С распространением смартфонов и цифровых технологий получение информации и доступ к товарам стали максимально упрощенными. Нет необходимости прилагать значительные усилия для поиска ресурсов или совершать физические действия для удовлетворения базовых потребностей. Заказ продукции из-за рубежа, доступ к данным и аналитике – все это стало возможно в считаные секунды, не вставая с дивана.

Тем не менее парадоксально, но это не привело к росту субъективного ощущения благополучия. История человечества показывает, что в иные эпохи и в различных культурах не существовало по-настоящему стабильных и мирных периодов. Несмотря на технологический прогресс и общественные трансформации, уровень удовлетворенности жизнью остается спорным. Вместо того чтобы обрести внутреннюю устойчивость, человек стал более занят, а субъективное ощущение внутренней опустошенности усилилось.

Философы, в том числе Вальтер Беньямин, еще в начале XX века ясно осознавали, что развитие техники, промышленности, капиталистической экономики и рыночных отношений не гарантирует повышения качества жизни для большинства. Беньямин указывал на важную тенденцию: с приходом эпохи модерна количество фрагментированного сенсорного опыта увеличивается, в то время как целостный и интегративный опыт сокращается.

Проще говоря, изменилось само качество восприятия действительности. До появления интернета и цифровых устройств в повседневной жизни – например, в 1990-х годах – основными источниками информации служили печатные издания и телевизионные новостные программы. Если местные СМИ не освещали международную повестку, то доступ к этим событиям оставался ограниченным.

Еще раньше, в 1970-х годах, телевизоры только начинали массово появляться в домах южнокорейцев. В таких условиях содержание общения ограничивалось личными историями: семейными делами, событиями среди друзей и соседей. Максимум – разговоры касались того, что кто-то услышал от знакомых. Косвенный опыт практически отсутствовал, и основная ценность придавалась непосредственному переживанию. Знания и мудрость передавались через личный контакт, преимущественно от представителей старшего поколения.

С распространением массовых медиа ситуация изменилась. Люди начали опираться на экспертные суждения и на информацию, подающуюся как объективная. Косвенный опыт стал преобладать. С появлением интернета и мобильных устройств объем поступающих данных многократно возрос. Человек получает сведения не только о местных событиях, но и о процессах, происходящих за тысячи километров, и о людях, с которыми у него нет ни малейшего контакта. Таким образом, объем непосредственно не пережитого, но воспринимаемого через медиа опыта многократно превзошел долю реальных личных переживаний.

Мы живем в условиях непрерывной информационной стимуляции. Объем и разнообразие входящей информации увеличиваются экспоненциально. Наш мозг вынужден обрабатывать данные с такой скоростью, что у него не остается ресурсов для их глубокой интеграции. Это можно сравнить с гипотетической ситуацией, когда утром происходит авария в метро, днем рушится здание, а вечером – мост. Эта перенасыщенность событиями отражает состояние современной реальности.

Нейросенсорная нагрузка столь высока, что когнитивная система начинает блокировать или притуплять часть поступающих стимулов, стремясь сохранить гомеостаз. Даже при отсутствии объективно высокой рабочей нагрузки человек ощущает постоянную усталость. Сознание становится фрагментированным и тревожным, а состояние внутреннего покоя становится недостижимым. Это стало характерным признаком цифровой эпохи.

Именно в таких условиях формируются современные формы тревожности, депрессивных состояний, раздражительности и социальной фрустрации, особенно среди молодого поколения. Подобные эмоциональные состояния – следствие перегрузки, вызванной чрезмерным объемом информации, высоким темпом жизни и утратой связи с непосредственным личным опытом.