Ночь была временем чудовищ. Вольницей для полчищ нечисти. Тот, самый тёмный и страшный отрезок суток, когда наводнившие наш мир твари чувствовали себя особенно вольготно. Ночь — время ведьм.
И, едва ли не бегом спеша через залы и коридоры погруженной в ночной сумрак герцогской резиденции, я пришел к выводу, что после захода солнца, как ни странно, здесь, внутри, для меня стало намного безопаснее. Пародкс, но тем не менее. Как только за горизонт укатилось столь ненавистное иномирным чудовищам светило, они, очнувшись от дневной спячки, повыползав из своих нор, окунулись в ночную жизнь.
Улицы Ярограда сейчас стали особенно опасными и страшными из-за новоднявших их сотен и тысяч проснувшихся тварей. Сдаётся мне, те, что в дневное время отлеживались под крышей огромного дворца, так же выползли вон. Ночь это еще и время охоты. И монстры, покидая обезображенный город, расползаются по всей округе в надежле обнаружить случайного зверя или человека. А то и напасть под шумок на кого из своих собратьев.
Нечисть неслась в сторону границы и заходила в пораженные скверной дубравы и рощи, сверкала голодными глазищами, истекая слюной, принюхиваясь к доносящимся с востока сводящим с ума запахам.
Дворец словно вымер. Грифон, настороженно вертя клювастой головой, непрерывно отслеживал магический эфир, сканировал пространство и был готов в любой момент подать сигнал тревоги. Но и мое чутьё пока помалкивало, вселяя надежду, что в этот глухой и тёмный час вряд ли я встречу кого на своём пути. Сражавшиеся со мной монстры так же, с наступлением мрака, убрались за стены крепости. Наверняка внутри еще кто-то оставался, присматривать за томившимися в катакомбах разводимыми как скот узниками, да огромными, ручными зверушками Ухоры. Может, где-то ещё проживали подобные Валашке с отпрысками твари, требующие особого ухода. Но сейчас мне реально везло.
А если я без происшествий доберусь до тайника с казной и демонической машиной, то вообще впору по возращение свечку в ближайшей церкви ставить!
И, когда я наконец, никем не остановленный, выбрался в заветный холл, пол которого так и остался покрыт уже подсохшей, отвратительно воняющей кровью убитых мною чудовищ, над которой жужжали в темноте довольные мухи, то не сдержал облегчённого выдоха. Но пока ещё рано радоваться.
Еще предстояло добыть то, за чем я шел и… Сделать еще кое-что. Что конкретно шло вразрез с моими изначальными планами. Но я искренне считал, что поступаю правильно. И если получится то, что я задумал… Хм. Это будет что-то с чем-то. Ну а касаемо всего остального…
Я остановился напротив каменной стены, которая на первый взгляд ничем не отличалась от всех остальных. Но я знал, что если нажать определённый, вмурованный в раствор булыжник, то часть стены сдвинется с помощью хитроумного механизма и я войду внутрь защищённой чарами комнаты. И среагировать магический замок мог только на кровь наследника династии Бестужевых.
Черпая изнутри своего подсознания стремящуюся достучаться до меня информацию, я быстро определил нужный камень, снял перчатку и торопливо приложил ладонь к холодной поверхности стены. Кожу моментально кольнуло теплом. Где-то внутри стены что-то едва слышно щелкнуло, зажужжало и с довольно громким шелестом, впервые за сотню лет, каменная дверь толщиной в пол метра, утопившись вглубь, отошла в сторону, открывая чернеющий прямоугольный проем.
Я не раздумывая шагнул внутрь и подобным же образом закрыл за собой ход. Отврить всегда успею. А сколько здесь пробуду, ещё не известно. Внутри царила темень, которую мое ночное зрение победило за долю секунды. Пахло затхлостью и пылью. Но я с наслаждением вдыхал этот застоявшийся, стылый воздух. По крайней мере, тут не воняло гнилью, трупными миазмами, нечистотами и вездесущей скверной.
Я замер в самом начале тайника. Комната, в которой отказался, была не особо просторной, не больше тридцати квадратных метров. Все вокруг было покрыто толстым слоем пыли, а невысокий потолок заволокло пластами паутины, опутывающей уже сто лет как умершие стеклянные шары-светильники. Но чары, скрывающие эту комнату от черной магии и ведьминого глаза, все ещё работали. С обратной стороны каменной двери, по стенам, потолку и по гранитным плитам пола были нанесены чуть мерцавшие во тьме, под слоем пыли, защитные руны, за множество лет ничуть не растерявшие свои силы.
