– Ну как твои дела? – настойчиво расспрашивала Софи. – Что случилось? Как…

– Примерь, – резко сказал он, игнорируя ее вопросы. И положил на поднос какой-то сверток.

В сгущающихся сумерках завыла сирена, на мгновение заглушив навязчивое четырехтактное бум-бум-бум-бум танцевальной музыки, которая становилась все более утомительной.

Софи, удивленная и обескураженная поведением любовника, покорно развязала бантик и заглянула в подарочную коробку. Пока что видно было только папиросную бумагу.

Краем глаза она заметила – прочитала по губам, – как Крис Таррант на экране телевизора произнес:

«Это ваш окончательный ответ?»

Нелепый очкарик кивнул.

Желтая рамка на экране замигала вокруг названия «Марокко».

Спустя несколько мгновений мигающий зеленый свет окружил слово «Тунис».

Брови Криса Тарранта поднялись на несколько дюймов.

Женщину в инвалидной коляске, которая раньше выглядела так, будто ее вот-вот ударят крикетной клюшкой, теперь, казалось, огрели кувалдой. А ее муж словно бы сжался в своем кресле.

Софи прочитала по губам Тарранта: «Джон, у вас было шестьдесят четыре тысячи фунтов…»

– Ты телевизор будешь смотреть или все-таки откроешь подарок, который я тебе купил? – спросил гость.

Поставив поднос на тумбочку возле кровати, девушка ответила:

– Ну конечно подарок! Но сперва скажи, как ты? Я хочу знать о…

– Не желаю говорить об этом. Открывай! – произнес он таким агрессивным тоном, что Софи испугалась.

– Хорошо, – кивнула она, все еще поглядывая на экран.

– Зачем ты смотришь эту чушь?

– Ну почему же чушь? Мне нравится эта передача, – возразила она, пытаясь успокоить Брайана. – Бедный мужик. У него жена больная, передвигается в инвалидной коляске. Он уже дошел до ста двадцати пяти тысяч фунтов, но только что ответил на вопрос неправильно.

– Это шоу – сплошной обман, – фыркнул он.

– Неправда!

– Вся жизнь – сплошной обман. Неужели ты об этом еще не догадалась?

– Да чем тебе не угодила эта передача?

Теперь настала его очередь показать на экран.

– Ни я, ни остальные зрители знать не знают, что это за тип и как он попал на телевидение. Полчаса тому назад, когда он только сел в кресло, у него совсем ничего не было. Теперь он уйдет с тридцатью двумя тысячами фунтов и все равно будет недоволен, хотя должен бы ликовать. И по-твоему, это нормально?

– Ну, это как посмотреть. Я имею в виду… все зависит от точки зрения…

– Выключи уже эту хрень!

По-прежнему ошарашенная его агрессивным тоном, Софи из упрямства ответила:

– Не хочу. Мне передача нравится.

– Может, мне уйти, чтобы не мешать тебе досмотреть эту лабуду?

Девушка уже сожалела о сказанном. Несмотря на свое прежнее решение порвать с Брайаном, встретив сейчас его во плоти, она поняла, что все не так просто. Разумеется, он ей в миллион раз дороже, чем какое-то телешоу. И надо сделать скидку на то, через что бедняге сегодня пришлось пройти. Господи, как же ему, наверное, сейчас тяжело!

Софи выключила телевизор.

– Извини, – сказала она. Никогда еще ей не доводилось видеть у него такого взгляда: глаза словно закрыты ставнями. – Ну пожалуйста, не сердись, милый. Я просто удивлена, что ты здесь.

– Значит, ты не рада меня видеть?

Она приподнялась на цыпочки, обвила руками шею Брайана и поцеловала его в губы. От него разило потом, да и изо рта тоже воняло, однако Софи это нисколько не волновало. Это были мужские запахи, его запахи. Она вдыхала их так, словно это были самые опьяняющие ароматы на планете.

– Неправда, я очень даже рада. Просто… – Она посмотрела в карие глаза, которые обожала. – Просто я удивлена, ну после того, что ты сказал мне раньше, когда мы разговаривали по телефону. Пожалуйста, объясни, что все-таки произошло. Расскажи мне все.

– Открой подарок! – велел он, повысив голос.

Софи отдернула часть ткани, но, как в китайской шкатулке, под ней оказался еще один слой, а потом еще. Пытаясь отвлечь и успокоить Брайана, который вдруг невесть почему разозлился, она промолвила:

– Хорошо, я попытаюсь угадать, что же это такое. Мне кажется…

Внезапно его лицо оказалось в нескольких дюймах от ее лица, так близко, что их носы почти соприкасались.

– Открывай! – заорал Брайан. – Да открывай уже, чертова сука!