Вечером он сидел в холле отеля, ожидая Джоан. Раньше этот отель назывался «Шератоном». Чтобы гарантировать отсутствие слежки, Дронго достаточно долго кружил по городу, убеждаясь, что за ним никто не следит. Приехал в восьмом часу вечера и снял номер, ожидая Джоан Кросман. Но она опаздывала. Он смотрел на часы и терпеливо ждал, понимая, что она может вообще не появиться. Джоан приехала в половине девятого. Она стремительно вошла в здание и, взглянув на него, сразу пошла к лифту. Он поднялся и пошел следом. Уже в кабине лифта он нажал на кнопку четвертого этажа. Они вместе вышли и прошли по коридору. Вошли в номер. Он закрыл дверь.

— У меня включен скрэмблер, — сообщил Дронго.

— У меня тоже, — шепотом ответила она.

Оба рассмеялись. Она сняла пальто, он снял куртку.

— Пытались оторваться. — Он не спрашивал.

Он констатировал.

— Да. И от ваших, и от наших.

— Я так и подумал. Все кончено. Я нашел убийцу.

— Кто?

— Ильгиз Мусагитов. Бывший сотрудник Первого главного управления КГБ СССР. Старший лейтенант.

— Все-таки Ашфорда убили по приказу из Москвы?

— Нет. Садитесь. Я вам все расскажу.

В течение следующих десяти минут он рассказывал ей о трагической истории семьи Ильгиза Мусагитова и его супруги. Она слушала, не перебивая.

— Вот так, — подвел итог Дронго. — Но он тяжело болен и наверняка долго не проживет. Последняя стадия онкологии.

— Вы говорите так, словно его жалеете.

— Да. Они стали жертвами того дикого противостояния спецслужб, которое продолжается до сих пор.

— И вы его оправдываете?

— Я его понимаю. Другие ценности, другие моральные установки.

— Не думала, что в наше время еще мыслят так патриархально.

— Ашфорд поступил подло. Он не имел права устраивать такое испытание молодой женщине. В отношениях мужчины и женщины допускаются любые уловки, но нет места подлости.

— Я общаюсь с вами столько времени, и вы все время оправдывали его не очень здоровый интерес к женскому полу, — напомнила она.

— Верно. Я и сейчас готов его оправдывать. Но есть некие пределы дозволенного, которые мужчина не имеет права переходить. Пользоваться ситуацией, чтобы овладеть женщиной, по моему мнению, просто мерзко.

— Вы странный человек, — задумчиво произнесла Джоан. — С подобными взглядами вам нужно было жить даже не в двадцатом, а в девятнадцатом веке. Хеккет не поверит в вашу историю. Он ее просто не поймет.

— Поймет. Он слишком опытный агент. Поверьте, что он поймет.

— И всем придется поверить, что страдающий муж убил своего обидчика через тридцать с лишним лет? Не слишком примитивно? С учетом того, что он неизлечимо болен? Вам не кажется, что Максимов просто подставил вам этого человека?

— Все сошлось. Мусагитов летал по паспорту своего двоюродного брата. Чтобы найти его фамилию, я рискнул отправиться в Службу внешней разведки, где меня едва не арестовали. В лучшем случае. Нет. Это не подстава. Проверьте по своим каналам, и вы убедитесь, что все это правда. Семьи Ашфорда и Мусагитова познакомились в Германии. Все совпало.

— Трудно поверить.

— Вам сложно понять. Они только поженились. Он любил свою жену. Это была их первая совместная командировка. Никто не предполагал, что они попадут в подобные разборки. Он сам уговаривал супругу пойти на свидание с Ашфордом. Не предполагая, что тот поступит так подло. Я понимаю даже Ашфорда, он хотел ее сломать. Но в результате сломал жизнь обоим. Она убила себя, не в силах вынести этот позор. Возможно, для американки в этом не было ничего особенного, но для девушки из традиционной мусульманской семьи это был даже не шок. Это был смертельный удар. И она его не вынесла. Мусагитов сорвался и ударил своего руководителя. В результате его разжаловали и выгнали из органов. Он так и не женился. За все эти годы. И сейчас он при смерти. Думаю, что ни вы, ни Ашфорд не можете до конца понять степень их семейной трагедии.

Она покачала головой:

— Вы полагаете, что я настолько бесчувственная?

— Это разные моральные установки. Простите, Джоан, вам сложно это понять и принять.

— Очевидно, вы правы, — кивнула она.

— Не обижайтесь, Джоан, просто поймите ситуацию. Я был счастлив с вами познакомиться. Все эти дни я только наслаждался общением с такой умной и красивой женщиной, как вы.

— До свидания. — Она поднялась, надевая свое пальто. — Мне тоже было интересно с вами общаться. Вы очень своеобразный человек.

— Как и вы, — кивнул он на прощание, поднимаясь следом за ней, — я был рад с вами познакомиться. Жаль, что наши встречи не переросли в нечто большое. Позвольте выразить вам еще раз свое восхищение.

Она остановилась, взглянула на него:

— Чем вы отличаетесь от Ашфорда? Такой же неугомонный сердцеед? «Ходок» — как говорят русские?

— Я никогда в жизни не позволял себе обманывать женщин таким образом, — возразил Дронго. — Скажу больше. В этом мире нет ни одной женщины, которая была бы обижена на меня. За всю свою жизнь я не обидел никого. Ни одной женщины. И я этим горжусь.

Джоан взглянула на него. Усмехнулась.

— Наше расследование, очевидно, закончено, — сказала она. — Кстати, я уточнила про Лилю Брик. Она действительно была поразительной женщиной. И сестрой Эльза Триоле.

— Да, — кивнул он.

Неожиданно Джоан сбросила пальто прямо на пол.

— В конце концов вы меня убедили. Может, и она была права. Вы действительно полагаете, что у нас такие разные моральные установки? Придется задержаться еще на полчаса, — она подошла к нему, — потом нас начнут искать.

— Это очень мало, — пробормотал он, глядя ей в глаза.

— Не увлекайтесь, — весело произнесла она. — Вы слишком самоуверены, господин эксперт.

— Да, — кивнул он, — это мой самый большой недостаток.

Поцелуй был долгим.