Накануне брачного ритуала дворец ожил. Съезжались гости, и портальная башня гудела от напряжения. После очередного перемещения мебель начинала биться магическим током. Одних владыка встречал лично, другие приходили к нему с поклонами и свадебными дарами.

Невесту по древней традиции никому не показывали, чтобы невзначай не стащили из-под носа жениха прямо перед обрядом. Не представляю, кто решился бы покуситься на будущую жену кейрима, но в предсвадебной суете не участвовала.

Однако покоя не видела даже во сне! С двух сторон меня атаковали Риарды. Сама не поняла, в какой момент оказалась в центре семейного примирения, больше похожего на беспрерывный скандал.

– Ты посмотри на него! – ругалась Эмрис, ворвавшись ко мне в гостиную.

В этот момент я смотрела на портновский манекен со свадебным алым нарядом, расшитым золотой нитью.

– А что не так?

– Он прислал мне цветы! – заявила она возмущенно.

Очевидно, что речь шла не о платье, а об Ашере, всячески доказывающем супруге космическую любовь. Пригласить на свидание собственную жену он все еще не решался, пытался одарить и умаслить. За идеями приходил ко мне, и чем больше старался, тем хуже выходило.

– Какие? – осторожно уточнила я.

– Живые! – воскликнула Эмрис. – Я встретила и отдала корзину с этими цветами прямо в руки. Пусть сам любуется! Лучше бы, как в прошлый раз, подарил драгоценности! Рубины не изменяют.

– И ты их отослала обратно, – ради справедливости напомнила я.

– Рубин был один! – парировала она. – Ненавижу его!

– Рубин? – окончательно запуталась я.

– Ашера!

В общем, зря я заставила посла штудировать книгу по флорографии, чтобы он научился отличать цветочные символы нежности, страсти и траура. Ашер решительно обсуждал полученные знания и требовал перевести непонятные слова с валлейского, который понимал весьма посредственно. Прямо через окно из соседних покоев. Посреди ночи! Я искренне ждала брачного обряда, чтобы перебраться в другую часть дворца и наконец по-человечески выспаться.

Ночь перед свадьбой называли «тихой ночью». Никаких празднеств и долгих ужинов не устраивали. С темнотой дворец окунулся в спокойствие и умиротворение. Ренисса позвала в покои банщиц, на три часа превративших ванную комнату в термы.

Умелые девушки принялись готовить невесту к первой брачной ночи: натирали меня ароматными солями, оборачивали ноги жгучей смесью, никак намешанной из пепла из-под котлов преисподней, втирали масла в кожу и волосы. Нанесли на лицо какую-то дрянь, застывшую в маску. Когда снимали, думала, что останусь без бровей, но обошлось.

Спать меня укладывали с песней. В прямом смысле этого слова. Начали петь, что невеста проводит последнюю ночь в одиночестве, а на следующую – сильный крылатый мужчина разделит с ней ложе в первый раз.

В моей жизни вообще уже ничего не было в первый раз, и спать, предполагаю, крылатому мужчине придется на диване, если в его покоях такой имеется, но исполняли с душой. Все, как велели традиции.

Разморенная и осоловелая от косметических процедур, я заснула быстрее, чем они добрались до последнего куплета.

– Невестка! – раздалось в тишине.

Как и много раз до того, я мгновенно пробудилась и села на кровати. В ушах звенело, в глаза словно насыпали песок. От недосыпа мне хотелось убивать. Или хотя бы морально уничтожать.

– Невестка, поговорить надо! – видимо, окончательно решил добить меня Ашер.

Скатившись с кровати, я запуталась в подоле длинной ночной сорочки с глухим воротом и от души выругалась на родолесском языке. Балахон специально шили на тихую ночь, а в итоге ночь-то оказалась ужас какой шумной!

С самым злобным настроем я резко раскрыла створки, недавно начавшие неприятно скрипеть. Ледяной сквозняк ударил в лицо, окончательно выбив последние крохи сна. Я перегнулась через подоконник и посмотрела на Ашера, свесившегося из своего окна.

– Ашер, у тебя совесть есть? – прорычала я. – Знаешь, почему эту ночь называют «тихой»? Невеста должна выспаться! Мне нельзя зевать на свадьбе!

– Ты в курсе, что сегодня произошло? – с неожиданно обвинительными интонациями вопросил он.

– Кому-то повезло с соседями?

– Я отправил Эмрис цветы. – Намек, что исповедальня закрылась, он не понял и начал изливать по ветру душу: – Между прочим, все по твоей книге! Красные розы. Целую корзинку! А она швырнула эту корзину мне в лицо. Посреди зала для приветствий! При гостях. Да они сначала подумали, что их с цветами встречают!

– Сочувствую, – сухо отозвалась я.

– Что мне еще сделать, чтобы с ней помириться и не получить букетом в лицо? – немедленно спросил Ашер.

– Давайте без меня, – искренне попросила я на родолесском и закрыла окно.

Однако сон больше не шел. Я крутилась на кровати, боролась с неудобной ночной сорочкой, пеленавшей ноги, и с каждой минутой раздражалась сильнее. В конечном итоге полезла за настойкой из боярышника. Флакон оказался печально пуст. Но чету Риардов надо было запить, а потом заспать, иначе завтра на свадьбе новобрачная предстанет перед гостями в виде бледной немощи. Глоток бренди (лучше пара глотков) нам с нервной системой явно не помешал бы.

Натянув халат, я поплотнее завязала ленты и вышла из покоев. В гостевое крыло, где проживали мы с послом, никого из прибывших на свадьбу гостей не селили, и по дороге в библиотеку мне встретились только стражи. Они проверяли коридоры и дружно поклонились невесте кейрима, похожей на призрак столетней бабушки. Для полного сходства разве что чепчика не хватало. До библиотеки я добралась под их присмотром.

