Проблема научно-технического «прогресса» как проблема накопления знания не может быть изъята из более глобального вопроса об иерархии знания как такового, и о месте науки – в том значении, в каком обычно придаётся смысл слову «science» на Западе[1669] – в этой иерархии. Накопление научно-технического знания в контексте накопления знания как такового, осмысление этого факта может пролить свет на некоторые важные вопросы современного богословия.

Эмпирические науки, очевидно занимающие среди всех наук самое иерархически низшее место[1670], сегодня в общемировом научном пространстве по видимости, напротив, представляются главными и наиболее значимыми в общенаучном процессе освоения и накопления человечеством знания. Утраченное ныне традиционное представление об иерархии наук христианского общества полагало во главе этой иерархии богословие (либо философию, если взять классическое дохристианское представление об иерархии наук)[1671], за которым следовал тот или иной комплекс гуманитарных и точных наук, уже завершаемый науками эмпирическими. Разрушение и искажение традиционного представления об иерархии наук происходило постепенно, в русле общей секуляризации общества.

Духовная оценка этого факта лежит в педагогической плоскости. Ведь всякая подлинная человеческая наука[1672] имеет педагогическое значение, причём именно и прежде всего педагогическое значение в плане не только человеческой, а и Божественной Педагогики – педагогики, возводящей заботу о человеке, в том числе заботу о материально стареющем и дряхлеющем мире, к тем духовным смыслам, которые стоят над этим миром и выше его.

Педагогический и научный процессы, при всём видимом их отличии и разделении, способны (и даже призваны) представлять единый исторический процесс, выступая его взаимосвязанными и взаимопроникающими аспектами. В предельном выражении эта мысль иллюстрируется тем, что всякий учёный, исследователь (а вместе с тем и учитель, наставник) способен оставаться неизменным учеником Педагога-Христа, учеником открывающегося человеку Божественного Слова, средоточия истины и всякого знания[1673]. Взятый в масштабах не отдельного человека, но человечества, исторический процесс ипостасного (или социо-ипостасного) накопления знания[1674] представляет собой макропедагогический процесс «большой» педагогики, и, одновременно, макронаучный процесс. Этот процесс и призван определять иерархию научного знания[1675].

Реальная картина научного знания в современном мире далека от этого идеала.

Педагогика без Педагога[1676], равно как и наука без Истины[1677], не имея их своей опорою и главою, развиваются по закономерностям, принципиально инаковым тому научно-педагогическому пути, который открыт человеку Христом – подлинным внутренним источником всякой педагогики и всякой науки. Виртуализация жизни, всё более и более проникающая в современную науку, перевозглавляет (рекапитулирует; от лат. «recapitulatio» – «перевозглавление») научный и педагогический процесс, в обратном направлении той рекапитуляции, которую совершил Христос, собирая в Себе всё творение и направляя его к Богу[1678].

Научно-технический процесс выходит в авангард знания; но какую же роль в этом «перевозглавлении» играет сам научно-технический прогресс?