Жил-был старый столяр, и была у него плохонькая лавчонка, очень немного инструментов, всего-навсего – пила, буравчик, рубанок, долото, молоток, щипцы да верстак, и больше ничего!

Работал он грубовато, больше починкой занимался да переделками, и дали ему за это прозвище: мастер «Что починит – что испортит». Испортит, например, дверь, починит ею ящик или стол сколотит, или еще что-нибудь, смотря по надобности. Кроме того, у него была очень странная привычка: он требовал, чтобы заказчики сами покупали для него на свой счет клей и гвозди.

– Почему? – спрашивают его, бывало, заказчики.

– Да уж так! – спокойно отвечает мастер, нюхая табачок.

Зарабатывал он очень мало, а жил богато, словно князь. Откуда только деньги доставал?

По утрам ходил он на рынок закупать провизию.

– Мясник, – спрашивает, – что стоит у вас филе?

– Не про вас оно, мастер, этот кусок я для короля приготовил.

– Что ж у короля желудок не такой, как и у меня, что ли?

А ему нарочно о короле говорили, чтобы услышать этот ответ, и надрывались со смеху. Кричат ему:

– Браво, мастер, браво!

Идет он дальше, спрашивает:

– Рыбак, почем осетра продаете?

– Не про вас он, мастер, я его для короля приготовил.

– Что ж у короля вкус не такой, как и у меня, что ли?

И снова все хохотали и кричали:

– Браво, мастер, браво!

Накупит, бывало, целую гору всякой всячины – и говядины, и рыбы, и колбасы, и сыру, и зелени, и овощей, и фруктов, все – самое лучшее.

– Кто ж это все кушать будет? – спрашивают его люди.

– Да я с детками.

– А много ли у вас детей?

– А как же: Пилочка – дочка, сынок – Рубанок, да Долото, Щипцы, Молоточек, да младшенький сыночек – Буравчик.

Люди хохочут:

– Приятного аппетита вам и деткам, мастер!

– Спасибо.

Вернется мастер к себе в лавку, поставит корзину с провизией в угол и примется за работу, не отрываясь от нее до позднего вечера.

Спросят его люди:

– А как же обед, мастер?

– Там на кухне сготовят.

В час ночи мастер запирал свою лавку крепкими засовами. И тотчас же начинали греметь тарелки, звенеть стаканы, серебро, стучали ножи, как будто внутри лавки был расставлен большой обеденный стол и множество слуг накрывали его для обильного ужина, а спустя некоторое время раздавался смех, визг и покрикивания мастера:

– Веди себя хорошенько, Пилочка! Осторожнее, Долото, ты так бутылку разобьешь! Щипцы, не облокачиваться на стол. Какой ты грязнуля, Молоточек… Рубанок, Буравчик, не шалить…

Слушают за дверями соседи и удивляются. Спрашивают на другое утро мастера:

– Что, сосед, хорошо ли вчера покушали? Детки-то ваши шумят больно, кажись?

– Да нет, вон они! – отвечает старик. – Смирнехоньки, как видите.

И показывает на стену, где у него инструменты развешаны. А корзина за ночь оказывалась очищенной от провизии: не то что куска, косточки рыбьей, фруктового семечка не оказывалось.

Соседи никак не могли проникнуть в тайну мастера «Что починит – что испортит» и только время понапрасну тратили, теряясь в разных догадках.

Посмотреть на мастера днем – так себе, бедный старичок, сидит в своей лавчонке, на звериную нору похожей, да гнет спину, работает. Откуда же он берет деньги на еду? Куда все пропадает? Что означает шум тарелок и все прочее?

Напрасно они старались пробуравить в двери лавки дырочку, чтобы подглядеть за столяром, – на вид казалось, что дверь сделана из старого, прогнившего дерева, а ни один бурав ее не брал!

– Из какого дерева у вас дверь, мастер?

– Да она из сыра.

– Почему ж вы ее не скушаете?

– Не люблю сыр.

– Э! Нас не проведете, мастер!

А он понюхает табачка, пожмет плечами и скажет:

– Оставили бы вы меня в покое!

Дошел, наконец, слух о диковинном столяре до самого короля.

– А, – говорит король, – у меня, значит, желудок такой же, как и у него?

Рассердился и отдал приказ, чтобы столяру на рынке продавцы давали самую плохую провизию.

Должен был мастер довольствоваться мясом, какого и собаки есть не стали бы, тухлой рыбой, червивым сыром и гнилыми плодами.

– Довольны ли вы, мастер? – спрашивали его продавцы.

– Если я и доволен, то другие зато не очень-то довольны останутся.

– Почему?

– А потому!

И пошел к себе в лавочку.

Как раз в этот день король давал парадный обед своим министрам и сановникам.

Стали подавать на стол – сморщили носы и король, и министры, и сановники: мясо издавало запах падали, сыр был такой червивый, что весь шевелился и почти сам по столу бегал, плоды были и червивые, и гнилые, и кислые.

