Речь на заседании Генеральной Ассамблеи 10 декабря 1948 года
Делегация Советского Союза уже дала вчера – и другие делегации, поддерживающие позицию делегации СССР, сделали то же самое – оценку представленного третьим комитетом на рассмотрение Генеральной Ассамблеи проекта Декларации прав человека.
Ссылаясь на конкретные статьи проектов Декларации, мы указали на ряд примеров, которые дают нам основание сделать вывод, что этот проект Декларации неудовлетворителен. Несмотря на то, что, как я вчера говорил, в нем есть некоторые элементы положительного характера и известные достоинства, не к лицу Генеральной Ассамблее выпускать такого рода документ от имени Организации Объединенных Наций именно ввиду того значения, которое должна иметь Декларация прав человека.
Мы говорили о том, что в ряде статей этого проекта совершенно игнорируются суверенные права демократических государств, не говоря уже о том, что в проекте имеются положения, которые находятся в противоречии с принципами, провозглашенными Уставом Организации Объединенных Наций, о невмешательстве во внутренние дела государств.
Мы указывали на то обстоятельство, что делегация СССР приложила в процессе работы немало усилий к тому, чтобы устранить из Декларации прав человека эти указанные выше недостатки. Но это нам не удалось сделать, и это является одним из главных мотивов, почему мы не можем присоединиться к такой Декларации.
В представленном Ассамблее проекте Декларации бросается в глаза и такой серьезный недостаток, как отсутствие каких-либо указаний на связь прав человека с проблемой государственного суверенитета. Это объясняется в значительной степени тем, что вновь ожила «теория» отрицания государственного суверенитета.
В настоящее время получила некоторое хождение – правда, достаточно отчетливо уже проявившаяся в прошлом году в среде определенной группы членов Организации Объединенных Наций – совершенно неправильная и фальшивая «теория» о том, что принцип государственного суверенитета представляет собой реакционную и якобы уже устаревшую идею и что будто бы отказ от этого принципа государственного суверенитета и является одним из необходимых условий международного сотрудничества.
Проект Декларации прав человека как будто бы идет навстречу этим действительно реакционным взглядам и теориям, направленным против государственного суверенитета и находящимся, таким образом, в полном противоречии с принципами Организации Объединенных Наций. Проект Декларации в этом отношении представляет собой новый этап в походе против государственного суверенитета.
Иногда слышатся возражения такого рода, что вопросы государства не должны затрагиваться Декларацией прав человека потому, что эта Декларация посвящена правам человека. Но с такого рода позицией нельзя согласиться уже по одному тому, что права человека немыслимы вне государства. Самое понятие права есть понятие государственное. Больше того, права человека немыслимы без того, чтобы они не пользовались защитой и охраной со стороны государства. В противном случае права человека превращаются в пустую абстракцию, в ничего не значащую иллюзию, которые, как известно, легко создаются, но также легко и исчезают.
С возражениями против включения в Декларацию прав человека вопросов, относящихся к государству, определяющих его роль в деле защиты прав человека, выступил здесь ряд ораторов, и между ними – член французской делегации проф. Кассен, кажется, вице-председатель международного союза юристов-демократов. Его выступление нельзя оставить незамеченным. Проф. Кассен нападал здесь на абсолютный, как он выразился, суверенитет. Он говорил здесь о том, что абсолютный суверенитет провозглашал и Гитлер. Он процитировал замечание Гитлера о том, что всякий, мол, сам хозяин в своем доме: «Вас не касается то, что я делаю со своими соотечественниками».
«Таким образом, – говорил г-н Кассен, – великое преступление осталось безнаказанным; преступление против прав немецкого человека стало преступлением против прав человека в других странах».
Но это представление о причинах развязки второй миро-рой войны – о чем можно было судить по этому замечанию г-на Кассена – противоречит фактам и поэтому является совершенно неправильным. Причины второй мировой войны идут не от нарушения прав немецкого человека, а совсем по другой линии* Причины лежат» политике тогдашних руководителей Европы, а именно Фраш^ии во главе с Даладье, Англии во главе с Чемберле-ном, которых поддерживали в этой политике Соединенные Штаты Америки. Сущность и все направление этой внешней политики заключались в том, чтобы поддержать и всячески ускорить восстановление военной мощи гитлеровской Германии и чтобы направить подготовлявшуюся Гитлером агрессию на Восток.
