Мое «овладение языком» с помощью блюд продолжается. Впервые я понимаю чувства иностранцев в Японии, которые не могут вспомнить название уже испробованного блюда: «Эээ… это было… что-то круглое… с травами». Но как с улицами, названия которых запоминаешь быстрее, гуляя по ним, так и с блюдами: я запоминаю их названия, пробуя одно за другим.

Мне вспоминается японское выражение: кути ни суру, что означает одновременно «класть что-либо в рот», «пить», «есть» и «произносить, говорить». Суру значит «делать», а кути – «рот»: получается что-то вроде «делать ртом».

Я насыщаюсь блюдами, названия которых произношу. Еда входит через рот, а ее название исходит из него же. Это напоминает птиц, которые приносят птенцам пищу в клюве.

Если и есть способ сделать язык «родным», когда ты уже взрослый, то, конечно, только так – через мир конкретных вещей, через слова, которые тоже проходят через наш рот, через наш язык.

И хотя я знаю лишь несколько восточно-арабских слов, они станут кусочком, осколком моего «родного кулинарного языка».