Из всех регионов, находящихся под властью Китая^{‹‹33››}, ни один не пострадал от «культурной революции» больше, чем Тибет. На протяжении большей части своей истории это было независимое царство. С XVIII в. Тибет стал протекторатом империи Цин, которая освободила его от монголов-джунгаров, но начиная с 1920 г. он существовал уже как де-факто независимая страна. В 1949 г. Мао предложил ей присоединиться к КНР, но совет Далай-ламы отказался. В 1950 г. сюда вторглась китайская армия, а вспыхнувшее в 1959–1960 гг. антикитайское восстание было жестоко подавлено. С началом «культурной революции» раскол, раздиравший Китай, был перенесен и на Тибетское нагорье. В страну отправляли целые автобусы хунвейбинов, которым поручалось разорять и уничтожать то, что еще оставалось от старой культуры. Истязания и убийства происходили повсеместно, и Тибет превратился в настоящий театр жестокости. 25 августа 1966 г. хунвейбины разрушили знаменитый храм Джоканг в Лхасе; бронзовые статуи, рукописи и ткани выбрасывались прямо на центральный двор, где их разбивали или сжигали. Затем вооруженные винтовками и динамитом хунвейбины прокатились волной по всему Тибету до его западных окраин. К завершению кампании было разрушено 90 % мужских и женских монастырей, вместе с которыми погибли их художественные сокровища и рукописные собрания, созданные за тысячу лет. В 1980 г. специальная миссия по установлению фактов констатировала, что все великие местные святилища лежат в руинах. Среди них были Ганден^{‹‹34››}, Сэра, Гьянгдзе, Дрепунг, Джоканг в Лхасе — великие центры учености, появившиеся в эпоху расцвета тибетского буддизма, который особенно в XVIII в., при императорах Цин, играл заметную роль в развитии китайской цивилизации.

В западном Тибете хунвейбины разорили храмы вокруг горы Кайлас, а затем двинулись еще западнее, в регион, где практически не было дорог с твердым покрытием. Здесь находилось важнейшее для буддийской истории место — монастырь Тхолинг^{‹‹35››}. Основанное в 996 г. правителем Еше О, это святилище стало «материнским домом» для 108 монастырей Тибета, Непала и Гималаев. Большая часть из них к приходу хунвейбинов в Тхолинг была уже разрушена, хотя за тибетскими пределами кое-что сохранилось: например, монастырь Халджи в Непале или монастырь Табо в Индии, великолепный памятник индо-тибетского искусства.

Чтобы сегодня добраться до Тхолинга сухопутным путем, нужно проехать 300 километров по грунтовым дорогам на запад от горы Кайлас до самого ущелья реки Сатледж, которая стекает в Индию. Город и находящаяся здесь же, за горными перевалами, на самой границе с Индией, китайская военная база занимают плато с почти отвесными склонами. Это крошечный городок своеобразного «Дикого Запада» с населением в несколько сотен человек, магазинно-ресторанной улицей и неизбежным ночным клубом для китайских солдат. Трудно поверить, что хунвейбины вообще смогли добраться в эту глушь, но судьбу городка решило наличие проезжей дороги.

В истории тибетского буддизма Тхолингу принадлежит особое место: это центр второго великого распространения буддизма в Тибете. Оно началось в начале XI в. с того, что ученый-переводчик Ринчен Зангпо отправился в Индию изучать санскрит и, вернувшись оттуда, перевел на тибетский множество буддийских текстов. Такова еще одна значимая историческая веха в долгой истории взаимообогащающего обмена между Индией, Тибетским нагорьем и Китаем.

В центре этого огромного комплекса находился храм Еше О в виде трехмерной мандалы с центральным залом и восемнадцатью второстепенными молельнями — одно из самых великолепных зданий в Азии. Это была сокровищница тибетской культуры: лабиринт, полный великолепных бронзовых изделий, гигантских раскрашенных и позолоченных будд и бодхисатв, а также целый цикл средневековых настенных росписей, созданный странствующими кашмирскими мастерами и детально воспроизводивший тибетский мир духов. Во времена «культурной революции» все это было разрушено, за исключением двух молелен, которые позднее использовались в качестве зернохранилищ; в них сохранились изысканные фрески. В голых боковых молельнях главного храма до сих пор лежат оторванные головы и конечности разбитых статуй. Все, что осталось, — несколько бесценных фотографий, сделанных в 1939 г., и тибетские описи XX в., «запечатлевшие в букве все, что здесь было, — чтобы помочь грядущим эпохам приблизиться к просветлению». Опись из величайшего монастыря «Западного царства», выполненная в 1870 г., звучит жутким пророчеством: «Времена сейчас дурные. Рано или поздно изображения, сосуды и ценности, большие и малые, будут отняты. С тех пор возможности их вернуть не будет. Неминуемо выйдет так, что однажды в будущем ничего добродетельного не останется ни снаружи, ни внутри монастыря, вообще нигде, и он уподобится пустому раю…»^{‹‹36››}