Тайник был заставлен десятком ящиков и сундуков из лакированного моренного дуба, окованных потемневшим железом, с запертыми на массивные замки крышками. Наверняка содержимое этих скрынь представляло собой немалую материальную ценность. Серебро, золото, драгоценности, энергокристаллы, возможно, что-то ещё… Но я не собирался терять время на изучение, по факту, принадлежащего мне по праву наследования богатства. Мертвым золото ни к чему. Где отворяющая портал в мир Ведьм машина?
Все эти покрытые пылью и тенетами путины ящики и сундуки довольно похожи по размерам и очертаниям… Судя по тому, что я знал, демонический агрегат должен иметь форму не особо крупной коробки, ящика… Неужели его спрятали в один из этих сундуков? Черт! Придётся или сбивать замки или же получше разуть глаза.
Я лихорадочно заметался по сокровищнице, изо всех сил напрягая обострившееся зрение и срывая железными пальцами оплетающую сундуки паутину.
Черная как ночь коробка из железа, поглащающая любой попадющий на нее свет. Тяжёлая, словно залитая свинцом. Будто собранная из множества сегментов, как головоломка. Покрытая странными письменами на никому не известном в нашем мире языке. Способная на чудовищное действо. И только чудом не успевшая выполнить своё предназначение во время войны. Адская машина смерти. И… Вот она.
Она лежала поверх большого, окованного железом ящика. Покрытая пылью и такая неприметная с виду. Размерами не больше посылочного ящика килограмм на десять. Коробка, несущая смерть и разрушения всему живому.
Я замер прямо напротив нее. Со скрипом провел бронированными пальцами по ее поверхности, смахивая столетнюю пыль. Грифон зашипел так, словно увидел проникших в его гнездо выводок ядовитых гадюк. Я же, громко матюгнувшись, отдёрнул руку.
Владимир Бестужев в своём дневнике довольно подробно описал облик демонической машины, но мало уделил времени ощущениям, что она давала. Тому воздействию, которое оказывала на того, кто к ней решится дотронуться…
На моих пальцах была зачарованная латная сталь. Но даже через броню я отчётливо почувствовал, что это не просто металлический, будто бы собранный из множества частей, уникальнейшим образом подогнанных друг другу, диковинный ящик. Нет. Это нечто больше. Абсолютное, концентрированное, неразбавленное зло. А если и ящик, то Пандоры, не меньше.
Каково будет, коснись этой дьявольской штуковины голыми пальцами, я даже и знать не желал. Грифон, словно взбесиашись, исполнял на моей спине невесть что. Таким возбужденным я его еще не помнил. Гордый бесстрашный Родовой зверь клекотал, плевался, шипел и грозно рычал. Эта штука ему точно не нравилась. Как и мне.
Решительно ухатившись за ящик, я поднял его и переложил на более высокое место. Приводы моих доспехов чуть громче зажужжали, фиксируя возросшую нагрузку на соединения и шестерни. Будучи облаченым в силовую броню, я не мог в полной мере оценить реальный вес этой хреновины, но, судя по всему, весила она и впрямь немало.
Полностью отряхнув ящик от пыли и остатков паутины, я внимательно принялся рассматривать его. Время чертовски поджимало, но тут не то случай, когда нужно поспешать. Уж больно опасную штуку я взялся укращать. Одно неправильное или неосторожное движение…
Чтобы запустить эту ведьмину поделку и открыть портал, скорее всего, необходимо нажать на определённые комбинации сегментов, из которых и состоял ящик. Их я не знал. И сомневаюсь, чтобы знал кто-то из ныне живущих людей. Да и не каждая ведьма обладала этими страшными знаниями.
Сто лет назад, лишь благодаря своевременной, профессиональной работе сотрудников Тайной безопасности и, наверно, невероятному везению, удалось вовремя схватить засланных в Яроград людей графа Перумова. Они привезли в город эту чудовищную машину из иного мира, прятали ее и лишь дожидались сигнала для активации. Им наверняка были даны самые четкие и подробные инструкции по ее пользованию. Поэтому они и умерли, как только поняли, что их миссия провалилась. На этот случай у них были строжайшие указания и своего повелителя они боялись больше, чем саму смерть.
