Около четырех часов дня Холли Ричардсон стояла на кассе самого крутого в Брайтоне нового бутика, расплачиваясь за безумно дорогое и весьма откровенное черное платье, украшенное стразами, без которого, по ее твердому убеждению, на вечеринке делать было нечего. Она расплатилась кредитной картой «Верджин», которая несколько дней назад удачно приземлилась на коврике под ее дверью вместе с ПИН-кодом. Кредит по карте банка «Барклайс» был уже исчерпан, и, по расчетам девушки, при нынешнем уровне ее доходов (Холли работала администратором в фитнес-центре «Эспорта» в Фалмере) она сможет полностью погасить задолженность примерно к девяносто пятому своему дню рождения.

Так что выйти замуж за богатого человека было для Холли не просто одним из возможных вариантов, а насущной необходимостью.

И кто его знает, чем черт не шутит: может быть, именно сегодня вечером эффектный, серьезный и богатенький мистер, которому нравятся девушки с кудрявыми темными волосами и чуточку великоватым носом, возьмет да и заявится на ту самую вечеринку, на которую собрались они с Софи. Между прочим, ее устраивал не кто-нибудь, а один весьма успешный музыкальный продюсер. Да и место выбрали просто потрясающее: мавританский домик прямо на пляже, всего в паре домов от того, который Пол Маккартни купил своей бывшей возлюбленной Хизер.

О господи! Холли только сейчас вспомнила, что обещала позвонить Софи еще вчера, когда выходила из парикмахерской, но это совершенно вылетело у нее из головы.

Неся свою чрезвычайно дорогую покупку в шикарной фирменной сумке с веревочными ручками, Холли вышла на оживленную Ист-стрит, вытащила из сумочки крохотную «Нокиа» последней модели и набрала номер подруги. Звонок был переадресован на голосовую почту. Она оставила сообщение с извинениями и предложила где-нибудь встретиться в половине восьмого: выпить, а затем поехать на вечеринку на такси. Потом Холли позвонила на стационарный телефон в квартире Софи. Но вновь попала на автоответчик.

И оставила там второе сообщение.