Первый шаг

Ада Диксон

Не помню, как меня на руках перенесли в другую комнату, но уже настало утро, и я валялась на кровати, подобно выпотрошенной игрушке. Не было желания вставать, идти умываться, завтракать, вообще ничего не хотелось.

Послышался звук открывающейся двери, и в образовавшейся щелочке показалась рыжая маковка, цепляющаяся наушниками об косяк. Тори забежала в комнату, оставив на столе источающий аромат завтрак.

– Поешь хотя бы, – сказала она, присев на кровать рядом со мной.

– Не хочу.

– Рэн так старался, – ну вот началось «поешь, чтобы никого не обидеть». Тори немного помолчала, время от времени стреляя в мою сторону своими «изумрудами». – Мы обязательно вернем Мэтта, – ободряюще улыбнулась девушка, поправив белую прядь упавшую мне на лицо.

– Не хочу, – тупо повторила я, продолжая взирать в одну точку.

– Что?

– Не хочу его возвращать. Пусть живет, как хочет, плевать я на него хотела.

– Ада, ты что такое говоришь?!

– Что ты чувствовала, когда погиб Фенрир? – неожиданно для нее я задала этот вопрос, приводя глаза в движение и устремляя их на собеседницу. Ее губы дрогнули в беззвучном ответе, и я продолжила: – Сейчас, возможно, я чувствую то же, только мне намного больнее при том, что Мэтт осознано от меня отвернулся.

– Лежать вот так тюленем и гнить тоже не выход! – вспыхнул порох в Тори и, не услышав ответа, она вышла из комнаты.

– Да, ты права, – запоздало промямлила я в пустоту, поднимаясь на ноги и шествуя к остывающему завтраку. Горячий чай приятно обжег губы, предоставляя моему носу аромат бергамота.

«Залез я тут со скуки в твою голову, – включилось радио Дьявол. fm. – и понял одну вещь: ну и хрень у тебя в башке происходит!»

Я ничего не отвечала, пропуская бессмысленную болтовню Лу мимо своего мозга, только спокойно смотрела в окно, неспешно ковыряясь вилкой в еде.

«Кукушка-кукушка, это Дятел, ответьте! Прием–прием!»

– Ты реально дятел, – буркнула я.

– Подумаешь, эта святая блондинка отмахнулась, живи дальше в свое удовольствие! – громогласно объявил Лукавый собственной персоной за моей спиной, явно поблескивая хитрым алым взглядом.

– Заткнись! – я швырнула в него кружку с еще присутствующим там чаем. Горячая жидкость выплеснулась на ковер, не задев Люцифера, умело увернувшегося от летящего в него снаряда.

В ответ на мой выпад Дьявол молниеносным движением схватил меня за горло, прижав к стене; он наклонился так близко с хитрым лукавством, сверкающим в его глазах. Он что-то удумал. В подтверждение моих догадок Лу приблизился еще больше, изучая мое тело своими извращенными руками, дыша мне прямо в ухо, путешествуя языком по моей шее.

– Да хоть изнасилуй меня…

На такую фразу Сатана лишь рассмеялся, оставив меня в покое. Он отошел к окну, задернув шторы – не любил солнце.

– Хотел поиздеваться над тобой, а тут ни криков, ни сопротивления, ни содействия, в конце концов, – усмехался он. – Внутри ты уже отвергаешь того святошу, раз позволила мне полапать тебя, демонстрируя хладное безразличие.

– И что теперь?

– Живи дальше, забудь ты о нем. Свет на этом апостоле клином не сошелся!

Проскочило такое ощущение, будто внутри сдвинулся большущий камень, открыв второе дыхание. Советы Лу не были, возможно, правильными, но мне стало легче, выслушав его «наплюй на всех, живи для себя».

Я выбежала из комнаты, прихватив из шкафа одежду. Примерно через 10 минут я вернулась, обнаружив Люцифера за моим компьютером, снова решившим насладиться произведениями массовой культуры в виде сериалов.

– И не смотри на меня так! – не поворачиваясь, воскликнул он. – Меня вчера беспардонно оторвали от просмотра.

– Я не возражаю, смотри сколько влезет..

– А ты куда направилась?

– На работу.

– Молодец! Дерзай! Чистилище должно процветать, – давал мне напутственные слова Лу, неотрывно вникая в сериал, пока картина не сменилась перед моими глазами.

Созерцая снующих по просторным коридорам работяг-ангелов, я стояла посреди холла своего офиса, хорошо освещаемого из больших окон.

– Ада, наконец-то, – прозвучало из динамиков массового обращения, и передо мной тут же появился низкорослый светленький паренек, обвешанный кучей проводов со смартфоном в руках. Он что-то там весьма быстро набирал, успевая поднимать глаза на мою персону. В его волосах цвета слоновой кости запутались наушники от мобильного и случайно зацепившийся гаджет, похожий на монокль. Усталые оливковые глаза юноши всегда бегло прыгали с одного объекта на другой ввиду высшей степени заинтересованности. Эрик Нокс – наш всеми любимый хикка, заведующий всей техникой в офисе. Его хлебом не корми – дай в железе покопаться. Из девяти наиболее приближенных ко мне ангелов, он занимает шестое место.

Юноша кинул смартфон в карман, каких на его джинсах было несчетное множество, и приготовился докладывать обстановку.

– Что такое, Эрик?

– В твое отсутствие объявились демоны, позарившись на души людей. Мы справились с ними, будь спокойна. Пока тебя замещала Фел, никаких происшествий не случилось, если не брать во внимание тех же демонов. Вроде все… Ты что как ОЗУ в 16 МБ?

– В смысле?

– Такая слабая…

– А-а, я просто не выспалась.