Дело не в нарушении прав немецкого человека, а дело в нарушении прав народов. Это Мюнхенское соглашение открыло путь мировой войне, и тогдашние французское и английское правительства, при поддержке тогдашнего правительства Соединенных Штатов Америки, сделали все для того, чтобы, отводя угрозу гитлеровской агрессии, открыть ворота немецкой агрессии на Восток, в направлении Советского Союза. Вот каковы действительные причины возникновения и развязывания второй мировой войны.
Г-н Кассен забыл, вероятно, обо всем этом или он просто плохо разбирается в уроках истории. Он говорил здесь о суверенитете в том же духе, в котором в прошлом году говорил г-н Спаак. Следует признать, что вопрос о суверенитете действительно является в высокой степени важным вопросом. Ряд ученых-международников, например, Прадье-Фодере в «Курсе международного права» определяет суверенитет как «право государства самому и для себя осуществлять развитие для достижения своих собственных целей без всякого внешнего вмешательства, право проявлять и осуществлять свою волю, действуя в области своей юрисдикции без каких-либо препятствий со стороны внешней силы, возможность самому поддерживать свои права, соблюдать обязанности, которые являются необходимой и важнейшей основой для каждого свободного общества, действующего в своей области действительно самостоятельно, не служа никогда в качестве орудия для другого государства». Это – правильное определение сущности и значения государственного суверенитета – осуществлять свою волю и никогда не служить орудием политики или воли какого-либо другого государства. Вот суверенное государство.
Прадье-Фодере более близок к истине, чем г-н Кассен, который вчера с такой юношеской резвостью атаковал принцип государственного суверенитета. Но то же самое, что у Прадье-Фодере, можно прочесть и у других видных представителей международного права.
Но есть и другие авторы, которые занимают действительно реакционную позицию, всячески опорочивая государственный суверенитет, как якобы «реакционную идею», которую нужно-де сдать в архив истории.
Нам говорили вчера здесь по поводу государственного суве- «ренитета в духе действительно реакционном, в духе реакционных идей таких ученых, как, например, Ссейль, Морелли и др., нападающих на суверенитет. Пропаганда против государственного суверенитета, прикрываемая тем, что имеется в виду абсолютный суверенитет, а не суверенитет вообще, это не что иное, как идеологическая подготовка к окончательной политической капитуляции своей страны перед более могущественной державой, перед ее экономической мощью.
Нужно предостеречь против такой обработки общественного мнения, направленной на то, чтобы сломить волю к сопротивлению планам мирового господства, угрожающим экономической и политической самостоятельности других государств, тем более слабых государств.
Мы против такой пропаганды, роющей яму независимости государств и благополучию народов. Мы отвергаем «теорию» отрицания государственного суверенитета, которую так ярко здесь выразил проф. Кассен, вдохновленный, повидимому, Иденом, заявившим 22 ноября 1945 года в палате общин, что в связи с изобретением атомной бомбы он не видит другого способа оградить мир от нее, кроме как отказаться от «нынешнего представления о суверенитете». Или, может быть, проф. Кассен был вдохновлен Бевином, который подкрепил в свое время Идена, заявив, что на смену суверенитету отдельных государств придет «суверенитет всего человечества в целом».
Это, повторяю, означает капитуляцию перед более сильным государством, стремлению которого к мировому господству все еще мешает государственный суверенитет, являющийся орудием защиты более слабых стран против алчности более сильных государств, государственный суверенитет которых, хотя и подрубленный в корне такими мероприятиями, как «план Маршалла», как создание западноевропейского политического блока и т. д., все же еще сохраняет свою силу и свое значение. Вот к чему ведет линия, которую вчера здесь пробовал защищать проф. Кассен и другие противники суверенитета.
Делегация СССР в процессе всей работы по подготовке Декларации прав человека прилагала все усилия к тому, чтобы Декларация прав человека отвечала, по крайней мере, следующим двум основным требованиям:
1) Декларация прав человека должна обеспечить уважение к правам человека и к основным свободам для всех, без различия расы, национальности, сословия, религии, языка, пола в соответствии с принципами демократии, государственного суверенитета и политической независимости государства»
2) Декларация прав человека должна не только провозглашать права, но и обеспечивать их осуществление с учетом, разумеется, экономических, социальных и национальных особенностей каждой страны.
