Куинн

— Рэнсом, — выдохнула я прерывисто. — Господи, я думала, это грабитель.

Меня тут же охватило облегчение, и я потянулась включить свет. Но, обернувшись к нему, я замерла.

Мне понадобилось пару секунд, чтобы осознать, что я вижу.

— Рэнсом! — вскрикнула я, подбежала к нему, выхватила у него сумку и отбросила в сторону. — Почему ты весь в крови?

Его футболка была изодрана в клочья — я даже не могла сосчитать, сколько в ней было дыр. Кровь покрывала руки и пропитала зелёную ткань настолько, что она в некоторых местах казалась почти чёрной. Я схватила его за подбородок, пытаясь рассмотреть его лицо, и он вздрогнул, когда я дотронулась до синяка на челюсти. Из уголка его рта текла кровь, но её было недостаточно, чтобы объяснить всё это.

— Это… небольшая авария, — сказал он, его синие глаза встретились с моими.

— Авария? На машине?

— Нет. Не совсем. — Он попытался отстраниться. — Мне нужно привести себя в порядок.

Он направился к маленькой ванной комнате при офисе, но пошатнулся, и я кинулась к нему, подхватив его руку и закинув себе на плечо. Мы вместе дошли до ванной, и он тут же опустился на пол, прислонившись к стене и закрыв глаза.

— Это твоя кровь? — спросила я, начиная осторожно отрывать прилипшую ткань от его тела, стараясь найти порезы.

— Отчасти, — пробормотал он.

Я обнаружила три мелких пореза, прежде чем нашла то, что искала: рана тянулась от середины плеча к шее, а затем резко уходила вниз, в грудь. Она кровоточила, но, кажется, не задела артерий.

— Тебе нужно лечь на пол. Я должна это промыть и остановить кровь.

Я не знала, сколько он уже потерял, но кровь всё ещё стекала из раны.

— Да, — только и ответил он, почти рухнув на пол. Он ещё двигался, и это было хорошо, но по тому, как медленно и с усилием он это делал, было видно, насколько он измотан.

— Подожди, — сказала я, удерживая его, чтобы он не лёг полностью. Я выбежала из комнаты, схватила ножницы и упаковку чистых тряпок из новой поставки.

Когда я вернулась, он прислонился к стене, и я позволила ему остаться сидеть, аккуратно начала разрезать его футболку.

— Прости, — сказал он, его глаза едва фокусировались на мне. — Я не знал, что ты всё ещё здесь. Ты одна?

— Да. И слава богу, что я здесь. Ты думал, сам с этим справишься?

Он пожал плечами и поморщился:

— Уже приходилось.

— Что случилось?

— Ничего. Просто пришлось съездить на другую сторону города.

— И что, там маньяки с ножами?

— Не забивай себе этим голову, Котенок. Почему ты одна так поздно? Это опасно.

— Ты ещё смеешь мне говорить о безопасности? — я отрезала остатки футболки и увидела весь масштаб раны, изо всех сил игнорируя тот факт, что передо мной полуголый Рэнсом. Один из порезов прошёл прямо по татуировке, но не слишком глубоко.

— Я не была скаутом, Рэнсом. Я не умею оказывать первую помощь.

— Сделай вдох. Всё нормально.

— Нет, ну я, конечно, видела, как это делают по телевизору, но в реальности? Нам нужно в больницу, — сказала я, пытаясь приподнять его.

— Нет. Швы не нужны. Нужно просто промыть и заклеить.

— Ты хочешь, чтобы я это сделала? Это же твоя шея! Я не могу просто… склеить кожу!

Он улыбнулся, и у меня сжались кулаки:

— Технически можешь. Я так и делал. Но тут не нужно ни швов, ни клея. Я проверил глубину. Нам подойдут бабочки. Они в аптечке.

Я остолбенела:

— Ты серьёзно?

— На сто процентов.

— Даже не произноси это слово. Ты выглядишь так, будто уже…

— Я буду в порядке. Обещаю, — он поморщился, когда пошевелился, и мне стало стыдно, что я на него кричала. Он успокаивал меня, хотя именно он был весь изрезан.

— Вот пообещай это, когда мы остановим кровь и заклеим рану.

Я схватила аптечку из-под раковины и почти разорвала её в попытке найти всё необходимое.

— Ты волнуешься за меня? — прозвучал его голос.

— Конечно, волнуюсь. Ты истекаешь кровью прямо у меня на полу!

Он хрипло рассмеялся, поморщившись:

— Всё не так уж плохо.

— Не знаю, в каких именно ножевых боях участвуешь, но это явно не хорошо.

Я промыла рану, осушила и наложила столько швов-бабочек, сколько смогла. Он не двигался ни на секунду, даже когда я промывала каждую царапину, осторожно нажимая и касаясь его кожи.

— Ты красивая, — пробормотал он, глаза были тяжёлыми от усталости и боли.