В зале внезапно горел камин. Удивительно, что без поленьев. Пламя плясало само по себе, согревая прохладный воздух. Создатель магической аномалии с бокалом в руке сидел на диване, положив ногу на ногу. Похоже, Зорну тоже не спалось.

Вообще-то, невесту до ритуала жениху тоже не показывали. Наверное, чтобы не присмотрелся напоследок и не передумал жениться. Владыка, хранитель варварских драконьих традиций, неукоснительно следовал этому правилу. В последний раз мы столкнулись в коридоре, когда я бесилась из-за портрета.

– Надо выпить что-то покрепче настойки боярышника, – мрачно призналась я, когда он устремил в меня вопросительный взгляд. – Заснуть не могу.

– Кофейного ликера по-прежнему нет.

– Я дозрела до презренного бренди.

– Нервничаешь перед свадьбой? – усмехнулся он и, поднявшись с дивана, плеснул в широкий бокал немного янтарного напитка.

– Риарды достали… – пробормотала я на родном языке.

Зорн замер и изогнул брови, видимо, требуя перевода.

– Нервничаю перед свадьбой, – соврала я. – Не верится, что выхожу замуж без шестилетней помолвки. Пусть и не по-настоящему.

Твердой рукой он щедро долил бокал до половины и, вернувшись, отдал мне. В крепких напитках я ровным счетом ничего не понимала, но с видом знатока понюхала бренди. Пахло, как и всегда, специфически, а первый глоток обжег.

Некоторое время мы молча тянули крепкий напиток.

– Почему я не замужем, мы знаем, но почему ты до сих пор был не женат? – спросила я у Зорна.

– Я планировал, – через паузу ответил он. – Думал, что этой осенью мне подберут невесту. В прошлом году сваха предлагала провести традиционный отбор невест.

– В процессе все передрались и никто не выиграл? – полюбопытствовала я.

– Не согласился. Слишком многолюдно, – поморщившись, нехотя признался Зорн. – Всегда считал, что жениться надо или с холодным расчетом, или на женщине, которую хочется похитить на людной площади.

– Если подумать, так и вышло, но с нюансами, – развеселилась я. – Как ты позволил Ашеру стать послом?

– Он просил шанс проявить себя, – ответил владыка. – И его точно запомнили.

– Миссия выполнена, – не без иронии согласилась я. – С другой стороны, после того, как я уеду, никто не станет предлагать тебе отбор невест.

Мы переглянулись и чокнулись бокалами, хрусталь звякнул. Очередной глоток бренди дался проще. Я редко себе позволяла что-то крепче кофейного ликера, и в теле уже появлялась приятная расслабленность. Надеюсь, спать буду как убитая и меня не сможет разбудить ни один воющий за окном дракон.

Напиток в бокале постепенно заканчивался, разговор тоже иссяк. Рассказывать о себе владыка не хотел и отвечал неохотно, а обо мне он знал почти все из отчета сыщика.

– Еще бренди? – вдруг предложил Зорн.

Пока он наполнял бокалы, я изучила на столике возле дивана сложенные книги. Венчал стопочку любовный роман, один из тех, что хранились в дальнем шкафу.

– Читаешь романтические тексты? – полюбопытствовала я.

– Видел, как ты его смотрела, – пояснил Зорн, возвращаясь с бренди. – Не знал, что в моей библиотеке есть книги такого толка.

– Какого толка? – возмутилась я. – Между прочим, любовные романы несут вечное и прекрасное. И в них много глубоких мыслей про отношения!

– Да неужели? – Он уселся на диван со своей стороны и отдал мне напиток.

– Сколько пренебрежения в голосе, кейрим Зорн! – скривилась я.

– Я полистал эту книгу. – С насмешкой дракон поставил бокал на столик, взял книгу и, раскрыв на первой странице, прочитал мягким голосом: – Тамара таяла в объятиях владыки северных драконов…

Он одарил меня многозначительным взглядом.

– Почему ты так оскорбительно смотришь? – возмутилась я. – Книгу надо прочитать до финала, чтобы понять ее суть.

– Если ты скажешь, чему она учит, то признаюсь, что ошибался, и прочитаю этот роман от корки до корки.

– Пф! – презрительно цыкнула я и, сделав глоток, скомандовала: – Подержи-ка мой бренди, владыка Зорн!

Мы поменялись. Он забрал мой бокал и отдал книгу. Раскрыв томик на первой попавшейся странице, я высокомерно спросила:

– Готов признавать ошибки?

– Легко, – с ухмылкой согласился Зорн.

В середине книги Тамара вновь таяла в объятиях северного дракона и сходила с ума в его сильных руках… Автор подчеркивал, что из головы у героини выветрились абсолютно все связные мысли. В общем, как-то не вовремя она решила ни о чем не думать.

Я бросила на Зорна быстрый взгляд. Живой и настоящий владыка, должно быть, с руками не менее сильными, чем у книжного, вопросительно изогнул брови. Глаза смеялись.

Кашлянув, я предприняла вторую попытку и раскрыла книгу на другой главе.

И снова Тамара таяла. Не здравомыслящая женщина, а какое-то мороженое в креманке, честное слово! Дракон нежно целовал ее обнаженное плечо… Они очередной раз занимались тем самым нетривиальным делом, о котором в приличном обществе не говорили вслух. И тем более вслух не зачитывали отрывки даже на родолесском, языке ругательств и пошлых текстов!

– Как успехи? – издеваясь, уточнил Зорн.

– Нормально. – Я забрала у него бокал, сделала глубокий глоток и вернула. – Дадим Тамаре еще один шанс. Она непременно скажет что-то мудрое.

