Грейс обратил внимание, что Бишоп снял одежду для гольфа, которая была на нем раньше. Теперь он был в дорогом черном кардигане поверх белой рубашки, синих брюках и коричневых лоферах на босу ногу.

«Он больше похож на плейбоя, который собрался на вечеринку, чем на безутешного вдовца», – подумал Грейс.

Словно бы прочитав его мысли, Бишоп, усаживаясь в неудобное красное кресло в тесном помещении для допроса свидетелей, пояснил:

– Эту одежду выбрала и принесла мне ваша сотрудница из отдела по взаимодействию с семьями потерпевших Линда Бакли. Лично я предпочел бы в данных обстоятельствах иные предметы гардероба. Позвольте узнать, когда мне разрешат вернуться в свой дом?

– Постараемся сделать все возможное, чтобы это произошло как можно скорее, мистер Бишоп. Надеюсь, уже через пару дней, – ответил Грейс.

– Когда?! – в ярости вскинулся Бишоп. – Да это просто беспредел какой-то!

Грейс посмотрел на багровую ссадину на правой руке Брайана. В комнату вошел Брэнсон с тремя пластиковыми стаканами воды, поставил их на стол, закрыл за собой дверь да так и остался стоять посреди помещения.

– Ваш дом является местом преступления, мистер Бишоп, – мягко парировал Грейс. – Полиция вынуждена его охранять, никого не допуская туда. Следует сохранять это место максимально нетронутым. Пожалуйста, поймите, что это делается в наших общих интересах, чтобы поскорее поймать преступника.

– У вас уже есть подозреваемый? – осведомился Бишоп.

– Прежде чем я перейду к этому, позвольте уточнить: вы не возражаете против того, что наша беседа будет записываться на диктофон? Так получится значительно быстрее, чем протоколировать каждое слово.

Бишоп улыбнулся, холодно и саркастически.

– Означает ли это, что я подозреваемый?

– Ни в коем случае, – заверил его Грейс. – Ну так что, вы согласны?

Брайан молча кивнул.

Гленн Брэнсон включил аппаратуру и четко произнес, садясь за стол:

– Пятница, четвертое августа, время 22:20. Детектив-суперинтендант Грейс и детектив-сержант Брэнсон проводят допрос мистера Брайана Бишопа.

– А у вас… у вас уже есть подозреваемый? – снова спросил Бишоп.

– Пока нет, – ответил Грейс. – А у вас самого имеются какие-либо предположения относительно того, кто мог это сделать?

Бишоп хмыкнул, как будто вопрос показался ему забавным. Его глаза метнулись влево.

– Нет. У меня нет на сей счет никаких предположений.

Грейс внимательно наблюдал за его взглядом: слева был режим правды. Однако Бишоп ответил слишком уж быстро и слишком добродушно для скорбящего человека. Рой уже сталкивался раньше с подобным хладнокровием: заранее продуманные и отрепетированные ответы на вопросы, отсутствие эмоций. Бишоп демонстрировал классическое поведение человека, совершившего убийство. Что, однако, вовсе не означало, что он и впрямь лишил жизни супругу. Смех вполне мог быть и на нервной почве.

Суперинтендант вновь взглянул на кисть Бишопа: ссадина рядом с большим пальцем, похоже, была совсем свежая.

– А что у вас с рукой? – поинтересовался он.

Бишоп взглянул на свою руку, затем пренебрежительно пожал плечами.

– А, пустяки… поцарапался, прищемил руку дверцей, когда садился в такси.

– Вы имеете в виду такси, которое заказали, чтобы добраться из «Отеля дю Вен» в «Лэнсдаун-плейс»?

– Ну да, я… э-э-э… убирал сумку в багажник.

– Неприятно, – прокомментировал Грейс, мысленно сделав зарубку: таксист должен это подтвердить. Он также отметил, что глаза Бишопа метнулись вправо. Стало быть, лжет.

– Похоже на сильный ушиб. Как отреагировал водитель?