— А ты просто льстишь мне, чтобы я не трогала твои раны лишний раз.

— Нет. Я серьёзно. Ты красивая. Всегда думал так.

— Всегда, да?

— Да, — он поднял руку и провёл пальцами по моей челюсти, — Всегда.

— Ты бредишь. Сколько крови ты потерял? — Он лишь простонал в ответ.

Остальные порезы были не такими серьёзными. Я аккуратно промыла их и оставила заживать. Затем помогла ему подняться и довела до дивана, чтобы он оказался подальше от всей этой крови и беспорядка.

— Я уберусь в ванной. Пожалуйста, не двигайся.

— Не буду, — ответил он, откинувшись назад и закрыв глаза.

— И не засыпай! — крикнула я. Ванная выглядела как место преступления, мои руки были в крови не меньше, чем его.

Уборка заняла больше времени, чем я рассчитывала. Потом я пошла за чистым худи для Рэнсома и бутылкой воды. Единственное, в чём этот офис не подводил — так это в запасах напитков в холодильнике.

— Вот, — сказала я, ставя воду и аккуратно поднимая его за плечи. Его кожа была ледяной на ощупь. — Прости. Надо было раньше принести. Ты в порядке?

— В порядке, — он поднял руки, позволяя мне надеть на него куртку и застегнуть молнию. Я вручила ему воду и обезболивающее из аптечки.

— Спасибо.

— Что случилось? — снова спросила я, желая, чтобы он наконец рассказал всё.

— Я с собой сумку принёс? — вдруг спросил он.

— Что? — я огляделась. — А, да. Я отобрала её у тебя, когда ты вошёл.

— Принеси, пожалуйста.

Я закатила глаза — он явно уходил от разговора, но я решила дать ему немного времени, чтобы подействовали таблетки. Я принесла сумку, поставила перед ним и села на другом конце дивана.

— Открой, — сказал он, глядя на меня.

— Мне? Зачем?

— Это для тебя.

— Что?

— Просто открой.

Я, не выдержав любопытства, развернула молнию и заглянула внутрь.

— Что это?.. — прошептала я, вытаскивая коробку с совершенно новыми ботинками.

— Это стальные носки. Сначала покажутся тяжёлыми, но ты привыкнешь. Носи их, когда будешь здесь.

— Зачем? — Я открыла коробку и уставилась на чёрные кожаные ботинки. Они были почти такие же, как у него. У меня никогда не было новой обуви. Сколько себя помню, я всегда носила поношенное.

Эти выглядели совершенными, кожа была нетронута и не помята. Слезы подкатили к глазам.

— Ты купил мне ботинки?

— Тебе они были нужны.

— Я собиралась купить их сама.

Он пожал плечами.

— Теперь тебе не придется.

— Подожди, это из-за этого ты в драку полез? Ты их украл, Рэнсом?

Он выдохнул.

— Черт, ты так обо мне думаешь? Хотя, наверное, я не могу этого говорить, когда захожу сюда, выглядя, как после ножевой схватки.

Он указал на сумку.

— Я не крал их, в сумке должен быть чек, чтобы доказать это, а еще, если захочешь обменять на другой размер.

Я сжала губы, чувствуя себя идиоткой за то, что заподозрила его в краже, но это было трудно не сделать, когда он вернулся в таком виде. Я доверилась ему, не желая быть грубее, копаясь в сумке за чеком.

— Примерь их, — пробормотал он.

Мне не нужно было повторять дважды. Я не могла держать руку спокойно, когда тянулась за ботинками. Кожа была жесткой, даже жестче, чем у последних пар.

— Ох, как долго мне нужно ждать, чтобы они стали мягче?

— Это может занять какое-то время, но мы можем сделать кое-что, чтобы ускорить процесс завтра. Ты когда-нибудь носила новые кожаные ботинки?

Я резко подняла взгляд, он не смеялся, но я не знала, насколько честной я должна быть. Я знала, что Рэнсом в курсе моих проблем в старшей школе, но говорить об этом было сложно. Люди быстро начинают осуждать, когда ты рассказываешь, как бедно ты жил. Слишком много информации — они будут жалеть. Слишком мало — считают тебя отвратительным за отсутствие денег.

Я не думала, что Рэнсом будет делать одно из этих двух, но рефлекторно хотелось соврать. Я заставила себя остановиться.

— Нет. У меня даже новой обуви не было.

Он кивнул, как будто понимал, но больше ничего не сказал.

— Они тебе подходят?

— Ну, если не учитывать, что их нужно носить, то сидят прекрасно. Откуда ты узнал мой размер?

— Я проверил.

— А, — сказала я. — Конечно. Все те разговоры о том, что мне нужны новые ботинки. А я переживала, чтобы купить их в то время, как ты уже планировал купить мне новые. Спасибо.

— Просто скажи, если тебе что-то еще нужно.

— Нет. Мне ничего не нужно.

