Морган Бодмалл, 12 января 1980 года

Дорогой дневник,

отсутствие известий обо мне не убьет моих родителей, во всяком случае, не так, как убил бы Шторм. Ну и ладно. Я разобью им сердце, чтобы спасти собственное тело. Мамины молитвы, обращенные к острову, и папина полировка фундамента, все эти ежедневные ритуалы меня не спасут. Спасти меня могу только я сама.

Сегодня утром я сложила в сумку теплую одежду на неделю, зубную пасту и щетку, а также мешочек с ракушками, которые мы с мамой собирали на Ужасном побережье еще с тех пор, как я была маленькой. Я люблю круглый наутилус с острыми осколками костей, торчащими из раковины, и свернутые червячком серые ракушки с блестящими фиолетовыми пятнами. И черное, безупречной формы сердечко из обсидиана. Те дни, когда мы вместе собирали ракушки, были прекрасны. На Уэймуте вообще все дни прекрасны, пока они внезапно не становятся ужасными. Шторм с каждым годом все крепчает. Никто не хочет об этом говорить, но это правда. И все знают, что у Триумвирата есть от нас секреты.

Вчера был Шторм. Я до сих пор вижу все это – большую волну, наступающую воду; языки тумана, змеящиеся среди лесных деревьев и подкрадывающиеся ближе и ближе. У меня в ушах еще звенят крики младших братьев. Мы чуть было не проиграли, несмотря на всю свою защиту. Мы оказались не готовы к зимнему Шторму, к большой волне, хрустящей льдинками, острой, как бритва, направленная на наши дома. В этом Шторме погиб старик Граймс, его тело уже окоченело. А у моей младшей сестры навсегда останется шрам на щеке. Наш остров превратился в сплошной лед. Люди погибли, дома погребены под снегом и наледью.

Проснувшись сегодня утром, я вдруг поняла, что больше не могу оставаться на Уэймуте. Не хочу стать человеческой жертвой своему острову. Бродерику и Молли нравится сражаться, как и прочим членам нашего безумного семейства. Но я в душе всегда сознавала, что не создана для битвы со Штормом. Я не готова умереть за этот дом. После того как я уйду, мать больше ни разу не произнесет мое имя. Меня не похоронят в Покое часовых. Мы не сыграем свадьбу с красивым мальчиком Никерсоном на лугу перед школой. Но я останусь жива, и мне этого вполне достаточно.

Примечание Рида Маклауда: Семнадцатилетняя Морган Бодмалл покинула Уэймут на Рождество 1980 года. Хотя Морган перестала существовать для семьи, она время от времени присылает родителям открытки на почту до востребования в Глейс-Бей. Открытки приходят из разных мест – с острова Кауаи, из Токио, из Чили.