Лун Тяньмо не сводил глаз с Хань Юньси, которую видел второй раз в своей жизни. Благо сейчас их обстоятельства встречи были куда благоприятнее, чем в тот день, когда принцесса Цинь буквально вырвала его из лап смерти.

Наследный принц не мог не признать, что ему нравилась эта девушка, так не похожая на всех остальных, в том числе на Дуаньму Яо. С принцессой Чанлэ он был способен сохранить свой статус наследного принца, а затем занять императорский трон, однако Хань Юньси заставила Лун Тяньмо взглянуть на мир иначе. Он постоянно напоминал себе об одном: человек, стоявший за ней, мог воплотить все его мечты о власти и в то же мгновение уничтожить. Все это заставляло Лун Тяньмо следить за словами, срывающимися с ее губ.

Разве муравей может заставить целое дерево сотрясаться? А одинокая звезда – соперничать с сияющей луной? Наследный принц лишь втайне надеялся, что великий князь не успел заметить, насколько сильно эта девушка отличается от остальных, не смог разглядеть ее истинную красоту, тогда, возможно, у него еще будет надежда…

Аплодисменты Лун Тяньмо привели в чувство ошеломленную толпу, заставив присутствующих присоединиться к восхвалению принцессы Цинь.

– Блестяще! Какое возвышенное стихотворение! Оно обязательно станет классикой!

– У принцессы поистине скрытый талант! А у его высочества превосходный вкус… Ха-ха!

– Этого и следовало ожидать от принцессы Цинь! Я нисколько не сомневался и был абсолютно убежден в ее таланте!

– Только человек с прекрасной душой мог написать подобное стихотворение! Принцесса, нам действительно больше нет смысла продолжать!

Все те, кто ждал громкого провала Хань Юньси, теперь открыто воспевали ее талант, охотно признавая свое поражение. Наверное, правильно говорят: когда человек достигает определенной высоты, окружающие начинают завидовать ему. Но как только он становится для них недосягаем, на него смотрят с почтением.

Хань Юньси не любила приписывать себе чужие достижения, но ради того, чтобы заставить этих высокомерных людей замолчать и продемонстрировать им, что могут найтись те, кто лучше их, она была готова сыграть роль Лэй Фэна[13].

Теперь пришло время для мести. Девушка взглянула на соперницу и слабо улыбнулась:

– Принцесса Чанлэ, ваша очередь.

Дуаньму Яо наконец оправилась от шока. Ее сердце екнуло, а тело неудержимо задрожало. Настала ее очередь выступать, но если она не сложит стих лучше, то станет настоящим посмешищем! К тому же она сама расставила себе ловушку, пообещав, что не напишет ни строчки, если стихотворение Хань Юньси превзойдет ее собственное. Девушка не могла принять решение… Она планировала унизить принцессу Цинь, но теперь сама была застигнута врасплох. Время шло, но никто не осмеливался нарушить гнетущую тишину, а лицо Дуаньму Яо постепенно заливалось румянцем. Сейчас ей хотелось просто найти трещину в земле, спрятаться там и не показываться всем этим людям на глаза.

Все ждали. Девушки, которых совсем недавно нахваливала Чанпин, благословляли Небеса за то, что не были втянуты в этот «поединок принцесс». Вступив в состязание по стихосложению, они определенно лишились бы лица! Сегодняшний случай заставил их окончательно пересмотреть свое отношение к Хань Юньси. Теперь они будут всячески избегать прямых столкновений с этой пугающей девушкой, иначе в какой-то момент рискуют не понять, что сами угодили в ловушку. Даже Чанпин благодарила судьбу за то, что та уберегла ее от пари с принцессой Цинь. Будь она на месте Дуаньму Яо, в один момент стала бы объектом для насмешек…

Терпение Хань Юньси подходило к концу. Она улыбнулась и любезно напомнила:

– Принцесса Чанлэ, вы уже достаточно долго думаете над стихотворением. Вы ведь опубликовали немало поэтических сборников! Неужели такой талантливой девушке требуется настолько много времени?

Дуаньму Яо подняла на нее взгляд, в котором читалась неприкрытая ненависть. Будь на то ее воля, принцесса Чанлэ убила бы эту девчонку один взмахом меча! Сделав несколько глубоких вдохов, она, стиснув зубы, признала свое поражение:

– Ваше высочество по-настоящему искусны. Признаю, я не так хороша!

Однако покорность Дуаньму Яо не остудила пыл Хань Юньси. В мести она была неукротима.

