Если бы Гуров и Крячко допустили хотя бы секундное промедление, то их дальнейшая судьба, скорее всего, была бы незавидной. По всей видимости, бандиты в полицейской форме к этому утру поняли, что сыщики уже располагают всеми фактами, необходимыми для их ареста. Они твердо решили избавиться от московских гостей, используя самый нелепый предлог. Потом они собирались отвертеться, как-то объяснить гибель приезжих оперативников. Наверняка придумали бы что-нибудь, столь же правдоподобное, как версия с «серийным убийцей» Черкасовым. Для бандитов было важно избавиться от сыщиков прямо сейчас. Так что в эту минуту, точнее сказать, в эти секунды решалась их судьба.

Гуров не находился несколько часов в яме с трупами, как его друг. Голова у него была ясной, и он понял это первым. Лев Иванович также сообразил, что воспользоваться машиной и просто уехать ему и Стасу не удастся. Пока они будут садиться, разворачиваться, бандиты их расстреляют.

Он рванул Крячко за руку, увлекая его за собой, и бросился бежать. Он стремился не в город. Там убийцы быстро догнали бы их на машине. Может, и напрягаться не стали бы, а просто застрелили бы как преступников, оказавших сопротивление при задержании.

Вместо этого Гуров обогнул машину и кинулся к старинному парку. Таким вот образом он сужал для преследователей сектор обстрела — теперь им мешал автомобиль сыщиков — и не давал бандитам возможности вести преследование на колесах. Сыщик хотел как можно скорее достигнуть парка. Там все решали бы крепость ног и умение метко стрелять. С этим у сыщиков проблем не было.

Вот чего ни в коем случае нельзя было допускать, так это ближнего боя с использованием холодного оружия. В этой схватке у них не было бы никаких шансов. Ведь их противником стал бы Стрелков, мастерски владевший ножом.

Еще Гуров опасался, что его лучший друг Стас будет с трудом въезжать в ситуацию, медлить и тут возникнет помеха. Была важна даже не каждая секунда, а какая угодно ее доля, любое мгновение.

Однако Крячко на удивление быстро оценил ситуацию. Вялость, только что владевшая им, вдруг куда-то улетучилась. Стас бежал наравне со своим другом.

Сыщики долетели до угла дома и свернули за него. В ту же секунду сзади грохнули два выстрела, и пули просвистели за спинами старинных друзей. Однако на ближайшие мгновения дом загораживал их и мешал бандитам вести огонь.

Теперь полковникам важно было добежать до деревьев. Сердце Гурова колотилось уже где-то у горла, когда они с Крячко наконец-то перескочили через невысокую чугунную ограду, достигли первых дубов и бросились дальше.

На их счастье, здесь стояли очень старые деревья с толстыми стволами. Лев Иванович оценил это преимущество, когда сзади загремели новые выстрелы, и пули с глухим звуком вошли в стволы деревьев, растущих позади сыщиков.

Теперь, когда они достигли парка, им следовало сменить тактику. Гуров не собирался бегать от четверых негодяев. Когда они достигли следующих деревьев, он встал за одно из них, махнул рукой, указывая Крячко на соседнее, выхватил пистолет и бросил взгляд назад. Ближайший бандит — это был Приходько — находился шагах в двадцати от него.

— Стой! Бросай оружие! — крикнул сыщик. — Ты арестован!

В ответ прозвучал новый выстрел. Мимо! Тогда Лев Иванович высунулся из-за дерева с другой стороны, вскинул руку и выстрелил. Нет, промах! Бандит успел спрятаться за деревом ниже по склону. Крячко тоже открыл огонь и вынудил остальных трех бандитов укрыться таким же образом.

Однако они не собирались там сидеть. Гуров услышал, как Семенов, который скорее всего был здесь за главного, что-то крикнул своим подельникам, и те кинулись в разные стороны. Их цель была понятна. Бандиты старались окружить сыщиков, занять позицию, с которой они могли вести по ним огонь. Лев Иванович понял, что надо отступать.

— Стас, отходим! — бросил он другу, и они с Крячко одновременно бросились бежать.

За ними раздались сразу несколько выстрелов, и Гуров почувствовал, как его словно острым ножом кто-то ударил в левое плечо. Он зашатался, но не упал, не замедлил бег, долетел до следующего дерева, спрятался за ним, выглянул.

Бандиты бежали следом. Приходько опять опережал других.

«Ну что ж, если ты самый быстрый, то тебе и должна достаться первая пуля», — подумал сыщик.

Он вскинул руку, прицелился и выстрелил. Приходько закружился на месте, упал, попытался встать, но тут же снова свалился.

Трое бандитов, оставшиеся невредимыми, выстрелили еще по разу. Затем огонь смолк. Как видно, Семенов находился в нерешительности, не знал, как ему поступить дальше.

