«Уверен, никто и не допрет, что у меня за багаж в целофановом пакете», – подумал я и надежно завернул свою тайну: обернул содержимое сначала одним черным плотным пакетом, затем положил в другой.

Даже если кто-то заглянет внутрь, то ничего лишнего не увидит. Теперь можно отправляться в путь. Кореша мои, которые и вручили мне сегодня содержимое пакета, четко сказали: в пятницу вечером на другой конец Москвы точно не поедут. Любят, ценят, уважают, но не поедут. Мне пришлось спуститься в метро.

Монотонный женский голос объявил: «Внимание! Будьте осторожны! Двери закрываются».

Вагон в такт глухому гулу тоннеля несет меня от одной станции к другой. Воздух тяжелый, пропитанный запахом металла и далеких подземных ветров. Разглядываю людей. Их отрешенные взгляды направлены вникуда: кто-то следит за бегущими по полу отсветами, а кто-то просто закрыл глаза, спрятавшись от мира. Устали ребята – конец недели. Это у меня приключения только начинаются. Я прижал свой груз покрепче к груди и начал мечтать, что будет, когда я этот пакет разверну.

Через 30 минут из грез меня выдернул все тот же женский голос:

«Следующая станция – „Воробьевы горы“».

Здесь, на Воробьевых горах, среди величественных силуэтов здания МГУ затерялась старая общага. Скромная, с облупленной краской на стенах и вечным запахом кофе из окон первого этажа. Она стала пристанищем для многих студентов со всей страны. В том числе и для моего друга Димы. Он давно отслужил в армии и был старичком среди своих однокурсников.

В этих коридорах, где эхо разносило звуки гитары и шуток, мы встретились. Сначала просто точили лясы.

«Точить лясы» – устойчивое выражение в русском языке, которое означает долго и без особой пользы болтать, заниматься пустой или ненужной беседой.

– Не, Серег. Оставлять это в общаге – точно не варик. У меня сосед 100 % вскроет твой пакет. Давай-ка лучше с собой возьмем? Пора уже выходить.

– Без проблем. Только ты, чур, тоже глаз с этого пакета не сводишь, лады?

На часах уже было 11 вечера, и мы накинули спортивные куртки, обули яркие кроссовки и вышли – Дягилев нас ждал. Не Сергей Павлович, русский театральный деятель, разумеется, а другой.

«Дягилев» – название известного в прошлом ночного клуба Москвы. Он был популярен среди элиты и имел репутацию одного из самых модных и посещаемых мест. Вход в клуб был платным, а места в ложах стоили очень дорого. В клубе часто бывали известные люди, включая олигархов, спортсменов и звезд шоу-бизнеса.

В клубе «Дягилев», как и в любом другом месте тех времен, царили свои негласные правила. Безопасность здесь строилась не на строгих рамках металлоискателей или тщательных досмотрах сумок – никто не лез к тебе с проверками, не ощупывал карманы в поисках чего-то подозрительного. Особенно если ты был своим. А мы с Димой давно стали завсегдатаями этих вечеров. Наш пропуск внутрь – крепкое рукопожатие старшему охраны. Ты протягиваешь руку, он отвечает тем же – и путь открыт.

Растворяясь в полумраке зала под гул музыки и мерцание огней, мы отплясывали до утра. Кстати, я очень рекомендую ходить танцевать. По пятницам, по субботам – да хоть в любой вечер, когда душа просит расслабления. В ночные клубы, на танцпол, где музыка бьет по венам как заряд энергии, а вокруг тебя – толпа, которая движется в одном ритме. Все то, что копилось внутри днями, неделями, выплескивается наружу под гул басов и мерцающий свет, выплескивается все твое напряжение, стресс, страх.

Алкоголь совсем не обязателен. Танцы сами по себе расслабляют. Главное – не забыть про пакет! Мы прислонили наш драгоценный груз к столбику и отплясывали до пяти утра. Громко, весело, как в последний раз! А в конце оставили нехилую сумму: закрыли счета за себя и за соседние столы, где сидели прекрасные девушки.

Вот так, с барского плеча!

Когда первые лучи солнца озолотили шпили сталинских высоток, а Москва-река отразила нежные краски разгорающегося неба, мы отправились в студенческое общежитие. Там нам предстояло сделать то, ради чего я ехал через всю Москву, – открыть черный пакет.

И вот мы сидим на полу в крохотной комнате. Вокруг – хаос из книг, тетрадей и пустых чашек от кофе. Дима разворачивает пакет, а там…

Большая энциклопедия!

– Ну что, Серег, искупаешь меня в этих знаниях? – смеется друг.

Я разрываю пакет и высыпаю на Диму 10 килограмм капусты! Не той, конечно, мои дети, что вы видите в супе и голубцах.

«Капуста» – в 90-е годы сленговое обозначение денег. Такое значение слова появилось благодаря ассоциации с зеленым цветом: доллары США, которые в то время стали популярным средством накопления и расчетов, имеют характерный зеленый цвет. Капуста – тоже зеленая, отсюда и метафора.

Именно столько – 10 килограммов – весит 1 миллион долларов США, в котором мы с Димой, как два дурака, валялись на полу общежития.

Откуда у меня взялось столько денег, я рассказывать, пожалуй, не буду. Избитая фраза Джона Рокфеллера: «Я могу отчитаться за каждый заработанный мною миллион, кроме первого», – здесь придется кстати. Схема стандартная. Отбиться от светлой стороны правосудия не составляло труда: финансовые благодарности тогда принимали многие. А вот на темной стороне тебя ждали уже совсем другие ребята: менее сговорчивые и более жестокие.

