное: культивирование в обществе страхов и фобий, презрение к другим, «не таким, как мы», возведение социальных и межнациональных стен вражды извращает культуру отношений к любви, зачастую уродует взаимное притяжение любящих, заражая его жестокостью, жаждой утверждения только своей власти, комплексами полноценности и неполноценности.

Так резко выступают перед нами две направленности любви: любви-обладания (увязанной с любовью-самолюбием) и любви-совместности, любви – со-бытия.