Этому единственному решению противник не препятствовал. Через час атака приутихла, а потом наконец внезапно прекратилась совсем. Бригады стали лагерем, но заняли место в соответствии с боевым построением. Вторая бригада расположилась рядами спереди колонны, от центра к правому крылу; в арьергарде осталась первая бригада; артиллерия выстроилась рядом, на стоящем напротив холме, поддерживаемая справа батареей скорострельных орудий c 32-фунтовкой Уитворта в центре: всех их охранял 30-й батальон лейтенант-полковника Тупи Ка́лдаса. Ныне генерал, будучи полковником, он лично выставил свой батальон на эту опасную позицию:

«Вверяю артиллерию чести 30-го батальона со спокойной душой».

Остаток 5-го полка майора Барбе́ду встал слева, рядом с кавалерийским отрядом майора Карлуса Аленкара. У низменности, неподалеку от Алту-ду-Мариу – уязвимого места во всей диспозиции, которое из-за грядущих событий будет названо Долиной смерти, теснились батальоны полковника Флореса. В наименее обстреливаемом логе был развернут полевой госпиталь. Туда перенесли 55 раненых, которые вкупе с двадцатью погибшими, что остались лежать на холмах, потому что некому было их оттуда забрать, увеличивали число потерь чуть более чем за один час боя до 75 человек.

Вокруг лагеря были расставлены часовые; и войско – командиры и рядовые лежали вповалку на земле в самом уравнительном беспорядке – мирно отошло ко сну.

Необычное затишье со стороны врага создало у него иллюзию победы. Ее заранее праздновали музыканты третьей бригады, допоздна играя нескончаемые военные марши; на спящие батальоны пролился волшебный лунный свет…

Но покой был обманчив. Жители сертанов достигли цели своей хитрости. Они выманили экспедицию до этой точки, и теперь перед ними в тылу оставался совершенно беззащитный обоз с боеприпасами и продовольствием. На следующий день они нападут одновременно в двух местах – на Фавеле и в Анжику, и если войско, победив на холме, бросится на мятежное поселение, то достигнет его, оставшись без боеприпасов, то есть безоружным.