— Будь ты согласна с этим или нет, ты теперь часть нашей команды. Так что, если тебе что-то нужно, скажи мне. Или Фоксу. Думаю, вы с ним вроде подружились.

— Да. Фокс был отличным. — Его глаза нашли мои, он продолжал лежать, запрокинув голову. — Спасибо за ботинки и за работу.

— Так тебе все нравится, даже несмотря на то, что я здесь? — спросил он, пытаясь улыбнуться, но при этом нахмурился от боли.

— Если не считать того, что я чуть не потеряла пальцы и вытирала кучу крови, да, нравится. А вот ты… — Я покачала головой, не зная, как объяснить это.

— Ну, надеюсь, ботинки могут компенсировать мое дерьмовое поведение. — Он потянулся к подбородку, на котором синяк стал темнее.

Я вскочила, радуясь, что нашла выход из разговора, и пошла за льдом, вернувшись с пакетом и протянув его ему. Но он не взял его.

— Сделаю это позже. Мои руки сейчас немного… мертвые.

Я села рядом с ним, слишком осознавая, сколько его тела я сегодня коснулась и насколько близко мы теперь сидим. Я положила лед ему на лицо, наблюдая, как его брови сморщились от резкого холода.

— Ты расскажешь, что случилось?

— Нет, — ответил он. Его глаза стали тяжёлыми, и его рука потянулась, ложась на тыльную сторону моей руки, затем скользнула вверх по моей руке. Волны холода пронзили меня, от этого простого касания я загорелась.

— Рэнсом, — прошептала я, не зная, была ли это приглашение или просьба остановиться. — Похоже, твои руки вполне работают.

Он наклонился, его губы оказались у моего уха, его мягкий дыхание коснулось шеи, прежде чем он переместился к моим губам.

— Нет, они все равно болят. Мне все еще нужно, чтобы ты держала это.

Его рука пошла к задней части моей шеи, пытаясь притянуть меня ближе, и его губы нашли мои. Поцелуй был медленным, пока я не наклонилась еще сильнее, и он не захватил инициативу. Его язык скользнул по моему, исследуя мой рот с новой энергией, которой у него только что не было. Я застонала в ответ, мое тело откликнулось на него с пугающей быстротой, заставляя меня потерять все мысли о том, что я не должна была это делать.

Мои руки поднялись к его груди, пока не наткнулись на повязку. Он вздрогнул, заставив меня быстро отдернуть руку.

— Прости. Забыла, — сказала я, осматривая его, но он только рассмеялся.

— Тсс, все нормально. Вернись сюда, — пробормотал он с рычанием, наклоняясь ко мне.

— Но я…

Мои слова оборвались, когда задняя дверь распахнулась. Рэнсом поднялся, прежде чем я успела моргнуть, встал между мной и дверью.

— Черт. Что с тобой случилось? — голос Фокса эхом разнесся по комнате. Я вскочила, обойдя Рэнсома, чтобы встать по ту сторону офиса.

В дверях появились Скаут, Фокс, Данте, Джакс и Кай.

— Она наконец-то выбила из тебя все твое дерьмо? — сказал Джакс, улыбаясь в мою сторону. — Впечатлен.

— Честно говоря, мы все думали, что это случится раньше, — сказал Данте с небольшой усмешкой.

Я подняла руки.

— Я пыталась остановить кровь, а не причинить её.

— Что случилось? — спросила Скаут, усаживаясь в кресло у стола. Все они казались такими спокойными, и я задумывалась, сколько раз такая ситуация уже повторялась здесь.

Рэнсом посмотрел на меня, и на этот раз я поняла, что он думает.

Он не хотел, чтобы я была здесь, когда все это обсуждали. Он хотел рассказать им, но не в моем присутствии.

Несмотря на то, что я теперь была частью этой команды, я все равно оставалась чуждой и не должна была знать, что произошло. Я не сказала ни слова, схватила свою сумку, понимая, что рукава и передняя часть моей рубашки по-прежнему были покрыты кровью.

— А, — сказала я, оттягивая рубашку от кожи. — Мне нужно домой, привести себя в порядок, так что… — Я махнула рукой на свою испачканную одежду. — Увидимся позже, ребята.

Я развернулась и выбежала за дверь, бросив на прощание еще один взмах рукой. Рэнсом крикнул мне вслед, когда я уже выбежала на парковку, но он двигался медленно и точно не догнал бы меня.

Я свернула за угол и побежала, растворяясь в темноте и стараясь не думать о том, что нахожусь одна посреди ночи.

Лишь добежав до общежития, я осознала, что всё еще в новых ботинках — ноги болели от жесткой кожи.

Как бы дружелюбен не был Рэнсом, я должна была помнить, кто он такой и чем они там занимаются. Во что бы то ни стало, я не должна была в это впутываться.

Как бы сильно мне не хотелось стать частью всего этого — и каждого из них — я должна была остановиться сейчас. Пока не потеряла себя.