Нельзя ограничиваться фиксированием только формальных прав граждан. Необходимо не просто провозглашать равенство прав граждан, но необходимо и обеспечить осуществление этого права известными материальными средствами, а также законодательными мерами. Нельзя, разумеется, ставить перед таким документом, как Декларация прав человека, издаваемым Организацией Объединенных Наций, такие же задачи, какие ставятся перед конституциями государств. Но Декларация прав человека, тем не менее, должна быть построена таким образом, чтобы преодолеть этот узкоформальный горизонт, этот абстрактный характер тех принципиальных положений, которые включаются в Декларацию прав человека. При этом необходимо, разумеется, учитывать экономические, социальные и национальные особенности каждой страны, без учета которых невозможно было бы решить настоящую задачу и невозможно было бы найти практические пути для осуществления провозглашенной Декларации.
Надо признать, что представленный проект Декларации прав человека не удовлетворяет указанным требованиям. Я уже об этом говорил и поэтому критической стороны не буду касаться. Я должен, однако, напомнить, что именно исходя из этой критики делегация СССР предлагает отложить на следующую сессию принятие Декларации прав человека, со всеми теми приложениями, которые к ней подготовлены. На случай, если это наше предложение не будет принято, мы представили ряд предложений, которые могли бы в значительной степени, как мы в этом убеждены, исправить и улучшить эту Декларацию.
3. Проект Декларации игнорирует важнейший принцип Декларации прав – право нации на самоопределение
Важнейшей нашей поправкой к проекту Декларации является предложение дать новую статью, посвященную вопросу о праве каждого народа и каждой нации на национальное самоопределение, о равенстве прав каждого народа и каждой национальности в пределах государства.
В своем историческом докладе о проекте Конституции Советского Союза в 1936 году вождь советского народа И. В. Сталин указывал, что Конституция СССР исходит из того, что все нации и расы равноправны, что разница в цвете кожи или в языке, в культурном уровне или в уровне государственного развития, равно как и другая какая-либо разница между нациями и расами, – не может служить основанием для того, чтобы оправдать национальное неравноправие; что все нации равны, независимо от их прошлого и настоящего положения, независимо от их силы или слабости; что они все должны пользоваться одинаковыми правами во всех сферах хозяйственной, общественной, государственной и культурной жизни общества.
Известно, что конституции капиталистических стран исходят из предпосылок о том, что расы и нации не могут быть равноправными, что есть нации полноправные и есть нации неполноправные и что, кроме того, существует еще третья категория наций и рас, в колониях, например, у которых имеется еще меньше прав, чем у неполноправных наций.
Эту замечательную по своей силе характеристику особенностей конституций буржуазных стран, сделанную Генералиссимусом И. В. Сталиным в 1936 году, очень важно напомнить сейчас в связи с рассматриваемым нами проектом Декларации прав человека, ибо этот проект носит на себе печать этих же самых особенностей. Это, в частности, выражено в статье 2, которая хотя и провозглашает равноправие без различия расы, национальности, языка и т. д., но ограничивается общей фразой о том, что человек должен обладать всеми правами. Этого, конечно, совершенно недостаточно. Еще более недостаточна статья 3 проекта, которая ограничивается общими формулами относительно распространения прав, провозглашаемых Декларацией, на жителей подопечных и несамоуправляющихся территорий.
Делегация СССР не может не обратить внимания на то, что проект третьего комитета совершенно обходит такой исключительной важности вопрос, как право каждого народа и каждой нации на национальное самоопределение. «Право на самоопределение, т. е.: только сама нация имеет право определить свою судьбу, никто не имеет права насильственно вмешиваться в жизнь нации, разрушать ее школы и прочие учреждения, л о м а т ь ее нравы и обычаи, стеснять ее язык, урезывать права» (Сталин), – является громадным достижением национальной политики Советского Союза. И именно это и вдохновляет нас на необходимость – мы далеки, разумеется, от того, чтобы рекомендовать провести это в Декларации прав человека Организации Объединенных Наций в полном объеме – рекомендовать учесть опыт решения национального вопроса в Советском Союзе, в нашей стране.