Затем Гуров увидел, как из-за дерева высунулась рука с пистолетом. Прозвучали еще два выстрела. Однако на этот раз пули предназначались не для сыщиков. Капитан Семенов стрелял в своего собственного подчиненного, лежавшего на земле. Одна из пуль попала в спину Приходько, другая — в голову. Лев Иванович видел, как брызнули, разлетаясь, частицы мозга. Это ранение, разумеется, было смертельным.

Сразу после этого Семенов отдал короткую команду. Трое бандитов развернулись и стали быстро отступать.

Самым правильным было бы организовать их преследование и задержание. Однако Гуров взглянул в ту сторону, где стоял за деревом Стас Крячко, и увидел, что тот уже не скрывается за дубом, а лежит на земле у его корней.

Лев Иванович подбежал к другу и спросил:

— Что с тобой? В тебя попали?

Крячко с трудом открыл глаза и негромко ответил:

— Никто в меня не попал. Нет, я не ранен. Просто голова почему-то закружилась, и ноги не держат. Я сейчас немного полежу, и все пройдет.

Гурову стало ясно, что у его друга просто кончились силы. Те их остатки, какие у него имелись после сидения в яме с трупами, он потратил на бегство от преступников и на перестрелку с ними. Ему срочно был нужен отдых. Это означало, что ни о каком преследовании бандитов в данный момент не могло быть и речи.

— Ты встать сможешь? — спросил Гуров. — Тебе нужно добраться до номера и лечь. Я тебе помогу дойти, только подняться нужно.

— Я смогу, — прошептал Крячко. — Думаю, что сумею.

Лев Иванович крепко ухватил друга за руку, потянул. Стас тоже собрал последние силы и встал. Теперь он мог идти, опираясь на Гурова. Так, шаг за шагом, они проделали обратный путь к гостинице.

Там, на площадке перед входом, сыщики увидели нескольких служащих отеля. Они разглядывали машину, на которой приехали оперативники. Все колеса у нее были изрезаны, лобовое стекло разбито. Бандиты позаботились о том, чтобы Гуров и его напарник не могли их немедленно преследовать.

— Ну-ка помогите полковнику Крячко добраться до его номера, — обратился к работникам отеля Лев Иванович.

Он произнес эти слова таким тоном, который не допускал отказа, и служащие это поняли. Двое из них обхватили Станислава и практически понесли его в гостиницу.

Гуров проводил друга взглядом и взялся за телефон. Если ему не удалось начать преследование бандитов самому, то следовало поручить это дело другим людям.

Первый звонок он сделал капитану Круглову.

Полковник кратко рассказал ему о нападении, организованном Семеновым и его подручными, о ходе перестрелки, о том, чем она закончилась, а затем проговорил:

— Слушай, капитан, тебе придется рискнуть, взять инициативу на себя. Необходимо задержать майора Колесова прямо сейчас, не дожидаясь санкции из Москвы или из здешней прокуратуры. Собери надежных людей. Постарайтесь арестовать его, если он находится в управлении. Второе, что необходимо сделать, это организовать поимку Семенова, Стрелкова и их сообщника, имя которого я не знаю. Двадцать минут назад эта компания отъехала от гостиницы на внедорожнике с затертыми номерными знаками. Куда они направились, я не знаю. Но эти бандиты в любом случае пока что находятся в городе. Нужно перехватить их, выставить посты на вокзалах, на всех выездах из города. Надо не позволить им уехать отсюда.

— Я попробую все это сделать, но не знаю, получится ли, — ответил Круглов. — Вам известно, что подобные приказы должен отдавать начальник управления. У меня таких полномочий нет. Так что я могу обращаться не ко всем руководителям местных отделов, а только к тем, кто лично меня знает. Да и то мне каждый раз придется объяснять им, почему нужно идти на нарушение обычного порядка.

— Я понимаю твои проблемы, капитан, — сказал Гуров, услышав это. — Постараюсь обеспечить тебе поддержку. Но на это потребуется время. Пока постарайся сделать то, что сможешь. Давай, действуй!

Вслед за тем полковник позвонил прокурору области Прошину.

Он кратко рассказал ему о событиях минувшей ночи, потом проговорил:

— Нам срочно требуется ваша помощь, Геннадий Александрович. Нужно выдать Круглову представление на задержание Колесова и Семенова, а также на проведение иных оперативных действий.

— Я это сделаю прямо сейчас, не откладывая ни на минуту, — ответил прокурор. — Еще направлю на помощь Круглову своего помощника, того самого Илью Мажникова, который уже с вами сотрудничал.

— Это будет очень хороший ход, — сказал Гуров. — Авторитет капитана сразу резко возрастет.