Однако та решительно не желала нести в мир вечное и прекрасное. Тамаре вообще было не до разговоров. Прижатая драконом к шелковым простыням, она чувственно постанывала! В принципе, я героиню понимала. Зачем думать умные мысли, если в жизни происходит столько интересного?

– А знаешь… нам нужна другая книга. – Я закрыла томик, шустро поднялась и внезапно поняла, что захмелела сильнее, чем казалось сидя на диване. Пол под ногами зашатался, как корабельная палуба, а шкафы поплыли сначала влево, потом вправо. Пришлось поморгать.

– Все в порядке? – спросил Зорн.

– Мы пьем родолесский бренди, – фыркнула я. – Конечно, у меня все в порядке. Лучше не придумаешь.

До шкафа я шагала уверенной походкой, всего лишь один раз споткнулась. О диван. И едва не вошла лбом в шкаф, но до нужных книг добралась. С серьезным видом принялась их перебирать и выбрала роман с самым безобидным названием.

– Готов? – повернулась к Зорну и потрясла томиком. – После этой книги твоя жизнь не будет прежней.

– Уже предвкушаю, – хмыкнул он и, блеснув глазами, сделал очередной глоток.

Обратный путь к дивану почему-то оказался полон опасностей и сюрпризов. По дороге к шкафу я как-то не заметила на пути ниоткуда взявшуюся тумбочку, а она-то меня поджидала! Еле разошлись. К счастью, Зорн посчитал, что низко комментировать хаотичные перемещения будущей жены в пространстве.

– Ну что ж… – Я раскрыла книгу и заскользила взглядом по строчкам.

Чтение, признаться, пробуксовывало. Видимо, не стоило запивать текст бренди. Герои нового романа между тем вели себя ничуть не лучше предыдущих и в каждой главе предавались веселому разврату. Казалось, то самое действо двигало весь сюжет к финалу, героев – к светлому будущему, а меня – к проигрышу в споре. Как про Тамару опять читала, но она взяла псевдоним и назвалась Альвией.

– О, нашла! – восхитилась я и, откашлявшись, с выражением почитала: – Вокруг разливалась ночь, полная звезд и шепота листьев, но для Альвии существовал только он – дракон. Она стянула через голову кружевную сорочку и обнаженная… Кхм, а начиналось все неплохо.

Я покосилась на Зорна. Он ответил взглядом из-под бровей и вкрадчиво спросил:

– Ты знаешь нэрийский?

– Как ты догадался? – удивилась я. – Никогда не упоминаю его в резюме. Учила по романам и не сдавала экзамен на знание языка.

Владыка кивнул на книгу. Я с недоумением проверила обложку… Название «Единственная любовь дракона» было написано на языке маленького островного королевства, в котором каждые десять лет происходили землетрясения. Надо же было так набраться бренди, чтобы не заметить, на каком языке читаешь!

– А я-то думаю, почему туго идет? – протянула я. – И ты не говоришь на нэрийском?

– Ни слова не понимаю, – подтвердил Зорн.

– И даже то, что я тебе с таким чувством зачитала?

Он покачал головой.

– Жаль, – с фальшивой печалью вздохнула я. – Книга берет за душу! Столько философских мыслей! Кладезь прекрасного и вечного! Искренне рекомендую к прочтению. Когда, конечно, выучишь нэрийский.

– Переведешь? – через паузу уронил он, бросив вкрадчивый взгляд.

– Нет.

Приглушенный свет сглаживал резковатые черты Зорна, и он казался необыкновенно привлекательным мужчиной. Почти книжным героем. Еще чуть-чуть – и начну представлять его без одежды. Но в отличие от Тамары – будь она неладна, счастливица в крепких драконьих объятьях! – у меня в голове все-таки возникла здравая мысль, что с бренди без закуски пора притормозить. Иначе завтра невесту захотят из жалости отпеть по всем драконьим традициям, а не обвенчать…

– Пожалуй, пора расходиться, – заключила я.

Зорн пристроил почти опустевший бокал на столик и, поднявшись с дивана, протянул мне руку.

– Провожу тебя до покоев.

Крепко сжав его теплую сухую ладонь, я попыталась встать и немедленно поняла, что здравой мысли о бренди следовало прийти на полбокала раньше. Комната не просто закружилась перед глазами, а завертелась. Равновесие, видимо, осталось сидеть на диване, чтобы не обременять меня своим присутствием, и я налетела на Зорна. В самой нелепой позе уткнулась носом ему грудь и замерла, боясь пошевелиться. Владыка поддерживал меня за талию уверенными, как у книжных героев, руками. От него пахло восхитительным горьковатым одеколоном, мужским и взрослым.

– Знаешь… – пробормотала я, не дождавшись, когда кручение вокруг остановится. – Посидеть на дорожку – это хорошая примета. Давай не будем ею пренебрегать и сядем обратно.

Со смешком Зорн вернул меня на диван, а сам отправился добывать воду из хрустального графина. Я пыталась держать глаза открытыми, но заснула быстрее, чем он добрался до столика.

Проснулась я от ощущения, что вокруг тепло и очень тесно. Сознание возвращалось медленно, через непотребную головную боль. Библиотека, диван, мягкая спинка, к которой прижимались лопатки… Владыка равнинных драконов, занимающий все оставшееся пространство. И его тяжелая рука, вольготно лежащая у меня на талии.

Он спал полусидя, дышал глубоко и ровно. Я осторожно приподнялась, прикидывая, как бы поизящнее переползти крупного мужчину, но от неудобной позы тело плохо слушалось. Любое движение отдавалось резкой болью в голове.

– Просчитываешь, как сбежать, не поздоровавшись? – Со сна Зорн говорил сиплым голосом.