– О, разве я вас не предупреждала? Не вы ли настояли, чтобы я прочла стихи первой, устроив подобное пари? Теперь вы обязаны выполнить его условие, не так ли?

Злость буквально разъедала Дуаньму Яо изнутри. Только одним Небесам было известно, что сейчас творилось у нее на душе!

– Конечно, я признаю поражение. Отныне я больше никогда не буду писать стихи! – с горечью проговорила она.

С лучезарной улыбкой на губах принцесса Цинь повернулась к гостям:

– Чанпин, может, мы еще в чем-нибудь посоревнуемся? В живописи? В музыке? Или в шахматах?

Вопреки ожиданиям, девушка поспешно отказалась:

– Каждый год одно и то же. Какая скука! Не думаю, что следует продолжать!

На самом деле никто не знал всех граней таланта Хань Юньси, поэтому, памятуя о предыдущем состязании, желающих бросить ей вызов не было. Принцесса Чанпин скрежетала зубами от злости. Если бы она только знала, что все обернется подобным образом, то избежала бы конкурса на лучшее стихотворение. Теперь ненавистная соперница не только одержала победу, но и сумела сокрушить принцессу Чанлэ. Если стихотворение Хань Юньси предстанет на суд общественности, то, несомненно, вызовет сенсацию во всей столице. А если новость об отказе принцессы Чанлэ писать новые стихи распространится за пределы дворца, то поразит не только столичную публику, но и весь континент Юнькун. В конце концов, многие признавали талант Дуаньму Яо, поэтому победа над ней сделала бы Хань Юньси знаменитой на весь мир!

Известность Дуаньму Яо проистекала не только из ее таланта – это была кропотливая работа над имиджем, требовавшая времени, денег и значительных усилий. А Хань Юньси одним росчерком кисти получила преимущество. Немыслимо!

Гости, взволнованные произошедшим, молча пили чай. Спустя некоторое время подали новую порцию угощений, однако принцесса Чанпин больше не интересовалась праздником. Она сидела за столом, сокрушенно опустив голову. Ей требовалось какое-то время, чтобы прийти в себя и по-новому взглянуть на Хань Юньси.

Дуаньму Яо была совершенно опустошена. Чем больше она думала о случившемся, тем сильнее ощущала свое унижение. Да еще и на глазах у стольких людей! Не в силах больше терпеть, принцесса Чанлэ, сославшись на плохое самочувствие, покинула императорский сад вместе с Лун Тяньмо.

Хань Юньси с наслаждением смаковала десерты, наблюдая, как Дуаньму Яо скрывается из виду. Глядя на нее, девушка невольно вспомнила о Лун Фэйе, которого не видела уже целую вечность. Почему-то ей казалось, что сегодня великий князь обязательно должен был сопровождать принцессу из Западного Чжоу, но кто бы мог подумать, что ее спутником на празднике по случаю цветения сливы станет наследный принц?

Ходили слухи, что среди претендентов на руку Дуаньму Яо были Лун Фэйе, Лун Тяньмо и Му Цину. Судя по поведению принцессы Чанпин, та не была готова отказаться от Му Цину. Значит, предстоял выбор между наследным принцем и великим князем. Интересно, что обо всем этом думал Лун Фэйе? Хань Юньси обещала себе не беспокоиться о его делах, но после всего, что случилось, она находилась в затруднительном положении: Праздник весны[14] не за горами, Дуаньму Яо планирует отпраздновать его в Тяньнине. Так с кем же она встретит Новый год? Где остановится? Появятся ли какие-то новости о предстоящей свадьбе? Правда ли, что Лун Фэйе собирается в поездку? Все эти вопросы не давали Хань Юньси покоя.

Через некоторое время подали сливовое вино, и принцесса Чанпин, наконец подняв взгляд, заметила, как Мужун Ваньжу подмигивает ей. При виде кувшинов с вином в глазах дочери императора мелькнула искра злорадства. Тотчас же она пришла в себя и кивнула сообщнице.

Праздник приближался к середине. Если в первой половине Хань Юньси проявила свои выдающиеся таланты, то во второй половине Мужун Ваньжу планировала во что бы то ни стало уничтожить постылую невестку. Неужели принцесса Цинь полагала, что сможет так легко избежать наказания? Все самое интересное было еще впереди!

Сливовое вино готовилось специально для императорских празднеств. Оно варилось из прошлогодних цветков сливы с использованием талой воды и, хотя обладало свежим ароматом, было довольно крепким. Поэтому подобный напиток обычно пили не спеша, маленькими глотками.

