– Как скажете, ректор Оллэйстар, – остановившись в середине, я не рискнула идти дальше.

Два лабораторных и один обычный стол, шкаф с книгами и два с артефактами – ничего интересного здесь не оказалось.

– Меня радует ваша покладистость, – хмыкнул он, и в антураже звука закрывающейся двери это прозвучало… слишком.

– Глупый риск не то занятие, которое меня привлекает. – И вроде ректор не сделал ничего, но в лаборатории стало заметно светлее.

– Поэтому у вас два выговора в досье? – Подойдя к письменному столу, Оллэйстар начал что-то там искать.

– Оба они получены из-за того, что раньше я была слишком… – замялась, подбирая подходящее слово, – импульсивной.

– И что изменилось? – Не услышав ответа, ректор поднял взгляд от бумаг.

– Я не понимаю, к чему эти вопросы, ректор Оллэйстар, – скрестив руки на груди, недовольно призналась я. – И как они относятся к моей вам помощи.

– Лиерра Грасс, – он смотрел на меня, насмешливо заломив бровь, – не знаю, как вы, а я предпочитаю работать с человеком, с которым можно переброситься хотя бы парой фраз. И в данном случае это актуальная проблема, поскольку вы – студентка моей академии, а я привык к дисциплине.

Резонно, конечно, но нам так уж обязательно общаться?

– Я научилась держать себя в руках, – просто ответила я, наблюдая, как ректор открыл один из стеллажей и достал оттуда шкатулку из светлого дерева. – Это тот самый артефакт?

– Да.

Подавшись вперед, я смотрела, как Оллэйстар ставит ее на лабораторный стол, но не голыми руками, как мне показалось, – шкатулка висела между его ладонями, не касаясь их. И конечно, я не сдержалась, полуприкрыла глаза, в следующее мгновение зашипев и едва не ослепнув от зелени защитных заклинаний.

– Лиерра Грасс! – прорычал Оллэйстар над моим ухом, в то время как его рука занималась чрезвычайно важным делом – закрывала мне глаза. – Объясните, как ваше поведение сочетается с вашим же недавним заявлением о риске?

– Извините, поторопилась, – призналась виновато. – Обещаю, что больше и шага не сделаю без вашего приказа.

Демонстрируя покорность, я села на стоящий рядом стул и сложила руки на коленях. Выдалась редкая возможность посмотреть за работой выдающегося мага, вот только вопрос, в какой именно области…

Практически вся западная граница империи состояла из сплошного горного массива, коварного и беспощадного как к человеку, так и к магу. Единственным безопасным местом там можно было назвать Академию неконтролируемой магии, расположенную между Эфеем и Илэйдом – горами-близнецами. Если вообще можно говорить о безопасности, учитывая, что там обучали стихийников – тех, кого дружно ненавидел весь остальной мир. И именно из-за них мы не сразу поняли, какую угрозу упустили. Землетрясения, оползни, лавины. Неопознанные хищники и следы кровавых пиров.

Все это списывали на нестабильный, из-за академии стихийников, магический фон и лесное зверье. Вот только мертвую маленькую деревушку списать оказалось не на кого. Об этом упоминали в газетах, заметно преуменьшив масштаб проблемы, но слухи – самое страшное оружие. И император отправил к западной границе боевых магов.

Вот только когда они пропали, стало поздно.

Словно по команде с гор поползла такая нечисть, что жители ближайших к Асиланским горам деревень и поселений без приказов и просьб бросали скот, жилища и налаженную жизнь, перебираясь ближе к большим городам. А на подходах к Равей – горе, с которой ползла основная масса тварей, развернули настоящий военный лагерь, с ходу ставший желанной целью нечисти.

«Вестник Оришана» как-то публиковал их портрет, уже после того, как мы победили фаркасов. Тупая лысая морда с плоским носом и широкой пастью, жесткая темная шерсть, спускающаяся от шеи и ниже, огромное волчье туловище с вывернутыми суставами на задних лапах. По рассказам Грейс, после этого выпуска успокаивающие и снотворные зелья в лавках раскупили в одно мгновение – ей самой приходилось ездить за ними в Унаш, Присли никогда не отличался храбростью.

