У Григория была ценная черта – бесстрашие мысли. Он читал, познавая самые разные политические позиции. Он изучал историю всех европейских стран, много думал, отчего возникают то одни партии, то другие, то одни группировки, то другие. Где выход? Да и сам он уже имел дело и с масонами, и с чудесниками. Он отринул от себя масонов, однако вера в Бога, которой учили отец и мать и священник из Верхотурья, была главным во всех его мысленных метаниях.

Пройдет не более двух-трех недель, как скончается слуга Степан и Поль напишет о нем заметку в газету, и это окончательно убедит Григория в том, что Павел идет по неправильному пути. Только встретиться в ближайшее время им уже не пришлось. Русский посол Симолин получил указание от императрицы, чтобы все русские аристократы немедля вернулись в Россию.

Что касается отношений с русским послом во Франции, то Павел старался держаться он него подальше. А Григорий, как человек законопослушный, отчитываться перед Симолиным считал себя обязанным. Ему было поручено наблюдать за тем, что происходит на Пиренеях, то есть в Испании и Португалии.

– Оревуар, Попо. Завтрашним днем я должен посетить мадам Виже-Лебрен, она возжелала написать мой портрет. А скоро, даст бог, поеду в Россию, должен дать отчет в Коллегию иностранных дел. Коли бунт и революция на Пиренеях, надо знать, и отношения с Англией поддерживать.

У художницы Виже-Лебрен сидели дамы, которые любовались Григорием. А он рассказывал им о России. О Сибири, Урале, о морозах и бескрайних лесах. Вот где настоящая жизнь и не до революций.