– Это что такое? – рассвирепел король. – Позвать ко мне разбойника повара!

Бедняга повар клялся всеми святыми, что купил самую лучшую провизию, ссылался на всех свидетелей – в кухне кушанья издавали такой вкусный запах…

Нечего делать, пришлось королю, министрам и сановникам удовольствоваться черствым хлебом, размоченным в воде, а то хоть с голоду помирать им!

– Ну, это штуки мастера «Что починит – что испортит»! – сказал один из министров. – Пойду, взгляну, так ли это…

Переоделся, снял с себя богатое платье, надел старый, обтрепанный сюртук и отправился к столяру. Говорит ему:

– Почините мне, пожалуйста, вот этот ящик, мастер.

– Ладно. Поставьте его. Да сходите купить гвоздей и клея.

– Но ведь у вас и так клея много?

– Этот клей для моего собственного употребления.

– Как у вас славно кушаньем пахнет, мастер!

– Остатки от обеда, должно быть, вон там, в углу…

У министра слюнки изо рта потекли при виде чудесного ростбифа и половины рыбы под соусом, которые будто говорили ему: «Покушай, братец!»

– А где вы такую чудесную провизию купили, мастер? – спрашивает министр.

– Да там, где она продается, на рынке.

– Как же, мне известно, что, по королевскому приказу, вам не велено продавать хорошей провизии?

Мастер спокойно пожал плечами, понюхал табака, тем только и ответил.

Побежал министр с докладом к королю. Созвали совет и решили:

– Этот мастер «Что починит – что испортит», должно быть, волшебник. Отнимем у него его инструменты – пилу, долото, молоток, буравчик, – словом, все.

Король пожелал, чтобы инструменты принесли в комнату рядом с его спальней и ключи от этой комнаты для большей верности привязал себе к поясу.

До часу ночи инструменты вели себя смирнехонько. А после часу ночи поднялся в запертой комнате адский шум: пила принялась пилить, рубанок строгать, молоток стучать, буравчик буравить, щипцы хлопать, а спустя немного времени раздались вопли и плач:

– Есть хотим! Есть!

Подбежал король к двери, отпер ее, все инструменты лежали по местам, как их побросали, когда принесли. Но чуть только дверь снова заперли, снова раздались визги и плач:

– Есть хотим! Есть!

Так королю и не удалось всю ночь заснуть! На следующую ночь шум в запертой комнате стал еще сильнее.

Говорит королю министр:

– Ваше величество, дадим им покушать?

В комнате слышно: пила изо всей силы пилит, рубанок строгает, буравчик буравит, щипцы хлопают, молоток стучит.

– Перестаньте вы, во имя Господа Бога! Нате, ешьте!

Сунули кушанье в комнату и заперли двери, прислушались – тарелки гремят, стаканы звенят, ножи стучат, точно за большим обеденным столом сидят люди, кушают, смеются и кричат при этом:

– Ты меня толкаешь! Ой, ты мне волосы выдерешь… Ты меня облила!

Чудеса, да и только! Решили:

– Нет, и спорить нечего – мастер «Что починит – что испортит» волшебник!

Король отдал приказ полицейским, чтобы к нему немедленно привели столяра.

– Что это значит, мастер, ваши инструменты говорят и кушают?

Тот спокойно пожал плечами, понюхал табачка, только и всего. Рассердился король.

– Если, – говорит, – вы мне этой тайны не разъясните, я прикажу отрубить вам голову.

– Да какая же тут тайна, ваше величество? Просто – они мои дети.

– Почему же ваши дети живут в таком странном образе?

– Чтобы помогать мне зарабатывать на хлеб насущный.

Король поверил ему и приказал вернуть столяру его инструменты.

– Но, – прибавил король, – остерегайтесь повторять: «Разве у него не такой же вкус, как и у меня?» А то придется вам раскаиваться.

Снова принялся мастер «Что починит – что испортит» за работу; но заказчики стали попадаться ему все реже – люди боялись иметь дело с ним. Напрасно ходил он по улицам, покрикивая через каждые пять шагов:

– А вот пришел мастер «Что починит – что испортит», не надо ли кому чего?

Никто к нему с заказами не обращался!

Спрашивают его люди:

– Как же вы теперь, мастер, жить будете?

– Да пока у меня клей не вышел – сыты будем.

И верно, клея у него в лавке было очень много, но с каждым днем все-таки количество его уменьшалось. И настал, наконец, такой день, что весь клей у мастера вышел. Спрашивают его опять люди:

– Как же вы теперь, мастер, жить будете?

Мастер только плечами пожимает, да знай себе табачок нюхает.

У короля было шесть человек детей, три сына да три дочери. Все дети были красивенькие, здоровенькие, но вдруг все шестеро с чего-то захворали, и врачи никак не могли понять, что у них за болезнь. У детей пропал аппетит, ни крошки съесть не могли!