Но все закончилось так же незаметно, как и началось. В один промозглый осенний вечер императорским дворцом было объявлено об окончании войны с фаркасами. Днем позже Лориан III лично выступил на главной площади Унаша, восхваляя доблестных боевиков и с почестями вспоминая погибших. Это было двенадцать лет назад, в тот год, когда моя личная детская, в светлых оттенках жизнь разбилась о несправедливую реальность.

Ориан Оллэйстар пришел с той войны героем, а в начале следующей осени уже он говорил с трибуны в главном академическом зале, за эти годы не только подтвердив заслуженность полученных наград, но и завоевав уважение всех обителей академии.

Так что ректор просто обязан быть боевым магом, но это ни разу не мешало ему вот прямо сейчас демонстрировать неплохие знания артефакторики.

– Можете начинать, лиерра Грасс, – сообщил он меньше чем через четверть часа, отходя в сторону.

– Что начинать? – Хорошо бы получить подробные инструкции, а не как тогда со шкафом.

– Мне нужны заклинания. Все, что вам удастся увидеть.

Непростая задача. Примерно как сдать магическое право с первого раза, но когда это меня останавливало…

Вздохнув, я встала со своего места и перевела вопросительный взгляд на ректора.

– Я могу подойти к артефакту?

– Прошу, – он демонстративно взмахнул рукой и отошел на шаг от стола. – Только не трогайте шкатулку, она наверняка опасна.

И если он еще мог в этом сомневаться, то я видела точно – такую гадость еще поискать.

– Мне хочется до нее дотронуться, очень, – произнесла я со вздохом спустя несколько секунд и обернулась на Оллэйстара. – Но это не мое желание.

– Попробуйте отойти, – посоветовал Оллэйстар, и, сделав полшага назад, я почувствовала, как навязчивое желание ослабевает, а спустя еще полшага исчезает совсем.

– Кто-то приготовил очень неприятный сюрприз для самых неосторожных, – я снова сделала небольшой шаг вперед, контролируя влияние артефакта до терпимого уровня.

– Таких, как вы?

И я бы оценила насмешку, но сейчас имелось занятие поинтереснее.

Что я видела? Не так много, как хотела. Та ослепляющая зелень явно принадлежала ректору, но под ней оказалось так мало, что мысли о ловушке пришли сами собой. Стоило только увидеть едва различимый фиолетовый внушающий фон.

Еще на полшага ближе, и привлекательность артефакта увеличилась в разы, но я держалась. Что там каким-то заклинаниям против желания закончить с помощью ректору как можно быстрее! И что-то цепляло тренированный взгляд, как сегодня на лекции со схемой, но что именно…

Еще полшага, гораздо более уверенные, сделанные с нетерпеливым желанием поскорее приблизиться и взять уже в руки эту прелесть!

Невероятно красивую, вырезанную из цельного куска дерева мастером своего дела.

– Лиерра Грасс. – Пока еще предупреждение, но я чувствовала, что приблизиться еще мне не дадут.

– Что-то не так, – я тряхнула головой, пытаясь сбросить наваждение. – Что-то мешает.

– Что?

Ректор Оллэйстар стоял за мной, на границе действия неизвестного внушающего заклинания. Страховал? Или не желал попадать в ту же ловушку? Не важно, потому что мне пришлось сцепить пальцы, мешая ладоням дотронуться до коварного артефакта.

– Есть какая-то нелогичность в… крышке, – стоило озвучить предположение, и я поняла, что так и есть.

И гораздо внимательнее всмотрелась в узор. Закрученный кант ни при чем, вырезанные по углам ветви акрогуса тоже. А вот цветы аерии… Четыре крупных бутона, расположенные ближе к центру, выглядели одинаково и симметрично, но…

– Верхний правый цветок, – ректор так и не сдвинулся с места, но видел, кажется, больше меня, – в сердцевину вставлен гагат.