— Да, это я сделаю, — сказал Прошин. — Но вы же понимаете, что хозяином управления, а значит, и начальником всей полиции области пока что остается генерал Поляков. Если он поймет, что мы копаем под него лично, то может остановить все наши действия, арестовать капитана Круглова и всех тех людей, которые будут выполнять его распоряжения. Пока Поляков находится во главе управления, все наши действия являются всего лишь полумерами.

— Это я тоже понимаю, — произнес сыщик. — Постараюсь сделать так, чтобы генерал Поляков больше не возглавлял управление. Думаю, в течение нескольких часов этот вопрос будет решен.

— Если так случится, то мы сможем действовать смелее, — сказал прокурор.

Теперь, когда были сделаны эти два неотложных звонка, можно было немного перевести дыхание. Гуров нашел в машине аптечку и с ней в руках направился в отель. Администраторша с испугом уставилась на окровавленного человека, вошедшего в заведение.

— Скажите, девушка, вы сможете меня перебинтовать? — спросил Лев Иванович. — Одной рукой мне самому это будет трудно сделать.

К его радости, эта барышня оказалась не робкого десятка. Она не только забинтовала рану, но и стерилизовала ее перед этим, а также сделала укол антибиотика.

В ходе этого процесса сыщик успел немного отдохнуть. Он подумал о том, не надо ли вызвать врача к другу Стасу прямо в номер, но тут же отказался от этой идеи.

«Нет, доктор ему не требуется, — решил Гуров. — Все, что ему нужно, так это немного сна. Может быть, еще глоток чая или кофе. Тогда он снова будет как огурчик».

Подумав о чае для Крячко, сыщик понял, что сам изрядно оголодал. Когда же он ел в последний раз? Полковник никак не мог этого вспомнить. Кажется, это произошло ровно сутки назад, то есть вчера утром. Но сейчас, конечно, было не время думать о завтраке. Перед ним стояли задачи поважнее.

Шел уже девятый час утра. Теперь уже точно можно было звонить генералу Орлову. Лев Иванович набрал номер начальника главка.

Петр Николаевич откликнулся быстро, словно ждал звонка сыщика. Гуров знал, что его начальник был очень даже неглупым человеком. Он буквально на лету схватывал суть событий, о которых ему рассказывали. Поэтому рассказ полковника о событиях, приключившихся в Камнеозерске, занял никак не больше десяти минут.

После этого Лев Иванович уже мог переходить к просьбам.

— Нам срочно необходима санкция министра на отстранение генерала Полякова от должности, — сказал он. — Я пока не говорю о его задержании. С этим можно подождать. Да и доказательств его вины у нас пока нет. Но вот оторвать этого деятеля от рычагов управления совершенно необходимо. Иначе мы не сможем провести задержание убийц, оставшихся в живых.

— У вас уже есть готовое обвинение против них? — спросил Орлов.

— Против Колесова, Семенова и Стрелкова точно есть, — ответил Гуров. — Личность четвертого человека, участвовавшего в нападении на нас с Крячко, еще нужно установить. Но я считаю, что это можно сделать быстро. У нас имеется достаточно материала, позволяющего обвинить сотрудников полиции в убийстве охранников Викторова и Субботина. Это для начала. А потом, я уверен, будут получены и доказательства их причастности к убийствам предпринимателей и членов их семей.

— Генерала Полякова вы, значит, считаете организатором этих преступлений? — поинтересовался Орлов.

— Да, он соединяет в себе функции заказчика и организатора этих массовых убийств, — ответил Гуров. — Это, так сказать, изнанка его служебной деятельности. Я уверен еще и в том, что именно он является тем самым человеком, который получил основную выгоду от всех этих преступлений. Хотя там есть и другие персонажи подобного рода. Сведения о них имеются у вашего друга прокурора Прошина. В общем, я бы сказал, что Колесов, Стрелков и Семенов — это ниточка. Потянув за нее, мы вытянем на свет божий целый клубок грязи, сеть преступников, безнаказанно действующих в Камнеозерске.

— Лев Иванович, я тебя понял, — сказал Орлов. — Немедленно свяжусь с министром. Думаю, уже через час приказ об отстранении Полякова от должности будет послан в управление. Его копии лягут на стол губернатора и областного прокурора.

— А кто будет возглавлять управление на время расследование дела Полякова? — спросил Гуров.

— Обычно в таких случаях эти обязанности возлагаются на кого-то из заместителей начальника, — ответил Орлов. — Этот вопрос решает министр. Конечно, у Полякова и заместители могут оказаться ему под стать. Но, как ты понимаешь, в этих условиях даже самый замаранный руководитель остережется нарушать закон. Наоборот, он будет вести себя как самый законопослушный человек, станет оказывать вам с Крячко всю возможную помощь.

— Я вас понял, товарищ генерал, — проговорил Гуров. — Спасибо за поддержку. Ну а мы со Стасом постараемся извлечь из этой помощи все, что только можно.