Возможно, мой прадед Владимир Бестужев, каторый был талантливейшим мастер-магом, при наличии большего времени, смог бы полностью разобраться в устройстве этой штуки. Но времени у него, даже когда он писал про эту машину в дневнике, уже не оставалось…
Я же не обладал его талантами. Хотя во мне текла его кровь и дремала генетическая память, не только его, но и всех моих славных предков. И крупицами которой, благодаря пробудившемуся Грифону, я потихоньку начал пользоваться, с каждым днём все больше овладевая знаниями пращуров.
И сейчас эти знания мне были до зарезу необходимы. Я не собирался изучать досконально эту дьявольскую машинерию. И не волновало меня ее подробнейшее схематическое устройство. Мне было нужно лишь знать, как ее сломать.
Любой сложный механизм, таящий в себе уникальные возможности, в данном случае способность прорывать ткань мироздания, должен скрывать в себе прорву, просто океан энергии. Которая, пойди что не так, утратив контроль, могла запросто вырваться наружу и уничтожить все живой в радиусе, сопоставимом с ее мощью. Иными словами, превратившись в бомбу, рвануть так, что мало не покажется.
И я, круто поменяв свои изначальные планы, решил превратить эту машину именно в страшную разрушительную бомбу. Я хотел, чтобы этот проклятый ящик самоуничтожился, исчез навсегда из нашего мира, заодно бабахнув так, чтобы Яроград, превратившийся нынче в скопище тысяч богомерзких тварей, в рассадник чудовищ и монстров, исчез с лица земли. Вместе со всеми, кто его населяет.
И мой Грифон должен был мне в этом помочь. Слышишь, дружище, сейчас вся надежда только на тебя.
Поражённый моими мыслями, Грифон на миг даже перестал яриться. Он затих, словно недоуменно прислушиваясь. Мол, повтори-ка еще раз, я не ошибся?
Нет, ты не ошибся. Пред моим внуренным взором стояли влачившие нечеловеческое существование в подземных казематах изможденные создания, которых ведьмы разводили как скот, и которые были людьми. Я видел ходячие, бессловестные трупы, представлял моря крови и тысячи обречённых на участь быть пожранными несчастных, которые уже рождались лишь с одной целью. Быть кормом для нечисти.
Я видел горы костей в обиталище Валашки. Вспоминал расселившихся в городе и по всей округе полчища самых разномастных чудовищ. Пред моими глазами стоял умирающий от страшного яда Кирилл Ростоцкий. Я наизусть помнил сон о падении города, словно это произошло на моих глазах только вчера.
Я не мог изменить прошлое. И не мог подобно моему прадеду отчасти предвидеть будущее. Но я мог сейчас положить конец тем, кто повинен в этом. Одним махом нанести Ковену такой тяжелейший удар, которого они совершенно не ожидают.
Я не понесу эту демоническую шкатулку в Столицу, доказывать невиновность моего прадеда и требовать возвращения моих прав и привилегий. Себе я уже и так все доказал. Еще не известно, чем бы все в итоге окончилось… До Новограда путь неблизкий. Но я бы навсегда лишился возможности уничтожить целую армию тварей здесь и сейчас. Победа на северном фронтире гораздо важнее моих амбиций. А своё… Своё я возьму сам, своими руками. И верну рано или поздно то, что мое по праву.
Я полностью сосредоточился на адском агрегате. Металлический ящик был настолько черным, что даже мои глаза Часового с трудом различали его малейшие детали. Как будто он действительно умудрялся вытягивать свет даже из абсолютно темной комнаты, в которой и так было хоть глаз выколи.
От этой штуки веяло неживым холодом и всепоглощающим злом. Даже страшно представить, каким образом эта дьявольская коробка была создана. И кем были ее творцы. Любопытно, неужели у Ведьм есть свои инженеры? И каким образом эта штука оказалась в нашем мире? Кто-то из ведьм пронес ее с собой через спонтанно возникший Прокол? Наверно, всех подробностей появления демонической машины в мире людей я никогда не узнаю.
Ладно, пожалуй, приступим. Грифон, вместе со мной неотрывно следя за жуткой штуковиной, взволновано заклекотал. Да, мой друг, понадобится твоя помощь. Без тебя мне в этой дьявольщине не разобраться. Если кто и сможет шагнуть внутрь машины, понять принцип ее работы и сказать, как высвободить заключенную в ней энергию, то только ты.
