– Здравствуй, малыш. Как тебя зовут?

Лицо ребенка озарилось волнением, но он не произнес ни слова.

Его мать наклонилась к нему:

– Скажи Санте, как тебя зовут.

– Я Джордж.

– Ну что ж, Джордж, скажи-ка, ты уже приходил ко мне раньше?

Мальчик покачал головой.

– Я так и думал. Уверен, я бы узнал такого выдающегося молодого человека. Хочешь присесть к Санте на коленки и рассказать, что ты хочешь на Рождество?

Ребенок посмотрел на мать, та кивнула, и мальчика подхватили на руки.

Залас не привык сидеть сложа руки и ждать. Он никогда раньше так не делал, но он адаптировался к этому новому миру. И все же он чувствовал, как сила растет и растет внутри него. Он обнаружил: если просто дать этому сосуду, этому Нилу, немного свободы воли, тот сделает именно то, что нужно. Залас мог подождать еще немного. Скоро все необходимое будет готово, и он сможет покончить с этим фарсом. Наконец-то он сможет отомстить миру, который осмелился забыть его имя.

Они сгорят.

Они все сгорят.

И при этом они будут выкрикивать его имя.

И он будет смеяться.

И смеяться.

И смеяться.

Залас осознал, что на мгновение потерял контроль: его смех эхом разносился по стенам грота, а северные олени возбужденно засучили копытами. Мать ребенка в ужасе уставилась на него, пытаясь вырвать плачущего ребенка из его рук.

Он потратил крохотную частицу своей энергии, и вскоре женщина снова заулыбалась, а мальчик послушно сидел у него на коленях, с обожанием глядя вверх. Этот ребенок уйдет отсюда, переполненный верой, как и все остальные.

Верящий, но еще не истинно верующий.

Но скоро.

Скоро.