– Нам пора жениться, – прошептала я.

– Рано. – Он не открыл глаза, только пальцы покрепче сжали мою талию, призывая не шевелиться. – Как ты себя чувствуешь?

– Как будто выпила на двоих с владыкой драконов графин бренди без закуски, – призналась я. – Напомни в следующий раз, что я резко против чрезмерных возлияний. А ты?

– Как будто меня перепила учительница иноземных языков, – отозвался он. – Напомни в следующий раз, что с тобой лучше пить безобидный морс.

Внезапно дверь распахнулась. В библиотеку как оголтелый ворвался Тиль.

– Кейрим, мне сказали, что ты с ночи не уходил из библиотеки! – возглас смотрителя замка взорвался в голове визгливым, дребезжащим звоном медных тарелок. – У нас проблема! Невеста пропала!

Никак от жуткого похмелья меня вдруг накрыла такая паника, словно в день свадьбы я оказалась застуканной не с женихом, а с совершенно посторонним мужчиной. Сама от себя не ожидая, я отпихнула Зорна. И помогла себе ногой! Возможно, сыграл эффект неожиданности, но владыка равнинных драконов действительно скатился с дивана. Однако падать один он не подумал и коварно утянул меня следом.

С тихим оханьем я придавила будущего мужа сверху, прижалась лбом к плечу и решительно замерла, как будто лишилась чувств. Помирать от стыда куда как приятнее на широкой мужской груди, нежели пытаясь спрятать голову под диванную подушку.

– Мой кейрим, проблема решилась, – в изумленной тишине заключил Тиль. – Невеста нашлась.

– Она не терялась, – хрипловато отозвался кейрим. – Иди.

Смотритель стремглав выскочил из кабинета и захлопнул за собой дверь.

– Эмилия, – тихонько позвал Зорн, – хорошо лежим.

От осознания, что я ногой пнула целого драконьего кейрима на пол, хотелось помереть от конфуза. Не шелохнувшись, я продолжала притворяться обморочной.

– Но, может, поднимемся? – протянул он и весьма уверенно погладил меня ладонью по спине. – Эмилия? Сознание, что ли, потеряла?..

Он ловко перевернулся и, уложив меня на локоть, мягко похлопал по щеке.

– Кейрим, – громким шепотом позвал Тиль, видимо, чуток приоткрыв дверь, потому как по холодному полу заметно засквозило. – Забыл сказать, что через час прибывают южане…

– Тиль, немедленно позови лекаря! – с неожиданной властностью в голосе приказал Зорн. – Пусть принесут нюхательные соли.

– В обморок бухнулась?! Давайте водичкой попрыскаем! – всполошился услужливый смотритель. – Нам надо откачать невесту до венчания!

Согласна, венчаться с женщиной в обмороке невозможно, как ни извернись. Переполох намечался знатный. Даже значительный! Я поняла, что пора воскресать, пока на меня в лучших традициях институтов благородных девиц не выплеснули графин с водой, и открыла глаза.

– Не надо лекаря, меня уже попустило.

От изумления владыка выпустил меня из рук. Глядя снизу вверх, он ошарашенно следил, как помиравшая от похмелья невеста шустренько поднялась на ноги и оправила юбки.

– Встретимся во время брачного ритуала. Ты знаешь, где меня найти. – Я махнула рукой в качестве прощания. – Тиль, верните меня незаметно в покои.

До покоев снова добирались тайными коридорами, озаренными тусклыми светильниками. В них гулял злой сквозняк, и от холодной пыли свербело в носу.

– Если вас интересует мое мнение… – внезапно захотел отчитать меня смотритель за «девичник» с владыкой.

– Не хочу показаться грубой, но не интересует, – сухо перебила я.

– Однако позвольте сказать! – возмутился он.

– Рейнин дворцовый смотритель, – резанув официозом, обратилась я, – знаете, чего мне сейчас больше всего хочется? Порошки от головной боли, супчик от похмелья и забыть напрочь последние полчаса жизни. Я никогда себя не вела, как круглая… дебютантка.

– Но спросить-то можно? – обиженно пожевав губами, насупился Тиль.

– Спрашивайте, – смилостивилась я.

– Эликсир вместо супчика пойдет?

Готова официально заявить, что бренди с закуской из эротических романов – первозданное зло, особенно накануне венчания. И хваленый эликсир, отчаянно пахнущий сельдереем, не помогал! Пока Ренисса укладывала мне волосы короной, я прихлебывала из чашки отвратительное темно-коричневое пойло и мелочно надеялась, что Зорну, встречающему владыку южных драконов Эсхарда Нордвея, не легче. Иначе выйдет несправедливо.

По древней, как леса Авиона, традиции свадебный обряд проводили на закате, а в полдень мне следовало встречать гостей в комнате невесты и дожидаться, когда появится жених. Только усилиями умелой горничной к нужному времени я превратилась из болезной хтони в человека.

Из высокого напольного зеркала на меня смотрела почти незнакомая женщина в красном свадебном наряде. На заколотых рыжих волосах поблескивал тонкий золотой венец, подведенные серебристо-угольной пудрой глаза казались больше, глянцево блестящие губы – полнее. Следы похмелья исчезли, но намеки-то, что невеста по-прежнему не в себе, были… Я нещадно перемешивала рамейн и северный язык эсхирь.

– Добро пожаловать в Авион, Эмилия, – со вздохом пробормотала я, огладив бархатистый наряд, и кивнула горничной через зеркало: – Идем.

Воздух в комнате вздрогнул, хотя все окна были закрыты. Видимо, под действием магии Рениссы двустворчатые двери начали торжественно открываться. В коридоре внезапно оказались гости из Талуссии, дожидавшиеся моего появления. Я слышала, что многочисленная делегация появилась с утра, но не ожидала обнаружить королевских посланцев, по большей части приехавших с женами, под дверью. Последние изучали меня с явным изумлением, видимо мысленно сравнивая с добрачным портретом в галерее.

