Но, за исключением этого инцидента, бой был проигран: с обтюратором пушки что-то случилось, и она замолкла навечно. На линии огня погибло восемь солдат, и началась непрерывная, неимоверная, несравненная стрельба, продолжавшаяся всю ночь до самого рассвета. Днем, после небольшого перемирия, перестрелка возобновилась, и погибло еще четверо солдат; до этого шестеро из 26-го батальона под шумок сбежали, и число понесенных за день потерь выросло до десяти человек. 26 августа стрельба продолжилась, и пятеро солдат погибли; 27 августа погибло четверо; 28 августа – четверо; 29 августа – четверо солдат и один офицер; и так далее, в неизменном ритме, изнуряющем войско.

Потери, ежедневная численность которых была почти одинаковой, а также пустые места во всех батальонах, возникшие после предыдущих боев, уже в середине августа потребовали реорганизации редеющих войск. Сокращение количества бригад с семи до пяти и замещение должностей командиров всё более младшими по званию офицерами говорило об ослаблении экспедиции, несмотря на прибывшее подкрепление[311].

Из двадцати пехотных батальонов – за исключением 5-го артиллерийского полка и 5-го полицейского батальона штата Баия, батареи скорострельной артиллерии и кавалерийского эскадрона – пятнадцатью командовали капитаны, двумя бригадами командовали лейтенант-полковники, а ранг командиров роты не опускался до сержанта только потому, что алфересов было больше.

Однако вскоре ситуация изменится. Канудус окружит – в строгом численном измерении – тридцать батальонов, не считая боевых соединений других родов войск[312].

По дорогам шла спасительная дивизия.