Одна эта фраза заставила всех присутствующих замолчать. Преступник скрывался среди простых людей! Неужели Хань Юньси действительно сказала это? У нее есть доказательства? О Небеса… В одно мгновение принцесса стала центром притяжения всех взглядов.

Лицо третьей наложницы стало мертвенно-бледным. Неужели та самая банка с чайными листьями попала в руки Хань Юньси? Госпожа Ли растерянно смотрела на родственницу. Едва держась на ногах от волнения, она сделала несколько шагов назад. В то же мгновение принцесса посмотрела женщине прямо в глаза, и люди, словно повинуясь призыву, перевели свои взгляды на третью наложницу, которая, не видя возможности отступить, тяжело прислонилась к двери.

Не понимая, что происходит, Жосюэ поспешила поддержать мать. И тут Хань Юньси решительно указала на них:

– Настоящие преступницы – они! Госпожа Ли и ее дочь!

Эти слова будто гром поразили затихшую толпу. На какое-то время воцарилась абсолютная тишина, которая сменилась неуправляемым хаосом. Люди, боясь за собственные жизни, разбегались от подозреваемых в разные стороны. Даже если это обвинение не имело под собой оснований, никто не желал рисковать.

Му Цину и Чу Сифэн не ожидали, что Хань Юньси сразу раскроет все карты. Они моментально бросились вперед, чтобы заблокировать шпионку и не позволить ей приблизиться к принцессе. Остальные ошеломленно наблюдали за этой сценой, не решаясь сдвинуться с места. Только Хань Жосюэ, все еще не верящая в происходящее, в гневе обратилась к сестре, забыв про все нормы приличия:

– Хань Юньси, ты обвиняешь нас безо всяких на то оснований! Какие у тебя доказательства?

Госпожа Ли, отойдя наконец от шока, поддержала дочь:

– Принцесса, вы не можете говорить все, что вам заблагорассудится! Как вы можете обвинять нас, мать и дочь, без каких-либо доказательств? Мы никогда не нарушали закон и не претендовали на власть в семье Хань! Вы уже упекли вторую наложницу и ее сына в тюрьму, а теперь принялись за нас?

Обдумав ситуацию, третья тетушка решила не поддаваться на провокации Хань Юньси. Эта девчонка не могла найти банку с отравленным чаем! Но даже если ей и удалось заполучить тот чай, то навыков принцессы недостаточно, чтобы обнаружить токсин! Мастер, ослепленный скрытым потенциалом принцессы и ее талантом, желал держать девчонку подле себя, но она, как и Хэйша, не верила, что пустышка из семьи Хань, никогда не специализировавшаяся на ядах, в один день превратилась в гения. Госпожа Ли не могла допустить даже мысли о том, что ее знания, которые она с таким трудом накапливала в течение последних тридцати лет, уступили навыкам двадцатилетней девушки! На этот раз она не позволит Хань Юньси победить…

Му Лююэ ошарашенно переводила взгляд с соперницы на подругу. Слова принцессы вызвали у нее неописуемый ужас, от которого не получалось отмахнуться. Если Хань Жосюэ и госпожа Ли действительно являлись убийцами, то она каждую встречу ходила по краю… Эта девчонка, должно быть, совсем обезумела, раз брякнула подобное!

– Легко «найти» убийцу, просто указав на первого встречного! Принцесса, вы сказали, что у вас есть улики, так давайте их сюда, посмотрим! – усмехнулась сестра генерала.

Не медля ни мгновения, Хань Юньси приказала:

– Чу Сифэн, приведи Билу и принеси ту банку чая. Я проверю его прямо здесь!

Стражник не знал, как поступить. Он совершенно ничего не смыслил в отравлении, но здравый смысл подсказывал, что мастера ядов, все как один утверждающие, что токсинов не было, не могли ошибиться. Если бы в чайных листьях содержалась хотя бы капля яда, мастера обнаружили бы это! А принцесса, несмотря на все это, хотела прилюдно проверить чай. Разве тем самым она не рыла сама себе могилу? Заявить о яде и не обнаружить его было бы еще более постыдным!

На какое-то время Чу Сифэн замешкался.

– Ты все еще здесь? – Принцесса наградила его острым, словно лезвие, взглядом.

Стражник промолчал и скрылся в толпе, стиснув зубы от досады.

Несмотря на сгущающиеся сумерки, народу становилось все больше. Среди толпы было немало чиновников. Узнав про дело семьи Хань, они спешили к воротам управления наказаний, смешиваясь с толпой. Даже наследный принц Лун Тяньмо, скрываясь, наблюдал за происходящим издали.

Новость о происшествии в мгновение ока разлетелась по столице, дойдя до всех, кто был во дворце и за его пределами. Атмосфера переменилась, никто не осмеливался нести всякий вздор или выкрикивать скабрезные шутки.

Во избежание несчастных случаев Му Цину вместе со стражниками окружили третью наложницу и Хань Жосюэ. С появлением Чу Сифэна, который вел за собой служанку и нес банку с чаем, атмосфера накалилась до предела. Теперь зрители убедились в правдивости слов принцессы. Улика действительно существовала! Люди в волнении переглядывались друг с другом. Супруге великого князя оставалось только доказать, что чай в банке ядовит.

Толпа замерла в ожидании, и только двое сразу же узнали девушку – служанку Билу из чайного дома «Тяньсян», которая и нашла ту самую банку, забытую Хань Жосюэ в беседке. Дочь госпожи Ли могла бы узнать банку среди тысячи подобных, поскольку каждый раз наблюдала за тем, как мать упаковывает чай и ставит на банке свою печать.

