Сила Голода

Рэн открыл глаза, ощущая ломоту костей во всем теле, и увидел, что ему в лицо заглядывают два мальчика-близнеца лет восьми. Они с неподдельным интересом разглядывали Гриффита своими большими по-детски непосредственными черными глазами с белыми зрачками. У каждого около верхней губы была маленькая родинка. Они откинули назад белые волосы и захлопали такими же беленькими ресничками, запрыгав от радости, держась за руки.

– Очнулся-очнулся-очнулся! – резонировали близнецы и их звонкие голоса добавляли неприятностей к головной боли Рэна.

– Где я? – вяло спросил парень, шевельнувшись в сторону мальчиков, и только сейчас понял, что висит на цепях у жесткой шершавой стены. Кандалы на руках и ногах натерли кожу, оставив красные следы.

– В плену, – просто ответили мальчишки, переглянувшись.

Рэн закатил глаза, понимая, что дальнейшие расспросы не имеют смысла.

– Мик, я заберу его силу, – гордо распорядился один из альбиносов, подходя к Гриффиту.

– Эй, Ким! – возмутился второй. – С чего это ради?

– А может, когда я заполучу его силу, я стану таким же красивым!

– Я тоже хочу быть красивым как он!

– Я первый это сказал!

– Ну и что? Зато я первый сделаю!

– Нет!

– Да! Я стоял на дороге, я столкнул его машину в овраг, значит я должен владеть силой Голода!

Один из близнецов замолк и, обиженно надув губы, отошел в сторону.

– Вы уже так уверены в своей победе? – с ухмылкой произнес Рэн, и мальчики настороженно переглянулись.

Внезапно оба зажмурились, зажали уши и закричали наперебой «хватит! перестань!» – они видели самые ужасные и кошмарные иллюзии, на какие был способен сир Голод. Пока Ким и Мик дрожали от страха, он призвал в руку весы, трансформировав их в парные кинжалы. Используя невероятную остроту оружия, Рэн избавился от цепей и рванул к двери, позвякивая остатками железных плетений на кандалах. Он бежал по коридору, в котором эхом отдавались крики мальчиков. В конце тусклого тоннеля замаячил мужской силуэт, распространив в стенах раскатистый злобный голос:

– Что ты сделал с мальчиками?!

– Всего лишь показал «невинные» мультики.

Туманный силуэт гневно сверкнул глазами в темноте, и Рэна хлестнуло по лицу невидимое лезвие, оставив на щеке глубокий порез.

– Я тебя убью за братьев! Изрежу и заберу твое чертово сердце! – каждое его слово сопровождалось хлещущими по жертве порезами, иссекая и одежду, и тело, но очередной набег лезвий неожиданно застыл в воздухе, сверкая в тусклом свете тонкими полосами. – Ч-что это? – опешил мужчина.

– Ты, наверное, изучил не все мои способности, – пояснил Рэн. – Одно из моих преимуществ над тобой – обездвиживание. Алоис, верно? – уточнил он имя соперника.

– Верно, – процедил он, выпустив еще сотню лезвий, которые также успешно замерли в воздухе.

Алоис нервно цыкнул, но прежде чем в его светлой голове успел промелькнуть очередной зловещий план, он схватился за живот, согнувшись в три погибели и иссыхая от голода.

– Ника, – прошептал мужчина, падая на колени, когда его глаза уловили немного сутулую лохматую фигуру за спиной Гриффита.

Едва Рэн успел обернуться, девушка ударила его рукой, больше походившей на когтистую звериную лапу.

– Доминика, давай, сделай его! – кричали за ее спиной близнецы, освободившиеся от иллюзий, но не решались подойти ближе.

Девушка накинулась на Рэна, повалив его на пол, и замороженные лезвия ожили, пролетев в стену над головами вовремя пригнувшихся мальчиков.

– Ты самый аппетитный грешник из всех, что я встречала, – хищно облизнулась Доминика.

К ним уже подошел оправившийся Алоис и близнецы, переборовшие свой страх перед напугавшим их иллюзионистом. Обведя всех альбиносов взглядом, Рэн тем самым совершил серьезную ошибку, заглянув в их черные глаза. Его голова пошла кругом, в ушах зазвучали тысячи голосов, отдаваясь эхом только в его мыслях. Звуки становились все громче и громче, перед глазами мелькали нечеткие фигуры людей, бранящих его во всех смертных грехах. Мужчины, женщины, старики и дети – все наговаривали на него, пытаясь дотянуться до парня своими призрачными руками.

– Это все кого ты убил, чья смерть на твоей совести, – медленно говорил Алоис. – Все кого ты обманул и предал, – он рывком поднял пленника с пола и захватил его со спины обеими руками.

– Мик, – дала команду сестра и мальчик встал перед Рэном, смотрящим вперед невидящим взглядом. Второй близнец вместе с сестрой крепкой хваткой держали пленника за руки и за ноги, несмотря на все его попытки вырваться. Последнее, что почувствовал Рэн перед тем как погрузиться в кромешный сон – боль, разрывающая сердце изнутри.