– Как вы?..

Вопрос захлебнулся, когда Оллэйстар буднично обошел меня и встал у стола. И я не понимала, о каком камне он говорил, пока ректорскими усилиями тот сам не поднялся над крышкой, оставив после себя отверстие величиной с головку булавки.

Камень, цветом не отличающийся от цвета дерева! Как Оллэйстар вообще его увидел?!

– Так лучше?

Лучше?! Зрение взорвалось болью, стоило вернуть взгляд на шкатулку.

Кто смог такое сделать?! У кого хватило ума, силы и, главное, терпения, переплести зеленые и синие линии заклинаний в одно полотно? Под которым гарантированно ждало еще много сюрпризов.

Но, по крайней мере, приближение к шкатулке больше не угрожало неизвестными и от этого еще более опасными неприятностями.

– Ректор Оллэйстар, здесь… – я встретилась с ним взглядом, – столько заклинаний… Тот, кто это сделал, должен быть талантливейшим артефактором! И сильным магом.

– Он им и был.

Движением руки ректор поднял шкатулку над столом, но и снизу не оказалось ни одного просвета. Защитный кокон опутывал ее сине-зеленым клубком, который идеально подстраивался под происходящее – проминался, сужался и расширялся. Если было нужно.

И, если верить теории, то даже самое заковыристое заклинание можно распустить, как вязание Грейс, потянув лишь за одну нить, но здесь зацепиться оказалось не за что.

– Абсолютно непроницаема, – со вздохом ответила я на вопросительный взгляд ректора. Очень задумчивого ректора. – Может быть, есть книги… – В том самом книжном шкафу в его кабинете, содержимое которого с первого мгновения захотелось изучить. – Которые помогли бы мне… и вам? Может, мне просто не хватает опыта и знаний?

– Лиерра Грасс, – под его ироничным взглядом я отвела глаза, якобы снова заинтересовавшись шкатулкой, – если такие книги и существуют, то ни в библиотеке академии, ни в моем личном собрании их нет. – Замолчав на мгновение, ректор всмотрелся в меня уже гораздо внимательнее. – Вы ведь не осознаете уникальность своего дара?

Даже если и осознаю, в этом все равно не много смысла. Способность видеть заклинания мне помогала – в выполнении заказов, в вылазках в библиотеку, чтобы обмануть Присли… но что дальше? Где, в той же канцелярии, я смогу пользоваться этим так, чтобы не привлечь к себе лишнее внимание?

– Вы знаете, что такое кварц Габиуса? – Ректор присел на стол, загораживая мне вид на шкатулку.

– Не знаю, ректор Оллэйстар.

Артефакторика никогда меня не интересовала. В солнечном сплетении неприятно заскреблось, и я сделала шаг назад, увеличивая расстояние между собой и Оллэйстаром.

– Кварц Габиуса добывают только в одной горе, расположенной на северо-западе Миерии. Уникальное сочетание породы, течений подземных рек и аномального магического фона наделяет минерал особыми свойствами, благодаря которым он служит аналогом вашей способности – в зависимости от окраса показывает, какие заклинания наложены на предмет. – Ректор оперся ладонями о стол, кажется, не собираясь продолжать.

– Значит, вы можете воспользоваться кварцем Габиуса?

– На сегодняшний день единственный в империи кварц находится в императорском хранилище, в личном распоряжении Лориана III.

Обидно. Особенно учитывая, что у императора в наличии целый штат талантливейших магов. И значит, слухи врут – дружба между ректором Оллэйстаром и Лорианом III преувеличена газетными фантазерами, иначе вопроса с недоступностью кварца Габиуса даже не возникло бы.

– Я посмотрю еще раз, – не став скрывать тяжелый вздох.

Ректор оттолкнулся, отходя, и сделал приглашающий жест рукой. Защитные заклинания светились даже не трех – четырехузловыми схемами с таким количеством плетений, что рябило в глазах. Надо не забыть спросить у ректора имя безумного гения, воплотившего эту защиту в жизнь.