Дмитрий, одетый дорого и со вкусом, с идеальной укладкой на подстриженных по столичной моде волосах, возвышался над остальными на полголовы. На груди висел позолоченный овальный медальон с королевским гербом.

Я с трудом оторвала взгляд от доказательства, что бывший жених наконец достиг вожделенной цели и получил должность посла. Он никогда не хотел служить в драконьих землях, но, подозреваю, ни минуты не раздумывал, принимая назначение в Авион.

– Добрый день, – наконец прервала я затянувшуюся паузу.

– Госпожа Власова, – отстраненно-вежливым тоном начал Дмитрий и кашлянул в кулак, когда голос вдруг сорвался, – владыка Риард оказал нам честь и попросил сопроводить вас в комнату невесты.

Господи боже, какая потрясающая воображение драконья жестокость! Отправить нового посла Талуссии вести под венец бывшую невесту.

– По традиции девушку провожают близкие люди, но я в Авионе совершенно одна. Благодарю, что вы здесь, – сдержанно проговорила я, как и Дмитрий, сделав вид, что мы незнакомы, хотя, очевидно, все присутствующие были в курсе нашей расторгнутой помолвки.

Стоило выйти из покоев, как двери сами собой закрылись за моей спиной. Всей делегацией в скорбном молчании мы зашагали по коридору. Я возглавляла безмолвную процессию и ловила себя на ироничной мысли, что меня словно провожают на заклание злому дракону, а не выдают замуж за влиятельного хозяина огромных драконьих земель.

Дмитрий, не произнося ни слова, пристроился рядом. Сразу видно, что человек исключительно серьезно отнесся к миссии. Стоило нам преодолеть поворот к лестнице, ведущей в дворцовый холл, как атмосфера мгновенно поменялась. Стало многолюдно и шумно. Здесь выхода невесты дожидались слуги.

С пожеланиями теплого ветра и прочих благ народ бросал мне под ноги мелкие монетки, белый морской песок и разноцветные листья. Дмитрий случайно пнул прилетевшую ему под туфлю мелкую кедровую шишку. Та, как погремушка, отлетела на несколько шагов.

– Какое варварство… – едва слышно с обескураженным видом пробормотал он на родном языке.

– Плохо начинаете, господин посол, – с иронией прокомментировала я.

В холле под лестницей собралась толпа. Видимо, все, кто служил во дворце, хотели поглазеть на невесту-иноземку, три недели фактически не казавшую носа из покоев. От удивления я притормозила на верхней ступеньке и вдруг почувствовала, что Дмитрий слегка сжал мой локоть, по всей видимости предлагая помощь, чтобы спуститься.

– Что ты делаешь? – тихонечко уточнила я.

– Оказываю любезность твоему будущему мужу, – отозвался он.

– Тогда окажи владыке любезность и не трогай руками его будущую жену, – посоветовала я, освобождаясь почти незаметным жестом. – Он этого не любит.

До комнаты невесты добрались в неуютном молчании. Я еще раз поблагодарила посланников из Талуссии за сопровождение, холодно кивнула Дмитрию и вошла в маленькую комнату, убранную цветами и красным шелком. За моей спиной плавно закрыли двери, украшенные ажурной резьбой.

Некоторое время я сидела в удобном мягком кресле на самом краешке и пыталась через узорчатые прорези в дверях разглядеть, что происходит за пределами гостиной.

Время шло. Гости к невесте не торопились. Талусские посланники во главе с Дмитрием исполняли роль моей семьи и дежурили на входе. Я постепенно скатывалась к спинке кресла, в итоге угнездилась с комфортом и начала клевать носом. Пришлось встать и размяться: походить туда-сюда, сделать пару взмахов руками.

И когда от души потянулась, ажурные створки стремительно раскрылись. В дверном проеме стоял мощный рыжеволосый дракон с аккуратной, ухоженной бородой, а за ним – на мои потягушки в ужасе взирала сваха.

Я резко опустила руки и сцепила их в замок.

– Кейрим южного Хайдеса Эсхард Нордвей к невесте! – откуда-то из-за чужих спин громко и важно объявил Тиль.

– Разминаетесь? – с неожиданной иронией спросил драконий владыка приятным низким голосом.

– Теплого ветра вашим крыльям, кейрим Нордвей, – ответила я с самой милой улыбкой, какую сумела из себя извлечь, учитывая похмелье.

Следом за гостем в маленькой гостиной появились двое слуг. Один внес ларец с высокой крышкой, другой – плоскую шкатулку.

Южанин, не скупясь на слова, поздравил меня с замужеством и под конец предложил принять дары с такой властной интонацией, что невольно вспоминался Зорн с его умением в приказном порядке дарить на свадьбу бывших женихов.

Слуга бесшумно раскрыл шкатулку и продемонстрировал широкие гладкие браслеты из золота.

– Приму их с бесконечной благодарностью, – с едва заметным поклоном, как требовал местный этикет, произнесла я ритуальную фразу.

– А это особенный дар, – понизив голос, объявил Эсхард и жестом приказал приблизиться второму прислужнику. – В знак моего расположения к будущей супруге кейрима Авиона.

Я ожидала чего угодно: запыленную бутылку вина, хранимую со времен огненных войн, ароматическое масло в изогнутом сосуде, корень редкого растения илайры, похожий на человечка в юбке из мелких отростков. Его использовали для настоек и высоко ценили по обе стороны горной гряды, отделяющей драконьи земли от людских королевств. Но в глубоком ларце на бархатной подушке лежала… банка маринованных патиссонов! Сама обычная, с клетчатой красно-белой салфеткой, обернутой вокруг горлышка.