Конечно, всегда находились те, кто не знал меры. Такие люди быстро пьянели. Как раз для таких случаев в дальнем флигеле к приезду гостей готовили несколько спален, чтобы опьяневшие могли за ночь прийти в себя и наутро вернуться домой.

Сделав несколько глотков вина, принцесса Чанпин сказала:

– Вечно поэзия, песни, музыка, шахматы, каллиграфия и живопись – какая скукотища… Надоело любоваться цветением сливы! Думаю, стоит попробовать что-нибудь новенькое. Что скажете?

– Полагаю, у принцессы есть хорошая идея? – спросила до сих пор молчавшая Мужун Ваньжу.

Окружавшие ее женщины тотчас же подхватили:

– Нам определенно нужно придумать что-нибудь новое. В этом году праздник устроила принцесса Чанпин, поэтому последнее слово будет за ней!

– Ваше высочество, если у вас есть хорошие идеи, пожалуйста, поделитесь ими!

Принцесса Чанпин усмехнулась:

– В этом году, пока мамы нет, давайте попробуем что-нибудь более интересное. Что скажете?

Сердце Хань Юньси замерло. Заговорщический тон принцессы не сулил ей ничего хорошего. Однако присутствующие словно не замечали никакого подвоха. Все оживленно закивали в знак согласия.

– Давайте устроим соревнование по выпивке! Вдоволь насладимся вкусом вина!

– Это что-то новенькое! Давайте попробуем!

– Ваше высочество, отличная идея! Мы, женщины, нисколько не уступаем мужчинам! Давайте устроим сегодня соревнование по выпивке!

Состязание по выпивке для многих присутствующих женщин показалось гораздо более увлекательным, чем поэтический конкурс. Им редко выпадала возможность отбросить строгие правила и обнажить свою истинную натуру. Все были в приподнятом настроении. В отсутствие императрицы, под руководством принцессы Чанпин, никто не стеснялся.

Многие мужчины вежливо отказались от состязания. В конце концов, соревноваться в выпивке с женщинами было несколько несправедливо, а вот наблюдать за женским состязанием – одно из величайших удовольствий в жизни. Однако не все были настолько галантны. Гости, прибывшие последними, с нетерпением ждали возможности проявить себя. Их глаза буквально светились от предвкушения.

Молодой господин Чэ нежно помахал складным веером и с очаровательной улыбкой спросил:

– Принцесса Чанпин, как будет проходить это соревнование?

Хозяйка праздника ждала этого вопроса и сразу же ответила:

– В предыдущие годы новички должны были выступать перед остальными гостями. А в этом году, думаю, мы заменим отдельные выступления конкурсом по выпивке! Вы осмелитесь?

Под новичками подразумевались те, кто впервые присутствовал на банкете в этом году: Хань Юньси и молодые господа с юга и севера.

Конкурс по выпивке? Чего добивалась Чанпин? Хань Юньси нахмурилась и с укором посмотрела на дочь императора:

– Чанпин, что вы хотите сказать, предлагая мне соревноваться в выпивке с мужчинами?

Сделав вид, будто не поняла вопроса, принцесса Чанпин невинно пояснила:

– Раз вы втроем впервые принимаете участие в празднике, то будете соревноваться за звание чемпиона, а в следующем году сможете защитить свой титул. Принцесса, неужели вы боитесь? Ничего страшного! Вы можете сразу признать поражение и выйти из состязания.

– Невестка, все так рады. Не порти нам удовольствие! – вмешалась Мужун Ваньжу.

– Верно, принцесса. Мы очень надеемся на вас!

– Принцесса, вы должны представлять нас, женщин, и победить этих двоих. Не отказывайтесь!

– Принцесса, такое хорошее вино – редкость. Не подведите!

Все начали уговаривать Хань Юньси, не оставляя шанса отказаться. Глядя на двоих мужчин, принцесса поняла, что по-настоящему попалась. Нельзя сказать, что она не умела пить, но едва ли могла соперничать с людьми, вся жизнь которых проходила в праздности.

Она была наслышана об этих господах. Оба любили хорошенько выпить, первый не пропускал ни одной юбки и слыл завсегдатаем в публичных домах, второй целыми днями напролет находился в обществе актеров и актрис. Что же до Хань Юньси, то она находилась перед очень непростым выбором: отказ доставил бы удовольствие ее неприятелям, однако состязание с такими людьми с самого начала не сулило ничего хорошего…