Делегация СССР считает поэтому статью 3 проекта Декларации неудовлетворительной, не отвечающей на главное существо вопроса, искусственно ограничивающей свою задачу вопросом лишь о правах жителей подопечных и несамоуправляющихся территорий. Поэтому делегация СССР считает необходимым статью 3 заменить новым текстом, который имеется в документе А/784, находящемся в вашем распоряжении. Я, за недостатком времени, воспроизводить этого текста не буду. Я напомню только слова Министра иностранных дел Советского Союза В. М. Молотова о том, что разрешение национального вопроса в Советском Союзе является одним из самых поучительных фактов современности, что мы нашли правильное разрешение национального вопроса на основе укрепления дружбы народов с полным развитием их экономического уклада, быта и национальной культуры.
Повторяю, мы не можем, разумеется, претендовать на то, чтобы в Декларацию прав человека, которую готовится принять Организация Объединенных Наций, были введены статьи и положения, отвечающие в полной мере требованиям и принципам, осуществленным в великой Сталинской Конституции Советского Союза. Для ряда государств это – задача, решение которой еще потребует больших и серьезных усилий и соответствующих экономических, социальных и политических предпосылок. Известно, ведь, что имеется значительное число стран, где национальный вопрос представляет собой еще далеко нерешенную задачу.
Этого, разумеется, нельзя не учитывать при составлении проекта Декларации прав человека, который будет исходить от Организации Объединенных Наций, но, с другой стороны, нельзя не учитывать и накопленный уже в передовых странах исторический опыт в борьбе за права человека и те успехи, которые уже достигнуты этими странами в результате этой борьбы.
Без включения в Декларацию прав человека положения о праве каждой нации, каждого народа на национальное самоопределение Декларация не может отвечать своему назначению. Без указания на то, что «государства, – как говорится в предложении делегации СССР, – несущие ответственность за управление несамоуправляющимися территориями, в том числе колониями, должны способствовать осуществлению этого права, руководствуясь принципами и целями Объединенных Наций в отношении народов этих территорий», – Декларация была бы далеко не полной и далеко не удовлетворительной. Без принятия такого предложения не может иметь достаточного значения статья 3 проекта, которую мы предлагаем включить в проект Декларации в новой нашей редакции в качестве третьего пункта этой статьи, но в исправленном виде.
Статья 20 проекта Декларации также неудовлетворительна. Я говорил уже об этом, указывая на дефекты этой статьи. Главный дефект – это то, что под флагом неограниченной свободы слова и печати, свободы без всяких ограничений, протаскивается возможность пропаганды фашистских «идей». Эта тенденция и, вместе с тем, серьезнейшая опасность, связанная с пропагандой человеконенавистнических взглядов и «теорий» фашизма, была вчера здесь продемонстрирована английским делегатом Дэвисом. В своем выступлении английский делегат допустил грубые клеветнические выпады против СССР. Это была смесь клеветы и глупых вымыслов. Он следовал известному иезуитскому методу: «клевещите, клевещите, может быть что-нибудь останется». Мы уверены, что от такой клеветы, в которой изощрялся здесь представитель английской делегации, ничего не может остаться, кроме смрада. Ниже нашего достоинства было бы отвечать или вступать в споры с клеветниками. Дело к тому же не в них.
Английская делегация исходит в критике наших предложений из того, что советские поправки были отклонены потому, что они ограничивают свободу. Но мы говорили отчетливо и ясно, что мы требуем только ограничения свободы фашистской пропаганды и фашистской деятельности, и поэтому незачем подменять одно наше утверждение другим. Мы не требуем ограничения пропаганды и деятельности разных общественных организаций для кого бы то ни было, кроме фашистских организаций. Пропаганда фашизма – это преступление. Но если говорить, что ограничение фашистской пропаганды недопустимо с точки зрения принципов свободы, то в таком случае можно было бы то же самое сказать относительно законов, ограничивающих деятельность любых преступников – убийц, грабителей, воров, насильников, мошенников и т. п. В таком случае надо было бы провозгласить неприкосновенность убийц, грабителей и других уголовных преступников, признав неограниченную свободу их деятельности и полную их безнаказанность. Но если так уж начать рассуждать, то, мне кажется, законно должен возникнуть вопрос, не таково ли состояние оратора, который заводит такие разговоры, что необходимо, пожалуй, обратиться скорее всего к содействию психиатра…
Делегация СССР предлагает статью 20-ю проекта заменить текстом в следующей редакции:
«Неотъемлемым правом каждого человека является свободное выражение и распространение демократических взглядов и идей, защита демократических порядков и демократических государственных и общественных институтов, борьба против фашизма в области идеологии, политики, государственной и общественной жизни».