Владимир Бестужев был первоклассным мастер-магом, гениальным технарём… По его собственному признанию, иногда он просто знал, как сделать то или иное. Словно картина, необходимая для понимая и решения задачи, сама возникала в его мозгу. И в этом, готов поклясться, ему помогал его Грифон. Со своим Родовым зверем прадед был на очень короткой ноге.
Грифону не совсем понравилась идея забираться в чудовищное, чуждое всему живому нутро ведьминой машины. Но, тяжело вздохнув, он внял моей просьбе и легко, вскольз коснулся своим внутренним оком железной коробки. По моему телу расплылось прятное, покалывающее тепло. Мы словно стали одним целым. Вместе. Так, как это и должно было быть, с того самого момента, как изображение могучего гордого зверя появилось меж моих лопаток.
Я чувствовал и видел то же, что и зверь. Грифон, заворчав, начал погружаться в нутро машины, все глубже и глубже, помалу словно взламывая ее металлическую оболочку и проникая в ее самую сокровенную, упрятанную от посторонних глаз сердцевину.
И вдруг пред моми глазами вспыхнуло синее зарево. От неожиданности я моргнул. Синяя вспышка тут же исчезла, оставив после себя словно наложенную на неподвижно лежащую демоническую машину голографическую проекцию. Грифон удовлетворенно заворчал.
Я потрясённо смотрел на засветившуюся во мраке комнаты расчерченную тонкими линиями и символами схему, в точности повторяющую очертания и форму открывающего врата между мирами агрегата.
В самом центре машины что-то располагалось. Нечто, напомимающее похожий на идеальный шар кристал. Это нечто слегла дрожало и вибрировало, будто наполненное внутренней пульсацией. Что это? То самое пресловутое сердце машины? Источник топлива, реактор, питающий эту штку и содержащий в себе космос энергии?
Как ведьмы смогли создать нечто подобное? И что представляет из себя их мир, из которого они пришли в наш? Чистый первозданный хаос? Место, настолько чуждое, насколько и непостижимое для человеческого восприятия и не подчиняющееся никаким законам порядка?
Грифон, курлыкнув, когтистой лапой вальяжно указал на центр светящейся схемы.
Источник мы обнаружили. Но как им овладеть, заставить сработать так, как нужно мне? А мне было нужно, чтобы эта чертова штука взорвалась. И желательно не сразу, а как часовая бомба, с определённым временным интервалом.
Грифон, раздражённо зашипев, принялся исследовать мерцающую холодным голубым светом схему. Особенно его интересовали сегментные детали, из которорых и был изготовлен кожух машины. Они же являлись и элементами активации устройства. И, по идее, любое неосторожное вмешательство в эту штуку может привести к непоправимым последствиям.
Теоретически я мог просто без разбора начать нажимать на все сегменты подряд и добиться желаемого. Вот только взлетать на воздух вместе с городом от взрыва этой хреновины мне совсем не улыбалось. Таймер, необходимо найти таймер. Или, на худой конец, понять, сколько у меня будет времени, чтобы убраться на безопасное расстояние. Грифон, притихнув, замер, будто что-то обнаружил.
Я, смотря на машину его орлиными глазами, вдруг, словно озарённый молнией, понял открывшуюся мне закономерность в последовательности сегментов угольно-черного корпуса. Вслед на меня обрушилось озарение происходящего и, попав под воздействие удивительной Родовой магии моего Грифона, я понял, что на самом деле представляет из себя эта вещь. И от этого понимания у меня едва не подкосились колени.
Я понял, что является источником ее энергии, как освободить его, и что нужно сделать для того, чтобы после остаться в живых.
Полученные знания словно ударили меня обухом, загорелись в моем мозгу, ярко пылая. Невольно поморщившись, я зажмурился разрываясь зрительный контакт с машиной и мысленно давая Грифону приказ прекратить. Послушно отозвавшись, мой Родовой зверь, ободряюще приобнял меня крыльями, посылая тонкий импульс, разбивая мерцающую схему машины. Тайная комната снова погрузилась во тьму.
Вооружённый новыми знаниями, совсем по-другому глядя на это устройсво, я едва не приступил в выполнению задуманного, как вдруг остановился. Твою мать, ведь сейчас ночь. И большинство монстров, покинув Яроград, шарахаются по окрестностям. А мне нужно, чтобы их как можно больше находилось в городе. И это произойдёт только после рассвета, когда они вновь, вернувшись, залягут в свои норы.
Что ж, подожду и я. Здесь, в сокровищнице герцогской резиденции. А затем, с наступлением утра я обрушу на обречённый город Армагеддон.