При виде засолок у меня мгновенно свело челюсть от желания немедленно закусить вчерашний бренди и запить отвратительную сухость во рту животворящим рассолом. Владыка Хайдеса будто знал, что накануне свадьбы мы с женихом грешили крепким алкоголем и провели «тихую» ночь на неудобном диванчике в библиотеке. Может, у Эсхарда Нордвея были во дворце шпионы? Слышала, что Зорн с ним не ладил.

– Маринованные овощи из Родолесса, – с нежностью глядя на банку, словно лично закатывал эти патиссоны, пояснил владыка южных драконов. – Приготовлены по уникальному рецепту руками моей будущей тещи.

– Идеально… – выдохнула я, не в силах оторвать взгляд от лекарства, способного в пару глотков избавить меня от нечеловеческого похмелья.

– Да вы знаете толк в маринованных патиссонах, – заметив, с какой жадностью невеста разглядывает неожиданный дар, с одобрением протянул он.

– Ваш подарок поистине бесценен, – выдохнула я. – Особенно сегодня!

– Не храните его долго, – с мягкой улыбкой посоветовал он. – Откройте по особенному случаю.

И сегодня как раз такой случай! Вряд ли еще когда-нибудь я буду в похмелье выходить замуж за владыку равнинных драконов. Да и в принципе за любого другого дракона. В общем, надо этот бесценный дар вскрывать, есть и приходить в себя!

– Непременно, – пообещала я и попыталась забрать тяжеленький ларец из рук слуги, однако он почему-то начал сопротивляться. – Кейрим Нордвей, давайте снимем пробу?

– Нечестно лишать вас дара, – принялся отнекиваться южанин, вдруг посмотрев с настораживающим подозрением. – Лучше разделить его с мужем.

– Тогда позвольте угостить вас чаем, – сдалась я и указала на второе кресло, стоящее рядом с сервированным для чаепития столиком.

Дары пристроили в указанное место. Слуги вышли и плотно закрыли резные дверцы. Из красного пузатого чайника я разлила пахнущий пряностями напиток по крошеным, всего на один глоток, плошечкам.

– Крепкого потомства Риардам и спокойствия землям Авиона. – Эсхард пригубил чай и вдруг бросил на меня неожиданно пронзительный взгляд из-под густых рыжих бровей. – Как Зорн убедил вас выйти замуж?

На мгновение я замерла с недонесенной до рта плошкой и выдвинула встречный вопрос:

– Вы знаете хотя бы одну женщину, которая откажется выйти замуж за кейрима драконов?

– Да. – Эсхард согласно кивнул. – И эта женщина никогда не переживала о своей репутации. Вы неуловимо ее напоминаете.

С ума сойти! Выходит, нас таких двое. Похоже, он обломал копья в осаде женщины, которая пожелала его крыльям теплого ветра и отправилась в противоположную сторону.

– И вы ждете, что я отвечу на неловкий вопрос, кейрим Нордвей? – стараясь не изменять ироничному тону, протянула я.

– Драконы любопытны по своей природе, – усмехнулся он. – Я не исключение.

– В таком случае открою тайну: Зорн Риард умеет быть убедительным, – с едва заметной улыбкой вымолвила я. – Вес его аргументов всегда впечатляет.

– Искренне желаю счастья, – через короткую паузу вымолвил он и поднялся с кресла.

Для мужчины столь могучего телосложения Эсхард Нордвей двигался удивительно грациозно. Я молча встала следом, чтобы проводить гостя, но все же не удержалась и заговорила:

– Позвольте и мне задать неловкий вопрос. Вы похитили эту женщину с людной площади?

– Нет, – с обаятельной улыбкой ответил Эсхард, и в темных глазах заискрился смех.

– А хотели бы?

– Безусловно, – от души согласился он и, кивнув мне, вышел из комнаты.

Пока не появились новые гости, я позвала Рениссу, дожидавшуюся распоряжений в смежной комнатенке, и попросила открыть подаренную банку с засолками. Горничная схватилась за сердце, словно хозяйка заставляла ее осквернить святыню.

– Но ведь это дар!

– Ты налей рассол в чайничек и убери банку обратно, – распорядилась я. – Никто не заметит. Иначе я до вечера не дотяну.

Никто и впрямь не заметил, что я с удовольствием прихлебываю остренький рассол. Заглянула Эмрис, необычайно красивая в праздничном наряде, приходили абсолютно незнакомые гости. К середине дня я окончательно передумала помирать и мысленно благодарила Эсхарда Нордвея за своевременный подарок.

На бывшем наставнике Зорна, уважаемом ректоре академии огненной магии, я прокололась: перепутала чайники и вместо чая налила рассол. В задумчивом молчании мы разглядывали беспечно плавающую на мутной поверхности черную горошину душистого перца.

– Особый напиток для самых дорогих гостей, – нашлась я. – Специально для вас.

Он залпом, как лекарство, проглотил угощение, вытащил изо рта перчик и крякнул:

– Крепенький!

– Домашний, – подсказала я.

– Плесни еще, – попросил старик и, махнув вторую порцию, сощурил выцветшие глаза с по-звериному вытянутым зрачком. Похоже, в почтенном возрасте драконы не скрывали вторую ипостась.

Разошлись мы почти друзьями, довольные друг другом. В маленькой гостиной я осталась одна, из просветлевшей головы не выходили слова, сказанные ректором. Закусив «чай для особых гостей» орешками, он пустился в воспоминания, что мой будущий муж стал кейримом в девятнадцать лет. Не позволил никому собой управлять и сохранил мир на землях Авиона. И пусть характер у Зорна Риарда сложный, но о лучшем владыке равнинные драконы не мечтали.