Такая статья вполне соответствовала бы задаче создать Декларацию прав человека, отвечающую требованиям борьбы за принципы демократии и прогресса, против фашизма и мракобесия, против реакции и агрессии, злоупотребления правом и свободой для разжигания человеконенавистничества, для подстрекательства к новым войнам. Такая статья морально укрепит передовые силы всюду, где ведется борьба за принципы демократии, мира, прогресса и международного сотрудничества.
Советская делегация также предлагает статью 22 проекта заменить текстом такого содержания, который говорил бы о том, что «каждый гражданин любого государства, независимо от расы и цвета кожи, национальности, сословия, имущественного положения, социального происхождения, языка, религии или пола должен иметь право на участие в управлении государством».
Мы предлагаем сказать в статье 22-й о том, что каждый человек имеет право избирать и быть избранным во все органы власти на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права с тайной подачей голосов, а также иметь равную с другими гражданами возможность занятия любой государственной и общественной должности в своей стране. В нынешней статье 22 проекта эти вопросы не нашли должного отражения. Недостаточно сказать о праве каждого человека принимать участие в управлении своей страной или государством. Надо сказать, что каждый гражданин любого государства имеет право на участие в управлении государством; надо сказать, что он имеет право избирать и быть избранным во все органы власти и не только на основе всеобщего, равного и тайного избирательного права, но и на основе прямого избирательного права.
Надо сказать, что каждый гражданин любого государства должен иметь равную с другими гражданами возможность на занятие любой государственной общественной должности в своей стране. Ничего этого нет в статье 22 проекта. Предложение делегации СССР говорит также о несовместимости с указанным выше принципом установления имущественного, образовательного или иных цензов, которые ограничивают участие граждан любого государства при выборах в представительные органы. В статье 22 проекта Декларации прав человека третьего комитета отсутствует указание на эти важные гарантии демократического избирательного права. При наличии указанных выше недостатков делегация СССР не может присоединиться к проекту Декларации.
Делегация СССР предлагает, кроме того, после статьи 30 проекта Декларации прав человека, включить новую статью следующего содержания:
«Перечисленные в настоящей Деклараций права и основные свободы человека и гражданина обеспечиваются законами государств. Всякие нарушения и ограничения этих прав, прямые или косвенные, являются нарушением настоящей Декларации и несовместимы с высокими принципами, провозглашенными в Уставе Организации Объединенных Наций».
Почему нельзя принять этой статьи? Почему возникают препятствия тогда, когда мы ставим вопрос о том, чтобы записать в Декларацию прав такую статью? Эта статья говорит сама за себя, она призывает обеспечить законами государства права и основные свободы человека и гражданина; она провозглашает нарушением настоящей Декларации всякие нарушения и ограничения прав, прямые или косвенные; она признает такие нарушения несовместимыми с высокими принципами, провозглашенными в Уставе Организации Объединенных Наций. Почему это нельзя сказать? Почему нельзя принять такую статью, которая совершенно соответствует духу и принципам, выраженным в Уставе Организации Объединенных Наций?
Таковы постановления важнейшего принципиального значения, которые должны быть включены в Декларацию прав человека, чтобы она могла удовлетворять стремлениям миллионов и миллионов простых людей, стремлениям всех миролюбивых народов в установлении и в укреплении основных свобод и прав человека, демократии и прогресса, мира и безопасности народов.
