Телефон пискнул, просигналив, что получено сообщение. Скунс высвободился из объятий Бетани, отчаянно пытаясь сориентироваться. Он заснул, отлежав во сне руку, и спросонья не мог найти этот чертов мобильник. Кроме того, его начинала бить лихорадка.

– Ой! – воскликнула Бет, когда он запустил руку ей между ног. – Ты чего?

– Пытаюсь найти свой телефон.

– Поосторожнее, ты мне чуть хребет не сломал, – сказала она, хихикнув.

– Молчи уж, овца.

Мобильный наконец обнаружился на полу под ногами.

Сообщение было от констебля Пола Пакера:

Я на месте, ты готов?

Скунс послал ему в ответ эсэмэску:

Да.

За окном было темно. Часы на приборной панели показали четырнадцать минут первого.

Неуклюже извиваясь, под причитания Бет, жаловавшейся, что он ее сейчас раздавит, Скунс натянул штаны от спортивного костюма. Зашнуровал кроссовки и чмокнул подружку в щеку.

– До встречи!

– А куда это ты собрался на ночь глядя?

– В офис, на деловую встречу.

– Что за дело? Расскажи мне!

– Некогда, я и так уже опаздываю.

Скунс с трудом выбрался наружу, все его тело закоченело и тряслось. Он стоял, опираясь одной рукой на забор, а другой на машину. Дышать было тяжело, сердце отчаянно колотилось, и на мгновение Скунсу показалось, что его сейчас вырвет. Ручейки пота стекали по голове и спине. Бет с тревогой наблюдала за ним из салона, и лицо ее в свете уличного фонаря напротив смахивало на призрак.

Скунс сделал шаг вперед и понял, что у него кружится голова. Он покачнулся и чуть не упал, едва успев ухватиться за борт машины, чтобы удержаться на ногах. И сказал себе, что отступать некуда. Надо собраться, потерпеть еще немного, просто пройти несколько шагов вперед. Ни в коем случае нельзя облажаться, надо непременно сделать это, он должен!

Натянув на голову капюшон толстовки, Скунс двинулся вперед. Подул ветерок, и забор рядом слегка задребезжал. По обеим сторонам улицы безмолвно стояли машины, залитые оранжевым светом фонарей. «Эм-джи» был примерно в пятидесяти ярдах впереди.

Скунс понимал, что шагает неуверенно. И осознавал, что за ним наблюдают. Откуда именно? Трудно сказать. Вероятно, из какой-нибудь машины или фургона. Он миновал черный «приус», а затем «ситроен». Пыльный минивэн «мицубиси» издали расплывался перед глазами, но потом, когда он подошел к нему, снова оказался в фокусе. Тошнота становилась все сильнее. Он почувствовал, как по его левой руке ползет какая-то тварь, и прихлопнул ее ладонью. Затем по нему начали ползать другие насекомые: он ощущал на своей коже их крошечные острые лапки. Скунс похлопал себя по груди, затем протянул руку и похлопал по шее. Насекомые переползли на живот.

– А ну кыш! – выкрикнул он. – Пшли вон!

И внезапно впал в панику, решив, что забыл свой набор инструментов.

«Где же они? Выпали в машине? Или я оставил их в кемпере? – Скунс лихорадочно обшарил карманы. – Нет! Черт возьми, только не это!»

Затем он проверил все еще раз. Инструменты были на месте, уютно устроились в правом кармане толстовки, запертые в твердом пластиковом чехле.

«Ну же, соберись!» – велел он себе.

Когда Скунс наконец подошел сзади к «эм-джи», его внезапно озарил яркий белый свет. Услышав рев двигателя, он отступил в сторону. Бетани на большой скорости промчалась мимо, помахав ему рукой и просигналив.

«Вот же тупая корова, разве можно так пугать!»