Звук открывшихся дверей вывел меня из задумчивости. В комнату ступил Дмитрий и замер на пороге. Хотелось бы мне сказать, что я ровным счетом ничего не испытывала, глядя на холеного, красивого мужчину, но в груди вновь запекло. Шесть лет одним шагом не переступишь.

– Эмилия, я могу зайти? – Нервозность в бывшем женихе выдавала только глубокая складка, залегшая между бровей.

– Нет, – отказала я. – Ты здесь не к месту.

– Невеста всех угощает свадебным чаем.

– Чай для тех, кто меня поздравляет. – Скрестив руки на груди, я отодвинулась от стола.

– Поздравляю, – бросил он.

– Спасибо, – издевательски фыркнула я.

Дмитрий упрямо пересек комнату и, расстегнув пуговицы на пиджаке, сел в кресло. Я молча нацедила остатки чая ему в плошку и махнула рукой, предлагая угощаться. Если подумать, во дворце он оказался единственным человеком, с которым когда-то мы были близки.

Бывший жених поднял чашечку и покрутил в руках.

– Я должен пожелать тебе счастья? – тихо спросил он, разглядывая чаинки.

– Не хочется? – усмехнулась я.

– С драконом? – резковато спросил Дмитрий. – Почему, Эмилия? Почему ты приняла предложение Зорна Риарда?

– Ради справедливости, Дмитрий, меня похитили в лучших традициях варваров. Выбор в этой ситуации, прямо сказать, был небогатый.

– И ты могла попросить откуп, – напомнил он.

– Да, – согласилась я, – но не стала.

– Из-за меня? – Его голос стал тише. – Замужество учительницы иноземных языков с владыкой Авиона прогремело на всю Талуссию.

– Моя жизнь перестала вращаться вокруг тебя, Дмитрий, в тот день, когда ты разорвал помолвку, – стараясь говорить спокойно, ответила я. – А в день отмененного венчания Зорн предложил мне замужество. Любопытное совпадение, правда?

– В итоге я повел тебя под венец к другому мужчине, – словно прочитав мои мысли, с откровенной обидой проговорил он. – И я хочу тебе пожелать счастья в семейной жизни с драконом…

– Ни в чем себе не отказывай, – кивнула я.

– Но не могу.

Дмитрий отставил плошку с чаем. Я вопросительно изогнула брови и со злой иронией спросила:

– Тогда зачем ты пришел, чужой мне человек?

– Я сожалею о дне, когда оставил тебя, – проговорил он и растер лицо ладонями. – Ни о чем никогда так не сожалел. Послушай, Эмилия, если бы я сейчас попросил передумать и остановить эту свадьбу…

– За десять минут до брачного ритуала? – перебила я. – Ты увидел меня в наряде невесты и сердце дрогнуло, господин посол? Кстати, поздравляю. Ты был прав: посольский медальон тебе идет.

Он растерянно пощупал позолоченное украшение, словно совершенно о нем забыл. Комната наполнилась тягостным молчанием. Из-за резных дверей доносились голоса и чей-то смех.

– Пытаешься понять, почему я согласилась на брак с драконом, Дмитрий? – тихо спросила я. – Наша печальная помолвка ни при чем. О нас – я не сожалею. Зорн мне понравился с первого взгляда.

– Он далеко не прост, Эмилия…

– Как мужчина, – спокойно перебила я, и Дмитрий поменялся в лице, на скулах вспыхнули алые пятна. – Вы с ним абсолютно разные.

И здесь я не солгала. В девятнадцать лет Зорн Риард стал владыкой огромных земель, а Дмитрий Горов – окончил второй курс академии, уехал в Авион на практику и заблудился в лесах. Он сам мне рассказывал.

– Все еще принимаешь гостей? – раздался из дверей знакомый голос с хрипотцой.

Я резко повернулась, осознав, что мы с азартом выясняли отношения и не заметили появление жениха. Отвести взгляд от стоящего в открытом дверном проеме Зорна Риарда было невозможно. Высокий, поджарый дракон, одетый в алый свадебный костюм с золотым шитьем, с волосами, убранными в гладкий хвост, отчего-то производил ошеломительное впечатление. На фоне его абсолютно все вокруг казалось ничтожным.

– Принимаю подарки, мой кейрим, – ответила я с улыбкой и легко поднялась с кресла.

За спиной владыки собралась толпа гостей. Народ с любопытством прислушивался к разговору, и я искренне недоумевала, почему Тиль не объявил о приближении жениха. Возможно, было не принято.

– Могу я забрать невесту, рейнин посол? – исключительно ради традиций спросил владыка. Наверное, такой же вопрос он задал бы, окажись в этой комнате мой отец.

Возникла пауза. В лице Дмитрия появилось странное выражение, на горле дернулся кадык. Горов встал с кресла, убрал руки за спину и поднял подбородок, словно приготовил запальчивую речь. На долю секунды в голову пришла абсурдная мысль, что бывший жених действительно попытается остановить свадьбу. Я сделала крошечный шажок по направлению к Зорну…

– Теплого ветра вашим крыльям, кейрим Риард, – наконец проговорил Дмитрий и повернулся ко мне. – Счастья в замужестве, Эмилия. Уверен, профессор Власов искренне рад, глядя на ваш союз.

Владыка протянул руку и, призывая меня, кивнул с едва заметной улыбкой. Я приблизилась, вложила пальцы в его раскрытую ладонь и не ожидала, что он оставит на моих костяшках легкий, но пробирающий до дрожи поцелуй. Зрители одобрительно ахнули.

– Ты пойдешь со мной? – произнес он.

Я с трудом отвела взгляд от его губ.