Без поправок делегации СССР, которые были мною оглашены, проект Декларации прав человека, по нашему глубокому убеждению, останется недоработанным, неудовлетворительным. При таких двух недостатках Декларация прав не достигнет, не может, не в состоянии достигнуть той цели, которой призван служить этот документ в соответствии с теми правильно понятыми требованиями, которые должны предъявляться к подобному документу, исходящему от Организации Объединенных Наций.
Позвольте мне пять остающихся минут употребить на один вопрос, который возник в процессе прений, который, как мне кажется, имеет далеко не теоретический характер, хотя он подавался в теоретическом плане. Это вопрос о той тенденции, к которой стремится якобы советская делегация, внося свои предложения.
Об этом говорили в таком смысле, что Советский Союз стремится к подчинению человеческой личности государству, к тому, чтобы государство тяготело над личностью человека и чтобы человек был превращен в простой винтик всемогущего государства, пожалуй, чего-то вроде «Левиафана» Гоббса.
Но это, конечно, пустые разговоры, свидетельствующие о том, что авторы этих рассуждений не отдали себе достаточно ясного отчета в том, что они излагают, и не проконтролировали в достаточной мере смысл того, что они позволяли себе говорить в отношении Советского Союза.
Они забывают, очевидно, что противоречия между государством и личностью это факт, который существует в истории со времени, когда появились в обществе антагонистические классы* Где общество разделено на классы, там господствующие классы держат в своих руках аппарат господства, орудие власти, которым и является государство, В таких обществах государство, являющееся орудием господства классов, противоположно по своим целям и защищаемым им интересам остальным классам, составляющим основную массу населения. Здесь государство стремится к господству над личностью, над человеком, интересы которого сталкиваются с интересами государства.
Иное дело в обществе, где нет антагонистических классов. Там, естественно, нет и не может быть противоречия между государством и человеком, ибо государство в таком обществе это есть коллективный человек. Историческое противоречие в таком обществе исчезает, его просто нет, оно уничтожено развитием общества, которое пришло уже к тому, что нет деления этого общества на противоположные классы, на класс эксплоататоров и класс экспло-атируемых. Здесь, поэтому, нет проблемы взаимоотношений между государством и личностью в ее историческом смысле. Эта проблема снята историей, в частности, в нашем отечестве.
Над этим следовало бы задуматься некоторым ораторам, которые выдумывают, что в СССР хотят якобы подчинить личность государству. В СССР отношения между государством и личностью находятся в состоянии гармонии. Их интересы совпадают.
Это нашло свое выражение в формуле, которой гордятся все передовые люди, все передовое человечество: «Союз Советских Социалистических Республик есть социалистическое государство рабочих и крестьян».
Этим уже сказано, что в СССР, на одной шестой части земного шара, уже осуществлено то, о чем в проекте Декларации говорится как о высоком идеале.
Вот почему совершенно нелепыми и свидетельствующими, может быть, о неспособности понять то, что действительно происходит вокруг, являются заявления о том, что Советский Союз якобы стремится обезличить личность человека и подчинить ее государству.
Г-н представитель Канады здесь говорил о том, что идет борьба двух линий – линии уважения прав человека и линии утверждения превосходства государства над человеком. Это же говорил здесь, отчасти, представитель Уругвая. Что идет борьба двух линий – это верно, господа, но не тех линий, не та борьба, о которой говорили эти представители.
Две линии борьбы, конечно, отразились и в вопросе о подготовке проекта Декларации прав.
Одна линия – это линия защиты принципа демократии и про* гресса, мира и безопасности народов. Эта линия требует обуздать фашизм и фашистско-нацистскую деятельность.
Другая линия – это линия реакции и агрессии.
Одна линия – против всех и всяких антидемократических и фашистских поползновений так называемых «теорий» и т. п., посягающих на самые священные блага человечества.
Другая линия – это линия поддержки и использования реакционных сил, вплоть до фашизма-нацизма, пытающегося поднять свою голову для борьбы против передовых идей современности, за узко-корыстные интересы новоявленных претендентов на мировое господство.
Столкновение и борьба этих линий нашла свое отражение и в работе третьего комитета и в том сопротивлении, которое встретили в этом комитете предложения делегации Советского Союза и ряда других делегаций, борющихся за демократию и прогресс, за мир и международное сотрудничество, против реакции и агрессии.