Он ухмыльнулся, глядя на исчезающие вдали хвостовые огни «пежо». А затем встряхнулся, внезапно почувствовав себя немного лучше. Ну что же, он на месте, и теперь нужно сосредоточиться на работе.

Скунс достал из кармана набор инструментов, вынул нужную отмычку и вставил ее в замок, который через несколько секунд со щелчком открылся. Мгновенно сработала сигнализация: раздался громкий звуковой сигнал и замигали фары.

Однако Скунс был спокоен. Их очень непросто взломать, эти машины, у них имеются датчики удара и иммобилайзеры. Но главная проволочка находится прямо за приборной панелью. Если закоротить ее, то можно отключить сигнализацию и без проблем запустить двигатель.

В салоне приятно пахло: новая обивка, кожа и легкий аромат женских духов. Скунс забрался внутрь, оставив дверь открытой, а свет включенным, заглянул под приборную панель и сразу нашел то, что искал. Две секунды спустя сигнализация выключилась.

А затем он услышал крик. Женский голос яростно вопил:

– ЭЙ! ЧТО ЗА ДЕЛА? ЭТО МОЯ МАШИНА!

Клио мчалась по улице, и кровь у нее в жилах аж кипела. Она страшно разозлилась, когда поняла, что все ее планы рухнули. Ну что за невезуха? Сперва Рою неожиданно потребовалось ехать в Лондон, а теперь романтический вечер, на который она возлагала такие надежды, был окончательно испорчен звонком из морга с просьбой забрать труп алкаша с автобусной остановки в Пис-Хейвене. А уж когда она увидела, что какой-то негодяй в толстовке пытается угнать ее машину, то это стало последней каплей: она была готова оторвать ему руки и ноги.

Дверь машины захлопнулась. Клио услышала, как завелся двигатель. Загорелись задние огни. Сердце у нее упало: сейчас этот ублюдок сбежит. А потом, как только она приблизилась к припаркованному позади «вольво», весь салон «эм-джи» внезапно озарила яркая вспышка, как будто внутри зажглась огромная лампочка.

Никакого взрыва не было. Ни шума, ни грохота. Просто в салоне вдруг тихо заплясали языки пламени, словно бы началось какое-то световое шоу.

Клио в оцепенении остановилась, на мгновение решив было, что этот придурок с капюшоном никакой не угонщик, а просто вандал, намеренно поджегший ее автомобиль. Но тут же отбросила эту мысль: ведь сам он все еще был в машине.

Она бросилась вперед, к водительской двери, и увидела сквозь стекло искаженное ужасом молодое лицо. Похоже, парень старался нащупать ручку, наваливаясь всем телом на дверь, но ту заклинило. Бедняга отчаянно стучал кулаком по стеклу, кидая на нее умоляющие взгляды. Когда Клио заметила, что у него горят капюшон и брови, ее и саму бросило в жар. Она в панике потянулась к дверной ручке и потянула ее на себя. Но ничего не произошло.

Внезапно рядом с ней возникли двое мужчин, полицейские в черных бронежилетах: один коренастый и бритоголовый, а второй высокий, с короткой стрижкой.

– Отойдите, пожалуйста, леди, – попросил коренастый.

Он взялся обеими руками за дверную ручку и потянул ее, в то время как его напарник обежал автомобиль и попробовал открыть другую дверь.

А тем временем фигура в горящей одежде отчаянно вертела внутри головой. Рот незадачливого угонщика был раскрыт в гримасе крайнего ужаса – а может, и агонии, – а кожа прямо на глазах у Клио покрывалась волдырями.

– Открывай дверь, Скунс! Ради бога, отопри дверь! – кричал коренастый коп.

Парень внутри пошевелил губами: видимо, что-то пробормотал.

– Это моя машина! – Клио прыгнула вперед и вставила ключ в замок, но тот не повернулся.

Полицейский какое-то время пытался уговорить ее по-хорошему, но потом, сдавшись, вытащил дубинку.

– Отойдите, мисс! – велел он Клио. – Немедленно отойдите назад!