Грейс взглянул на Брэнсона, и тот кивнул, показывая, что понял.

– Полагаю, таксист оказал вам первую помощь? – спросил он.

Бишоп посмотрел на каждого из полицейских по очереди.

– Да что такое происходит? Это смахивает на инквизицию. Я искренне хочу вам помочь. При чем здесь, черт возьми, царапина у меня на руке?

– Мистер Бишоп, в ходе расследования мы всегда задаем очень много вопросов. Такая уж у нас работа, и напрасно вы принимаете это так близко к сердцу. У нас с сержантом Брэнсоном выдался сегодня тяжелый день, да и вы тоже, я уверен, сильно устали. Пожалуйста, потерпите и просто ответьте на наши вопросы, и тогда мы все сможем побыстрее уйти отсюда. Чем больше вы нам поможете, тем быстрее мы сможем поймать убийцу вашей жены. – Грейс глотнул воды, а затем мягко добавил: – Признаться, нас несколько удивило, что вы вдруг выехали из «Отеля дю Вен» и отправились в «Лэнсдаун-плейс». Не могли бы вы объяснить, почему так поступили?

Глаза Бишопа забегали, как будто он наблюдал за каким-то скачущим по ковру насекомым. Грейс проследил за его взглядом, но ничего не увидел.

– Почему я это сделал? – Бишоп вдруг поднял голову и пристально посмотрел на него. – Что вы имеете в виду? Мне же велели переехать туда.

Теперь настала очередь Грейса нахмуриться.

– Кто велел?

– Ну, полиция… Полагаю, приказ исходил от вас.

– Что-то я не понял.

Бишоп всплеснул руками, выражая искреннее изумление.

– Мне позвонили в номер. Ваш сотрудник сказал, что «Отель дю Вен» атакует пресса, а потому вы решили переселить меня в другое место.

– Звонивший наверняка представился. Как его звали?

– Э-э-э… Не помню. Вроде бы Каннинг. Ну да, сержант Каннинг.

Грейс посмотрел на Брэнсона:

– Ты что-нибудь об этом знаешь?

– Впервые слышу, – ответил Гленн.

– А голос был мужской или женский? – спросил Грейс.

– Мужской.

– Стало быть, сержант Каннинг? Вы уверены?

– Да. Каннинг. Кажется, детектив-сержант. Но определенно Каннинг.

– А что именно сказал вам этот человек? – Грейс внимательно следил за глазами Бишопа. Они снова метнулись влево.

– Что вы забронировали мне номер в «Лэнсдаун-плейс». Такси будет стоять у черного входа, возле двери для персонала в задней части кухни. И что мне следует спуститься туда по пожарной лестнице.

Грейс записал информацию в блокнот. И уточнил:

– А этот сержант Каннинг звонил вам на мобильный или на стационарный телефон в номере?

Бишоп немного подумал.

– На городской телефон.

Грейс тихо выругался. Проверить и отследить такой звонок будет сложнее. Коммутатор отеля мог зафиксировать только время входящего звонка.

– И во сколько это было?

– Примерно в половине шестого.

– Хорошо. Значит, вы зарегистрировались в «Лэнсдаун-плейс», а затем вышли из отеля. Куда вы отправились?

– Я решил прогуляться по набережной. – Бишоп вытащил носовой платок и промокнул глаза. – Раньше нам с Кэти там очень нравилось. Она любила ходить на пляж. Моя жена отлично плавала. – Он сделал паузу и глотнул воды. – А еще мне нужно было позвонить сыну и дочери: они оба сейчас проводят каникулы за границей. Я… – Он замолчал.

Рой Грейс тоже молчал. В его команде не было никого по фамилии Каннинг.

Извинившись, суперинтендант выскользнул из комнаты и пошел по коридору к оперативному штабу номер один. Ему потребовалось всего лишь несколько раз щелкнуть мышью, чтобы установить: во всей полиции Суссекса такого человека нет.