Рядом с возведенным в восточном стиле зданием магазина «Чай. Кофе» стоит многоэтажный дом 17 дореволюционной постройки. Так, говорят, что по ночам около этого дома на Мясницкой улице прогуливается призрак, причитающий: «Ох, денежки мои, денежки!», и встреча с ним сулит большие потери и неудачи прохожему. Одна из старейших улиц города, Мясницкая, сменившая не одно название, от Фроловской и Евпиловской до Первомайской и Кирова, имеет свои дома с привидениями. Один из них носит сегодня порядковый номер 17.
В начале XVIII в. этот дом принадлежал некому майору Измайлову и на протяжении почти столетия передавался по наследству, пока не перешёл в руки Льва Дмитриевича Измайлова. Участник Заграничных походов, лично отмеченный за заслуги императором, Измайлов был фигурой весьма колоритной и славился своими кутежами. После множества перипетий, восстановить которые сложно по прошествии лет, с 1839 по 1843 г. дом на Мясницкой, 17 якобы занимал женский пансион.
Но самая интересная часть истории дома на Мясницкой относится к периоду с 1843 по 1870 г., когда в этом доме жил генерал-майор Кусовников с супругой. По некоторым сведениям, принадлежащие к богатейшему семейству петербургских купцов, они имели немалый капитал к выходу Кусовникова в отставку. При этом о скупости эти двух стариков с Мясницкой ходили легенды: прислуги они, несмотря на свой почтенный возраст, не держали, нищим не подавали, у себя никого не принимали и в гости не ездили, а по ночам перекладывали свои несметные сокровища из шкатулки в шкатулку и пересчитывали ассигнации. Согласно легендам, однажды летом, уехав проведать одно из своих имений, Кусовниковы спрятали шкатулку с ассигнациями в дымоход, вполне обоснованно не рассчитывая на то, что дворник разведёт огонь.
Мясницкая, 17 в Москве — дом с привидениями
Узнав же о случившимся и увидев кучку пепла вместо скрупулёзно оберегаемых так долго денег, старуха Кусовникова, говорят, умерла на месте. Её муж пытался хлопотать о возвращении сожжённых дворником ассигнаций, но добился своего или нет — история умалчивает. Вероятно, ничего у жадного генерал-майора не получилось, потому что призрак его до сих пор расхаживает с наступлением темноты по Мясницкой и оплакивает свои деньги.
Со смертью Кусовниковых история дома 17 не закончилась, дом был перестроен. В 1876 г. его покупает статский советник Аблов, который заказывает у архитектора Виктора Александровича Коссова, учредителя Петербургского общества архитекторов, проект нового здания в четыре этажа. Строительство не было закончено при статском советнике, и спустя два года владение на Мясницкой выкупает купец Флор Яковлевич Ермаков.
Будучи владельцем текстильных фабрик в Москве и в Тверской области, Ермаков достраивает здание по имеющемуся проекту Коссова и отдаёт его под богадельню, способную вместить до двух тысяч человек. Незадолго до своей смерти в 1895 г., Флор Ермаков закрывает фабрики и передаёт накопленный капитал на благотворительные цели. В здание на Мясницкую переезжает Комитет управления богадельнями Ермакова. А попечительский совет богоугодных заведений сдаёт большую часть дома в аренду крупным фирмам и обществам, которые вели на Мясницкой, 17 свои торговые дела.
Пятый этаж к зданию на Мясницкой, 17 был пристроен предположительно в ходе реконструкции в 1947 г., но сегодня, не зная об этом изначально, надстройку заметить не просто. До того, как превратиться в офисное здание с кафе и банками на первом этаже, дом на Мясницкой, 17 принимал в своих стенах советского поэта и переводчика Михаила Александровича Зенкевича, известного среди математиков доктора физико-математических наук Виктора Владимировича Немыцкого и писателя и историка Ираклия Андроникова.