– Итак… Понедельник, седьмое августа, 18:30, – почти скороговоркой произнес Рой Грейс, открыв свои записи. Сегодня он явно был в приподнятом настроении. – Это наше второе совместное совещание по операциям «Хамелеон» и «Мистраль».

«Мистраль» – такое название выбрал наугад полицейский компьютер для расследования убийства Софи Харрингтон. Конференц-зал в Суссекс-хаусе был заполнен до отказа: вокруг стола, на поставленных впритык стульях, собрались полицейские и вспомогательный персонал. В помещении царило напряженное ожидание. Казалось, сама атмосфера наэлектризована. Как ни странно, кондиционеры на этот раз работали нормально.

Грейс быстро просмотрел сводки, а затем сказал:

– Я рад сообщить, что за сегодняшний день произошел ряд важных событий, которые помогли нам продвинуться в расследовании. – Он взглянул на молодого отца – долговязого констебля Николла. – Ну что, Ник, начнем с тебя?

Николл, без пиджака, с расстегнутой верхней пуговицей рубашки и ослабленным галстуком, стал формальным тоном зачитывать записи из своего блокнота:

– Я побеседовал с мисс Холли Ричардсон у нее на работе, в брайтонском пиар-агентстве «Риджент», по адресу Трафальгар-роуд, семьдесят один, сегодня в одиннадцать утра. Она заявила, что они с мисс Харрингтон вместе учились в колледже для секретарей и с тех пор оставались близкими подругами. Согласно показаниям свидетельницы, Софи призналась ей, что поддерживала тайные отношения с Брайаном Бишопом примерно в течение полугода. Подруга также рассказала, что в последнее время любовник, по словам Софи, порой вел себя по отношению к ней агрессивно, что ее пугало. Кроме того, он предъявлял ей ряд все более садистских и извращенных требований сексуального характера. – Ник вытер лоб и продолжил, перелистнув страницы блокнота: – Джон Смит, техник из отдела телекоммуникаций, который изучал мобильные телефоны мисс Харрингтон и Брайана Бишопа, сообщил мне, что на протяжении означенного периода, то есть последних шести месяцев, они регулярно перезванивались, общались практически ежедневно. В последний раз мисс Харрингтон позвонила мистеру Бишопу в пятницу днем, в 16:51, то есть за несколько часов до предполагаемого времени ее смерти.

Грейс поблагодарил Николла, а затем повернулся к внушительной фигуре Гая Бэтчелора.

Детектив-сержант сообщил сводной полицейской бригаде, что Брайан Бишоп обращался за наличными к инвесторам своей компании «Интернэшнл ростеринг солюшнз». И резюмировал:

– Хотя со стороны все выглядит так, будто его бизнес процветает и расширяется, на самом деле Бишоп, похоже, по уши увяз в долгах.

Присутствующие насторожились, понимая, насколько это важно. Но этим Бэтчелор не ограничился. Он взорвал главную «бомбу», поведав коллегам, что у Брайана Бишопа имеется целых две судимости.

Грейс наблюдал за лицами подчиненных. Все были довольны ходом расследования, в котором явно произошел прорыв.

Затем суперинтендант продемонстрировал на видеоэкране сокращенную версию беседы Нормана Поттинга и Альфонсо Дзаффероне с Барти Ченселлором.

После чего Поттинг доложил, что навел справки о конкретной модели противогаза, обнаруженного на обеих жертвах. Производитель был установлен, и теперь ждали информации о количестве выпущенных противогазов и полный список их поставщиков в Великобритании.

Далее наступила очередь старшего инспектора Дуигана, который рассказал о том, что в полицию обратилась соседка Софи Харрингтон, заявившая, что в день убийства видела возле дома подозрительного мужчину. Она уверенно опознала Бишопа по фотографии в «Аргусе» и охотно согласилась поучаствовать в официальной процедуре опознания.

Театрально приберегая наиболее интересное напоследок, Рой Грейс передал слово Белле Мой.

Детектив-сержант представила коллегам фото номерного знака «бентли» Брайана Бишопа, сообщив, что оно было сделано камерой АСРН на южной части шоссе М23, недалеко от аэропорта Гэтвик, в четверг вечером, в 23:47. Она отметила, что, несмотря на алиби Бишопа, согласно которому он находился в Лондоне, его машина была зафиксирована видеокамерой и направлялась в сторону Брайтона, находящегося не более чем в тридцати минутах езды, что вполне соответствует предполагаемому времени убийства его жены.

Честно говоря, Грейс несколько беспокоился на сей счет, поскольку фотография была сделана ночью. Номерной знак виден хорошо, однако определить марку автомобиля невозможно. Это было полезное вторичное доказательство, но отнюдь не решающее. Даже не самый компетентный адвокат без труда разделается с подобным аргументом. Но тем не менее, безусловно, стоило предъявить эту улику наряду с другими. Пусть присяжные задумаются.

Белла добавила, что домашний компьютер Бишопа изъят и с ним в настоящее время работает Рэй Пэкхем из отдела по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий. А затем сообщила потрясающую новость.

– Мы получили из лаборатории результаты анализа ДНК спермы, обнаруженной во влагалище миссис Бишоп, – официальным тоном зачитала она записи в своем блокноте. – В образцах, взятых патологоанатомом Министерства внутренних дел при вскрытии, присутствовали два разных типа сперматозоидов. По мнению патологоанатома, основанному на жизнеспособности сперматозоидов, присутствующих во влагалище миссис Бишоп, обе эякуляции произошли в ночь на четверг, третье августа, с разницей в несколько часов. Один тип пока не идентифицирован, но мы полагаем, что анализ ДНК подтвердит, что сперматозоиды принадлежат любовнику миссис Бишоп, который признался, что в четверг вечером у них был половой акт. Другой же на сто процентов совпадает с ДНК, взятой у Брайана Бишопа. – Белла сделала небольшую паузу, после чего заключила: – Это, конечно, означает, что вопреки утверждению о том, что он якобы всю ночь находился в Лондоне, Бишоп в этот период времени побывал в Брайтоне и занимался сексом со своей женой.

Грейс терпеливо ждал, пока присутствующие окончательно переварят эту информацию. В зале чувствовалось напряжение.

– Вы все проделали отличную работу, – проговорил суперинтендант. – Сегодня вечером мы арестуем Брайана Бишопа по подозрению в убийстве его жены. Однако я пока не уверен в том, что он лишил жизни также и Софи Харрингтон. Поэтому я не хочу прочитать в завтрашнем «Аргусе», что мы раскрыли оба убийства. Это ясно?

Тишина, воцарившаяся в помещении, служила красноречивым подтверждением того, что его подчиненные все правильно поняли.