– Веди, мой кейрим.

Рука в руке, шаг в шаг мы вышли из комнаты невесты. Дворец был залит ярким светом, толпа перед нами расступалась. И снова под ноги летели монетки, но вместо речного песка гости бросали мелкую крупу.

Мы поднялись в ритуальную башню. Сквозь окна круглого зала, пахнущего пряным благовонием, было видно бледное закатное небо с розовыми перистыми облаками. Возле ритуальной чаши с прозрачной водой нас терпеливо дожидался обрядник. И гости здесь собрались только самые важные.

Ашер с Эмрис стояли рядом, но от них словно исходило вселенское напряжение. Очевидно, Риард-младший чувствовал себя неуютно на свадьбе, случившейся исключительно из-за его неумения справиться с драконьими инстинктами. Рыжеволосый, бородатый кейрим южных земель Эсхард Нордвей с приближенными тоже ожидал начала церемонии. Советники Зорна были здесь же. Делегация из Талуссии вошла следом за нами.

Тишина наступила резко: все разом примолкли. Заговорил обрядник. После многословного благословения он обратился к Зорну и спросил, готов ли кейрим взять в жены иноземную женщину, принесенную в Авион младшим братом. Владыка, нисколько не покоробившись тем, что во время брачного ритуала вещи называли своими именами, дал согласие. Дальше пришла моя очередь подтверждать, что я желаю стать женой дракона.

Наступило время ставить пресловутые брачные метки, заменявшие в Авионе свадебные кольца. Как диктовали правила, я помогла Зорну поднять рукав на левой руке и обнажить крепкое предплечье с выступающими венами. Обрядник опустил тонкую кисточку в воду ритуальной чаши и нанес невидимые древние символы.

Владыка без слов закатал мне широкий рукав, и ледяная влажная кисточка защекотала горячую кожу. Невооруженным глазом древние письмена было не разглядеть, но я ощущала их, словно надела на руку украшение.

В тот момент, когда обрядник объявил нас с Зорном мужем и женой, я наконец осознала, что действительно вышла замуж за дракона. За деньги. На четыре месяца. И вдруг почувствовала себя растерянной.

Ритуал обычно заканчивался первым брачным полетом, но мы вместе с гостями спустились в зал приемов. В отличие от остальных ни один из нас не притронулся к вину. Оба запивали свадебные тосты морсом. Если кто и заметил, то, наверное, решил, что молодые пытаются сохранить ясный рассудок к первой брачной ночи. Не знаю, как Зорна, а меня после бренди передергивало от одного вида кувшинов в руках слуг.

– Теперь ты оценила мой дар? – на эсхире спросил он и кивнул на Дмитрия.

Новоявленный посол вид имел такой, словно его потчевали не драконьими разносолами, а сплошь родолесскими маринованными патиссонами и не давали запить водичкой.

– По-прежнему не прониклась, – отозвалась я, невольно припомнив разговор перед венчанием.

– Я почти решил, что он поступит как мужчина, и успел удивиться, – усмехнулся Зорн.

– И что ты сделал бы? – искренне заинтересовалась я.

– Вызвал бы его на поединок, – спокойно объявил он.

– На свадьбе?

– А потом мы с тобой поженились бы. – Мы встретились глазами. – Потанцуй со мной, драгоценная жена. Давай порадуем гостей.

– Никаких брачных танцев и свадебных полетов, – напомнила я. – Твои гости и так безмерно счастливы. Не все, конечно, но никто не мешает послу Горову набираться вином и портить здоровье.

– Золотой слиток за танец, – вдруг предложил он.

– Ты серьезно?

– Абсолютно, – невозмутимо кивнул он.

– Кто я такая, чтобы отказывать дражайшему супругу в танце? – хитро улыбнулась я.

Зорн подал знак, и заиграли музыканты. Пространство наполнилось незнакомой мелодией. Музыка, насыщенная и сильная, пробирающая до костей, заставила гостей примолкнуть.

Владыка вывел меня в центр зала, одной рукой приобнял за талию, мягко переплел пальцы. Он не пытался изображать танцевальные па, как делали столичные щеголи на балах в Талуссии, а уверенно и плавно, не отводя взгляда, кружил меня по паркету.

– Самое время, – склонившись, на ухо шепнул Зорн.

– Что? – не поняла я.

– Все ждут, когда мы уйдем.

И под звуки все той же насыщенной мелодии мы покинули зал.

В покоях кейрима я оказалась впервые и осмотрелась с исследовательским интересом. На круглом столе нам оставили закуски и фрукты, на широкой кровати разложили ночную сорочку, подаренную Эмрис. Второго спального места в комнате попросту не было.

– Ты будешь спать на полу? – поинтересовалась я, замерев возле плотно закрытых дверей.

– Сегодня ляжем вместе, – ответил Зорн, расстегивая длинный алый жилет.

– У нас уговор…

– Я помню, Эмилия, условия договора. – Он усмехнулся.

– Что мы будем делать с брачными письменами? – задала я тот самый насущный вопрос, который не давал мне покоя.

Не позволяя разорвать зрительный контакт, Зорн сделал ко мне шаг.

– Мы должны крайне убедительно лгать, чтобы обмануть магию.

– В каком смысле? – насторожилась я, краем сознания понимая, что как-то мы заворачиваем в неправильном направлении.

Внезапно его глаза потемнели, вокруг радужки появился тонкий оранжевый контур, как если бы в небе случилось солнечное затмение.

– Ты хорошая лгунья, Эмилия? – спросил он вкрадчивым голосом с хрипотцой.

– Не знаю…

– Вот и проверим.

Секундой позже Зорн обнял ладонью мой затылок, стремительно склонился и накрыл губы поцелуем.