– Безумно сложные схемы. – Крутить шкатулку над столом, как это делал Оллэйстар, я не умела, поэтому ограничилась рассматриванием ее со всех сторон. – Они не цепляются друг за друга, а перетекают без потери свойств.

– Сколько их?

– Не знаю, – я медленно покачала головой, не отрывая взгляда от артефакта. – Много, не меньше двадцати. Сложно сказать точно, заклинания настолько плотно расположены, что я не то что нижний слой – саму шкатулку практически не различаю!

– А так?

Резко участившееся сердцебиение наглядно показало, что он имел в виду. Оллэйстар подошел сзади, остановившись так близко, что я чувствовала его всей спиной. Нет, нет и нет, только не надо ко мне так подходить! Резко, страшно, загоняя в ловушку…

Ладони похолодели, и я попыталась отстраниться, но оказалось просто некуда. Судорожный вздох, и в бесполезной попытке отвлечься я перевела внимание на шкатулку.

– Шаргх!

И отлетела прямо в руки ректора, ударившись затылком о его плечо.

Я видела! Видела все… ну почти все, и… Невероятно. Просто невероятно.

Неизвестный гений уложил заклинания тремя слоями, заметно усложняя каждый нижний. И охранки оказались заданием для первокурсника, в отличие от второго слоя, в котором атакующие настолько тесно переплетались с заклинаниями иллюзии, что передо мной предстало сплошное оранжевое полотно, связанное из красной и желтой пряжи.

И все это переливалось – более яркой сине-зеленой рябью верхнего слоя и… черной самого глубинного. Больше того, искрила не только шкатулка – переливались разными цветами абсолютно все предметы, находящиеся в лаборатории!

Чтоб меня фаркасы сожрали! До этого самого момента я даже не предполагала, что могу видеть столько… и так!

– Лиерра Грасс, с вами все в порядке?

Интересно, если я попрошу, чтобы ректор помолчал хотя бы четверть часа, это будет слишком? Потому что зарисовать хотелось все, от желто-фиолетовой схемы на письменном столе до всех трех слоев на шкатулке!

– Да, я… просто… – Мысль никак не формулировалась, потому что я склонилась над артефактом, практически ткнувшись в него носом.

Трогать руками не собиралась, но, может, так мне удастся разглядеть нижние, смертельные, заклинания во всех подробностях? И записать, как назло, не на чем! Как чувствовала – собиралась захватить бумагу и карандаш, но поторопилась и забыла.

И сейчас жалела так, как никогда до этого!

Потому что тот артефактор создал настоящее произведение искусства! Вот так, навскидку, мне не удавалось понять даже то, сколько основных узлов в ртутно-черных схемах, но в том, что больше трех, я могла ручаться. Линии сходились под самыми невероятными углами, подобных которым я не видела не то что в жизни – даже в древнейшем, бесценно важном, случайно найденном у Присли учебнике «Теория для заклинателя».

– Мне не трудно каждый раз нарушать ваши личные границы, особенно если это приводит вас в такой восторг, но подозреваю, что вы быстро к этому привыкнете.

– Что?.. – Я скользнула по ректору бессмысленным взглядом, надеясь отыскать в пределах досягаемости хотя бы маленький клочок бумаги.

– Вы привыкнете к моему присутствию, – его голос дразнил насмешкой, – а пугать вас по-настоящему мне бы не хотелось.

– Спасибо, я… – глаза наконец встретились с глазами, и я вздохнула. – Пожалуйста, дайте мне минуту, и, обещаю, я расскажу вам все!

– А я вас недооценил, лиерра Грасс, – многозначительно хмыкнул Оллэйстар, но мне стало уже все равно.

Ни одного листка не оказалось, а нагло потрошить единственный в помещении стол точно не пристало законопослушной студентке. Поэтому я вернула все внимание шкатулке, пытаясь запомнить хотя бы связующие линии между узлами, чтобы в тишине и покое собственной комнаты их перерисовать.

Вот только в этот раз артефакт решил отомстить мне за излишнее любопытство.