Жосюэ непонимающе уставилась на родственницу. Как Хань Юньси нашла Билу и как той удалось достать банку с чаем? Может быть, она… Вторая барышня с тревогой посмотрела на Му Лююэ. Неужели все сказанное принцессой – правда? На мгновение обе девушки стали выглядеть иначе, без своей обычной надменности.

Хань Юньси, наблюдая за реакцией толпы, готовилась проверить чайные листья. Одним Небесам было известно, содержится в них яд или нет. Но как бы то ни было, если она решилась, то пойдет до конца. Сейчас принцесса не могла позволить себе потерять силу духа и сдаться. Немного помедлив, девушка окинула всех спокойным и высокомерным взглядом. В этот момент даже императорская наложница И почувствовала себя неуютно. Никогда прежде она не испытывала подобного, даже при разговорах с вдовствующей императрицей. Мать великого князя хотела что-то сказать, но, поджав губы, предпочла промолчать.

Хань Юньси отвела взгляд и произнесла:

– Слушайте все! Эту девушку зовут Билу. Она работает в чайном доме «Тяньсян», а это, – принцесса указала на банку и продолжила, – доказательство!

Послышался шум.

– И это все? – вырвалось у Му Лююэ.

Но Хань Юньси даже не удостоила ее ответом. Вместо принцессы внезапно заговорила служанка.

– Я Билу, личная служанка госпожи Лююэ. Месяц назад эту банку с чаем в «Тяньсян» принесла вторая барышня Хань Жосюэ и собиралась отдать ее госпоже Лююэ, однако я забрала банку и оставила у себя. Потом стало известно, что в чае содержится яд десяти тысяч змей, которым был отравлен генерал Му. В последние три-четыре года госпожа Лююэ и госпожа Хань часто встречались в нашем чайном доме. Госпожа Хань почти всегда угощала госпожу Лююэ изысканным чаем, утверждая, что листья специально обработала ее мать и такой больше невозможно купить где-то еще.

Умным людям больше не требовалось ничего объяснять. Если этот чай действительно ядовит, то Му Лююэ была сообщницей, а Хань Жосюэ и госпожа Ли – настоящие убийцы, которые травили генерала руками его собственной сестры!

Му Лююэ задрожала. Она, как никто другой, знала, сколько чая получила от Хань Жосюэ и сколько отдала брату. Глядя на знакомую банку, девушка почувствовала, что ее сердце почти остановилось. В растерянности она отступила назад, не в силах вымолвить ни слова. Она не могла поверить в происходящее! Хань Жосюэ обманула ее и превратила в убийцу брата! Не подозревая об этом, она своими же руками травила Цину на протяжении нескольких лет! Нет… Она не хотела этого! Нет! Это простое совпадение! Случайность!

Словно обезумев, девушка бросилась к Хань Юньси:

– Не верю! Не верю! На каком основании ты утверждаешь, что этот чай ядовит? Почему?

– Итак, госпожа Лююэ признает, что этот чай прислала Хань Жосюэ, и подтверждает слова Билу? – бесцветным голосом спросила принцесса.

– Да! Я узнаю эту банку с чаем. Хань Жосюэ часто приносила подобные, а я в свою очередь отдавала их брату. Но разве это что-то значит? Почему ты говоришь, что чай ядовитый? – почти не думая, выкрикнула Лююэ.

– Да, почему ты говоришь, что чай ядовитый? Я не верю! – вторила ей Хань Жосюэ.

Они словно ухватились за спасительную соломинку, крепко держась за нее. Если чай ядовит, то победит принцесса. Если же в нем ничего нет, тогда слова Хань Юньси не имеют смысла!

В этот момент госпожа Ли, все время молчавшая, наконец произнесла:

– Принцесса, пожалуйста, предъявите доказательства. Без них я не принимаю ваши обвинения! Это несправедливо!

Третья наложница верила в свои навыки отравления и не считала Хань Юньси достойной соперницей. Взгляды всех присутствующих устремились на Хань Юньси. Если ей не удастся обнаружить яд, Лун Фэйе не сможет поймать шпиона из Северного Ли!

Госпожа Ли внезапно бросилась к императорской наложнице И, но генерал Му тут же остановил ее, и женщина медленно опустилась на колени.

– Госпожа, я невиновна. Дворец Цинь напрасно обвиняет меня в том, чего я не совершала. У принцессы нет никаких улик! Это несправедливо!

От неожиданности наложница И сделала несколько шагов назад. И все же она, несмотря ни на что, хотела унизить принцессу и сделать все, чтобы та проиграла спор с Му Лююэ.

– Хань Юньси, разве ты только что не сказала, что проверишь чай прямо здесь? Госпожа Ли, как и многие присутствующие, не уверена в правдивости твоих обвинений. Просто предъяви доказательства!

– Значит, третья тетушка признает, что сама обрабатывала и упаковывала чай? – спокойно спросила принцесса.

– Да, – кратко ответила госпожа Ли.

– Прекрасно! – громко произнесла Хань Юньси.

Никто из присутствующих на самом деле не знал, что в этот момент творилось у нее на сердце. Девушка тяжело вздохнула: система нейтрализации ядов молчала. И этому было только два возможных объяснения: либо количество чая в банке было слишком мало и системе требовалось запустить более глубокое сканирование, либо он действительно не ядовит. Без преувеличения можно было сказать, что сейчас, когда сотни глаз были устремлены на Хань Юньси, в ее руках находилось то, что определяло честь и позор, жизнь и смерть! Никогда еще девушка не ощущала такой ответственности. Вера в собственные силы позволила ей сделать этот шаг, но, оказавшись в точке невозврата, она не могла справиться с волнением. Было неизвестно, что последует далее – взлет или падение. Лишь время могло показать это… Сердце Хань Юньси пустилось в галоп. Тук-тук-тук! Стиснув зубы, она открыла банку и запустила детальное сканирование…