Церковь по самой своей этимологии и даже по простому переводу значения греческого слова «экклесия» (ἐκκλησία) есть собрание – собрание членов. Собирательное, соборное бытие Церкви утверждается самим Христом Спасителем («Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18:20)), проповедуется апостолами, раскрывается и объясняется многими святыми отцами. Замысел Божий о Церкви есть замысел о собственном совершенном подобии – о троицеподобном соборно-ипостасном бытии; именно поэтому Церковь есть всегда собрание, всегда некое множество членов, соединённых во Христе. Таковы не только единая Церковь Христова, но и входящие в неё Поместные Церкви, отдельные епархии, общины, даже семьи, называемые апостолами «домашними церквами»[1218].

Означает ли сказанное, что отдельный церковный член, человек, не может именоваться церковью?

Открытый и возглавленный Христом Спасителем путь собирания павшего и разрозненного человечества, его ипостасей, есть вместе с тем (и даже прежде того) путь собирания человеческой природы, некогда испорченной и расколотой внутри себя самой, ныне же исправленной, единой, цельной и совершенной, принесённой и переданной нам Христом, её совершенным, всецелым носителем и обладателем. В каждом из людей, членов Церкви, одновременно и неразделимо протекают эти два синергийных процесса, характеризующих динамику их отношений с Богом: внутреннее собирание природы (её разрозненных некогда частей и сил), и внешнее собирание ипостасного бытия (собирание разрозненных некогда враждою человеческих ипостасей). Поскольку процессы собирания природы и собирания ипостасного (соединения с другими церковными членами, вживления в Церковь) для каждого конкретного человека неразделимы, сопроникнуты друг с другом, интегрированы друг в друга, то есть поскольку внутреннее собирание человека является моментом и условием его участия в экклисии (собрании), постольку даже и отдельная человеческая ипостась может быть и именоваться церковью, храмом и даже Царствием Божиим, Царствием Небесным[1219]. «Церковь можно разуметь в двух видах, – говорит об этом прп. Макарий Египетский, – или как собрание верных, или как душевный состав. Посему когда Церковь берётся духовно – в значении человека, тогда она есть целый состав его»[1220].

Основанием для такого понимания служит и то, что Сам Христос может именоваться не только Главою Церкви, но, в определённом смысле, и Церковью. Так говорит об этом прп. Иустин Попович: «Богочеловек – это Церковь… Ипостась Бога Слова, став человеком и тем самым – Богочеловеком, осталась в нашем земном мире и во всех мирах как Богочеловек, или Церковь»[1221]; «Богочеловек, Который есть Церковь и при этом тело Церкви и глава Церкви»[1222].

По образу Христа Спасителя, именуемого Церковью, также и каждый член Его Тела именуется церковью – особенно тогда, когда этим наименованием мы стремимся подчеркнуть экклезиологическое значение бытия отдельного человека. Подобно организму отдельного человека, где каждый его член способен именоваться именем целого, так как через него и в нём действует целое, также и всецелый организм Церкви Христовой распространяет своё наименование не только на свои части[1223], но и на единичные члены в отдельности. Также и действие всей Церкви Христовой в отдельном человеке способно восприниматься и именоваться действием человека как церкви[1224].

Итак, отдельный человек, церковный член, может именоваться церковью.