Кроме того, это же событие стало роковым. На следующий день произошло еще большее несчастье. Десятки партизан-жагунсу, давно окопавшихся на Старой фазенде, смеялись над пушками полковника Олимпиу, что стояли на уступе Фавелы. Находясь в двух шагах от артиллерии и от усиливавших ее вспомогательных частей, они более двух месяцев кряду прорывали кольцо осады, несмотря на грохочущие над ними выстрелы. Они занимали выгодное положение на господствующей высоте над основной частью армии на окраине Канудуса и поэтому простреливали это пространство из конца в конец, увеличивая – вместе со стрелками из башен – число ежедневных потерь, поражая самые тщательно подобранные укрытия. Но 7 сентября в 10 часов вечера эти жагунсу из траншей вокруг Старой фазенды внезапно оказались вытесненными со своих позиций. Воодушевленный вчерашними успехами полковник Олимпиу, подчиняясь полученному от командования первой колонной приказу, устремился туда с отрядом, составленным из солдат 27-го батальона во главе с капитаном Титу Эскобаром, взводом 4-й батареи 2-го полка, взводом 5-го полка и одним артиллерийским орудием. Спереди и сзади отряд сопровождали выпускники военных училищ. Оставшуюся часть своего скромного войска полковник Олимпиу назначил стрелками и разместил их по флангам. Отряд осторожно спустился по первым откосам. А затем покатился вниз по склону грохочущей лавиной. Застигнутые врасплох тремя сотнями штыков, несущихся на них с боков, и осыпаемые свинцом из пулемета с близкого расстояния, жагунсу не могли сопротивляться и вскоре были изгнаны из каменных траншей, окружавших убогое жилище Старой фазенды.

Бой длился пять минут.

Авангард продолжал погоню за разогнанными противниками до холма Пеладус; оттуда жагунсу прыгнули в реку, перешли ее и оказались в Канудусе.

Отряд потерял всего двух рядовых.

После того как позиция – широкий уступ на гребне холма между Ваза-Баррисом и уже занятым ранее Алту-ду-Мариу – была завоевана, полковник разбил свою палатку на том же месте, где шестью месяцами ранее скончался командующий третьей экспедицией. Весь остаток ночи был потрачен на сооружение из камней, собранных из вражеских траншей, мощного редута высотою примерно в один метр и идущего по периметру всего уступа. А на другой день «траншея Седьмого сентября» уже возвышалась над поселением. Периметр осадного кольца расширился приблизительно на 500 метров влево, к югу, полностью закрывая два восточных сектора.

Вечером того же самого дня он расширится еще больше, заворачивая от занятой позиции к западу вплоть до дороги на Камбайю, неподалеку от того места, где в Ваза-Баррис впадает Мукуин, – и закрыта будет вся западная сторона.