У Эрика зазвонил телефон, а по-моему целых два, и он поспешил ответить, возвратившись в свою рабочую каморку.

Я продолжила путь к своему кабинету, походу здороваясь с ангелами, пока не дошла до места назначения.

Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней затылком, прикрыв глаза. Жизнь возвращается в прежнее привычное русло, но покамест это происходит как-то туговато. Собрав мысли в единую кучу, я открыла глаза, собираясь пройти к столу, чтобы начать работу, но прямо перед моим носом на тонкой паутинке повис огромный черный паук.

– А-а-а! Сгинь! – я смахнула членистоногое на пол, и паук быстренько убежал к ногам своей хозяйки, присевшей на край столешницы. Платиновая блондинка с бледной кожей подняла на меня глаза, отложив в миниатюрную сумочку блокнотик со стихами. Ярко-пунцовые губы и циановые глаза, эффектно выраженные слоем подводки и туши, броско выделялись на ее фарфоровом личике. Длинные волосы, разделенные на два хвоста резинками «розочками», сходили книзу крупными кудрями. Лебединую шею также украшало ожерелье в виде ярких роз, сцепленных черными бусинами. Платье в стиле готической лолиты со свободными рукавами и пышной юбкой, высокие сапоги до колена и перчатки в сеточку создавали невероятно эффектный образ.

– Юрия, хватит меня пугать своими пауками! – прикрикнула я, усаживаясь в свое удобное кресло. Девятая по счету, Юрия Карлайт, владела способностью управлять пауками и зачастую пугала меня этими созданиями. Не то чтобы я их боялась, просто появлялись они уж очень неожиданно.

– Они же безобидные, – спокойно ответила она, приняв на ладошку напугавшего меня паука.

– Что ты вообще делаешь в моем кабинете?

– Я написала новое стихотворение, хотела дать тебе почитать.

– Прости, давай не сейчас.

– Ладно, я не настаиваю, – она спрыгнула со стола и направилась к выходу, по пути обернувшись назад. – Кстати, тебя искал Раф.

Как только девушка покинула меня, в кабинет влетел запыхавшийся парень, упав в кресло. Он сидел там примерно минут пять с закрытыми глазами, приводя дыхание в норму. На блестящее от пота веснушчатое лицо упали медно-рыжие волосы, прилипая к нему. Свободные трико, обтягивающая черная майка, даже те же напульсники подчеркивали его спортивную красивую фигуру.

– Ларсон, ты ничего не перепутал? – обратилась я к нему, одновременно разбираясь с кипой бумаг на столе. Сколько документов на души! Что-то смертность резко возросла.

– Дай отдохнуть. И хватит обращаться ко мне по фамилии! – возмутился парень, распахнув свои глаза тыквенного цвета. – У меня имя есть!

– Ах, простите, господин Эдвард.

– У тебя настроение плохое? Кто испоганил? Давай я ему пятак начищу!

– Не надо. Слушай, Эд, дуй в душ! Набегаешься по крышам, потом исполняешь у меня роль ароматизатора!

Парень рассмеялся, поднявшись с кресла. Эдвард являлся седьмым ангелом; обожал заниматься паркуром, теннисом, велосипедным и лыжным спортом, альпинизмом, футболом, плаванием. Не знаю, как он успевал все и сразу, но не уставал поддерживать себя в форме.

В дверь торопливо постучали, и вскоре ко мне заглянул еще один ангел, восьмой из девяти приближенных – Рафаэль Диас. Этот мужчина имел незаурядную внешность, какой мог бы позавидовать любой следящий за собой джентльмен. Яркий импозантный испанец – темпераментный, временами вспыльчивый, пользующийся популярностью у женщин. На его слегка смугловатое лицо падали пряди вьющихся русых волос, не скрывая жгучего взгляда шафрановых глаз. В данный момент в его взгляде читалась какая-то встревоженность.

– Раф, что случилось? – в один голос спросили мы с Эдвардом.

– Тебя срочно ищет Рада!

Услышав это имя, я подожженной петардой рванула в коридор, разыскивая цыганку. Гадалка меня окликнула, и я, подбежав, спросила причину желания видеть меня.

– Быстрее возвращайся! – воскликнула она, поглаживая питона, вальяжно лежащего на ее плечах. – Война и Голод в опасности!

Чувствуя, что в груди сжался комок беспокойства, я поспешила домой, но когда очутилась в своей комнате, опешила от ее состояния. Ее как будто перевернули вверх дном. Я быстро выбежала, чтобы найти Рэна и Тори, но в доме никого не было, здесь царил ужасный погром. Выскочив на улицу, я обнаружила раненного Рэна и сидящую рядом с ним Тори, изрядно потрепанную, будто ее полоскали сотни острых лезвий.

– Что произошло?! – подоспела я к ним.

– На нас напали, – пояснила Тори, помогая Рэну подняться на ноги.

– Кто?

– Не знаю. Эти твари скрыли лица в капюшонах. Если именно о них говорила Рада, то мы серьезно попали.

– Они настолько сильны?

– Нет, скорее шустры, – просипел Рэн, морщась от боли.

Мы с Тори довели его до дома, рядом взволнованно прыгал Фенрир. Общими усилиями мы восстановили мебель, прибрались и теперь сидели в гостиной, дружно сдвинув брови.

– Что будем делать? – нарушила я тишину, переводя взгляд с Тори на Рэна и обратно.

– Не знаю, – проговорила рыжая, поглаживая темную шерсть волка. – Но одно я знаю точно – втроем нам будет тяжело.

Поразмыслив еще примерно с минуту, я поднялась с дивана, направляясь в свою комнату за ветровкой.

– Куда ты? – встрепенулась Тори.

– За Мэттом.