Совещались врачи, совещались, лечили детей, лечили – ничего не помогало! Наконец, старшая дочь короля умерла.

Несут бедную королевну хоронить и видят, идет мастер «Что починит – что испортит» и тоже несет гроб на плечах.

– Кто у вас умер, мастер? – спрашивают его.

– Умерла моя Пилочка! – ответил столяр.

На следующий день умер один из сыновей короля. Несут его хоронить, опять идет мастер, на плечах гроб несет. Снова его люди спрашивают:

– Кто у вас умер, мастер?

– Молоточек!

И так каждый день у короля умирал кто-нибудь из детей, а мастер «Что починит – что испортит» тоже хоронил то рубанок, то клещи.

Министр у короля был человек хитрый; прознав, что каждый раз, когда хоронили кого-нибудь из королевских детей, за процессией следовал с гробом на плечах мастер-столяр, пошел к королю и говорит ему:

– Если вы, ваше величество, не хотите, чтобы все ваши дети умерли, позовите мастера «Что починит – что испортит». Беда от него идет!

А у короля всего одна младшенькая дочка в живых оставалась, да и та была уже при последнем издыхании.

Позвали столяра, пришел он к королю, а тот его ну умолять:

– Ах, мастер, мастер! Спасите мою дочь!

– Ах, ваше величество, спасите моего Буравчика!

– Каким же образом?

– Для этого существует всего одно средство – поженить их обоих.

Из любви к дочери король, скрепя сердце, согласился на такой брак, но про себя решил:

– После я ему за все отплачу, столяришке!

В самый короткий срок королевна выздоровела, а король приказал столяру:

– Ну, принесите мне ваш Буравчик.

– Будьте осторожны, ваше величество: днем он будет настоящим буравчиком, ночью – нет! Так пока ему предназначено.

– Пока? А потом?

– Потом, если Богу угодно, будет иначе!

– Значит, пока о браке и разговаривать нечего?

– Как вам угодно, ваше величество.

Время от времени король вызывал к себе столяра и спрашивал его:

– Что? Все еще сын ваш остается днем настоящим буравчиком, а ночью нет?

– Все еще, ваше величество.

– Значит, пока о браке и разговаривать нечего?

– Как вам угодно, ваше величество.

Годы шли, и король был очень доволен, что брак королевны с Буравчиком все откладывается. Но его забавляло подтрунивать над старым мастером.

– Вот молоко, из которого никак масла не собьешь! Ну, что поделываете, мастер? Ведь у вас инструментов, кроме буравчика, никаких больше нет, как же вы работаете?

– Где уж работать, ваше величество! Вот, рассказываю сыну сказочки, только и всего. Вчера рассказал ему одну довольно интересную… Не хотите ли послушать?

– Послушаем!

– Хорошо. Жил-был однажды король и было у него два сына: один добрый, а другой злой. Добрый-то был королевским наследником и после смерти отца должен был стать королем. Но такое положение дел не очень нравилось злому брату…

Король отчего-то смутился и перебил столяра:

– Не нравится мне ваша сказка, мастер!

– Послушайте до конца, ваше величество, сейчас начнется самое интересное. Так вот, значит, злому брату не нравилось, что добрый станет королем после смерти отца, и он решил все это переделать по-своему. Говорит он брату: «Поедем на охоту?» Поехали. А когда очутились в лесу, далеко от своей свиты, вытащил злой брат шпагу и вонзил ее доброму брату в спину; брат, конечно, не ожидал такого предательства…

Еще больше прежнего смутился король и кричит:

– Нет, нет, не нравится мне ваша сказка, мастер!

– Сейчас будет самое интересное, ваше величество, послушайте еще немного. Злой подумал, что убил брата и оставил его в лесу, прикрыв травой и листьями. А отцу, вернувшись во дворец, сказал: «Брата в лесу звери съели!»…

– Увы мне! – закричал король. – Ты – брат мой! Прости, прости меня!

И бросился столяру в ноги, дрожа и плача:

– Не наказывай меня! Не наказывай; бери свою корону, будь королем!

– Ни ты, ни я! – ответил ему мастер «Что починит – что испортит». – Королем пусть будет мой Буравчик, а дочь твоя – королевой.

Надел мастер княжеское платье и так сразу переменился, что узнать его нельзя было, и отправился за Буравчиком.

Но и тот уже не был Буравчиком, а превратился в очень красивого юношу, так что теперь они оба с королевной друг друга стоили.

Обнялись оба брата, поцеловались, и тот, который носил название мастера «Что починит – что испортит», рассказал свою историю: как он избежал смерти, как сделался столяром. Люди называют эту историю «Сказка о дочери людоеда» – в следующий раз я вам ее расскажу.

Буравчик с королевной с большим торжеством отпраздновали свадьбу, жили долго, счастливо и весело.