И принялся изо всех сил колотить почерневшее стекло, осыпая осколками визжащего Скунса и не обращая внимания на вырывающееся из окна пламя, густой черный дым, вонь горящего пластика. Положив руки на оконную раму, полицейский отчаянно дернул дверь.

Однако она не поддалась.

Затем, сделав глубокий вдох, офицер наклонился прямо через окно, в бушующее пламя, и схватил парня. На помощь ему пришел напарник, и они уже вдвоем, медленно, слишком медленно, как казалось со стороны Клио, каким-то образом вытащили беднягу через окно и положили на асфальт. Вся его одежда горела, даже шнурки кроссовок. Он корчился, извивался и стонал в самой ужасной агонии, какую Клио когда-либо доводилось наблюдать.

– Переверните его! – закричала она, отчаянно пытаясь хоть чем-то помочь. – Катайте его по земле, чтобы потушить пламя!

Полицейские встали на колени, перевернули парня и откатили его подальше от горящей машины. У коренастого копа были опалены брови и обожжено лицо, однако он не обращал на это внимания.

Горящий капюшон частично приплавился к лицу и голове несчастного, а спортивные брюки – к его ногам. Сквозь вонь горящего пластика Клио вдруг на мгновение уловила запах жареной свинины и ужаснулась, понимая, что это было на самом деле.

– Вода! – воскликнула она, вспоминая, чему ее учили много лет назад на курсах первой помощи. – Ему требуется вода! И еще надо его чем-то укутать, чтобы перекрыть доступ воздуха!

Клио перевела взгляд на объятый бушующим пламенем салон машины, лихорадочно пытаясь сообразить, что лежит у нее в багажнике.

– В багажнике есть скатерть для пикника! – вспомнила она. – Можно укутать его, как одеялом…

Один из полицейских побежал куда-то вверх по дороге. Клио уставилась на извивающуюся, почерневшую фигуру угонщика: тот весь трясся и вибрировал, как будто сквозь него пропускали электрический ток. Клио испугалась, что парень умирает. Опустившись на колени рядом с ним, она хотела было утешить бедолагу, взяв его за руку, но та совсем обуглилась.

– С тобой все будет в порядке, – ласково произнесла Клио. – Слышишь? Сейчас тебе помогут. Сюда уже едет «скорая»! Все будет хорошо.

Он вертел головой из стороны в сторону, открывал рот, издавая жалкие каркающие звуки; губы его были покрыты волдырями.

Совсем еще молоденький. На вид примерно лет двадцать, не больше.

– Как тебя зовут? – мягко спросила Клио. Однако парень, похоже, ее не слышал или не понимал. И вновь повторила: – С тобой все будет в порядке. Обещаю.

Полицейский между тем прибежал назад, держа в руках две куртки.

– Помогите мне обернуть его.

– Он весь покрыт расплавленной синтетической тканью. Может, нам попытаться ее снять? – предложила Клио.

– Нет, просто оберните его этим как можно плотнее.

Она услышала вдалеке сирену, вой которой, поначалу совсем слабый, быстро становился все громче и громче. А потом вторую сирену и третью.

Из темного салона своего «приуса» Миллиардер-в-пересчете-на-время наблюдал за Клио Мори и двумя копами, которые стояли на коленях на земле. Он тоже слышал вой сирены и видел синие мигающие огни. Первой подъехал полицейский автомобиль. За ним две пожарные машины, а потом «скорая помощь».

Он наблюдал за происходящим со стороны. Сегодня ночью ему больше не на что было тратить время. Он все еще был там, когда на рассвете прибыл эвакуатор, подцепил «эм-джи», весь почерневший изнутри, но снаружи выглядевший абсолютно нормально, погрузил его и увез.

Внезапно на улице стало тихо и спокойно. Однако Миллиардер-в-пересчете-на-время, до сих пор сидевший в своей машине, был вне себя от ярости.