Они мгновенно соображали, что у тебя появились деньги. Этого разве что слепой не заметит. Ведь когда у мальчишки, который спал на кухонном диванчике и играл на баяне, появляется один миллион долларов, он показывает свой достаток всем своим видом: крутые тачки с блатными номерами, рестораны, где все гуляют за твой счет, путешествия. Деньги, признание и самое главное – понты.

Видят ли это со стороны?

Конечно, видят.

Завидуют ли этому?

Конечно, завидуют.

Приходят ли к тебе в гости, чтобы ты поделился?

Приходят.

Ведь еще Лившиц говорил: «Делиться надо, делиться!»

Фраза происходит из советского фильма «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен» (1964) режиссера Элема Климова.

Один из героев – пионервожатый Дынин (актер Евгений Евстигнеев) – произносит эти слова с характерной интонацией, пародируя назидательный тон советской пропаганды. Фразу подхватили воспитанные этим фильмом братки.

Поэтому практически сразу после наших заныриваний в шелестящий океан ко мне в дверь постучали. Нашли, где живу.

Неспешно открываю дверь, а там – люди в черных кожаных плащах!

И сразу получаю под дых.

«Под дых» – традиционный жест криминальных авторитетов, представляющий собой неформальное приветствие, сопровождаемое легким (или не очень) физическим воздействием. По сути, это способ сказать: «Добрый день, как поживаете?» – но на языке жестов.

Оказывается, информация о лице, занимающемся предпринимательской деятельностью, очень быстро дошла до местной братвы. Вот они и заехали на огонек. Я не успел опомниться, как тут же получил следующий удар ногой в бедро. Прижался спиной к стене – пытался удержаться на ногах и узнать, в чем дело.

– Ты под кем работаешь, коммерс?

– С ростовской братвой.

– С кем конкретно?

– Меня не уполномочивали именами разбрасываться!

– Забиваем стрелку на завтра, приедут – перетрем о тебе.

– Завтра в девять вечера на Лысой горе.

Тут до меня медленно, но неотвратимо доходит, что братва решила не мелочиться и зайти с самой серьезной карты в колоде. Стрелку назначили именно там, где каждый камень, кажется, помнит эхо выстрелов, а воздух пропитан историей разборок, поножовщины и летальных исходов. Это место давно стало легендой среди тех, кто в теме.

И самое «приятное» – время встречи выбрано так, чтобы никто из случайных свидетелей не смог рассказать лишнего: глухая ночь, темнота, только редкие фонари да силуэты на фоне пустых стен. Стало ясно: шансов выйти живым из этой деловой встречи у меня мало.

– К вечеру не успеют приехать. Давайте послезавтра в девять утра там же? – решил я попытать удачу и договориться.

– Ладно, в четверг в девять утра. Увидимся, коммерс!

Я набрал своим по радиотелефону дальнего действия. Сотовых телефонов и других гаджетов тогда еще не было, а вот радиотелефоны типа «Харвест» или «Сенао» имелись у всех уважаемых людей. Ребята сразу выдвинулись – нам нужно было время подготовиться к стрелке.

Поздним вечером братва приехала на белой девятке. В загородном доме мы развели костер: базарили по душам, жарили картошечку, протирали маслята. Это не грибы и не посуда для сливочного масла, дети мои дорогие, а нечто другое.

«Маслята» – это сленговое название патронов для ПМ (Пистолет Макарова). Термин появился в криминальной среде из-за характерной формы этих пуль, которые внешне напоминают шляпки грибов – маслят.

Ранним утром мы обговорили план: я еду на второй машине, хоть теперь я и коммерс, но лишним не буду. Определили, как зажимаем двумя тачками местных, кто где стоит, по какой команде стреляем, как отходим. Если отходить еще будет кому, конечно.

По пути к Лысой горе я сидел молча, уставившись в окно. За стеклом туман, как назло погода стояла мерзкая, промозглая, будто плакала уже заранее о чем-то. Или о ком-то. В голове крутились варианты, один хуже другого. Отказаться было нельзя: это значит сломать все, что я выстраивал годами. Львиную долю дохода заберут сразу, а потом будут доить снова и снова, пока не останется ни гроша, ни гордости. Но и ехать страшно до дрожи. Руки сжимают колени, а в горле ком: дома остались жена и ребенок.

Маленькая дочка, которая всегда смотрит на меня как на героя и ничего не знает о мире, где правят страх и насилие. Что станет с ними, если сегодня все пойдет не так? Мысль о том, что они проснутся завтра, а меня уже не будет, вызывает почти физическую боль. Я стараюсь прогнать эти картинки: нельзя сейчас об этом думать, нельзя расслабляться даже на секунду!

По спине бегут мурашки. Машина сворачивает в нужный район. Сердце колотится, ноги становятся свинцовыми, но обратного пути нет. Мы подпираем их тачку, открываем двери машин, выскакиваем, передергиваем затворы и целимся в лобовое стекло. Ждем.

Но нас приветствуют высоко поднятые ладошки, а из их окна доносится крик:

– Вы чего, пацаны? Мы чисто поговорить. Стволы уберите.

И тут начинаются качели. Очень интересное занятие, дети. Это несколько отличается от тех качелей, на которых вы в детстве крутили «солнышко».

«Качели раскачивать» – намеренно создавать конфликт, стравливать людей или провоцировать хаос.

Но так как ростовских то ли уважали, то ли сильно боялись, а скорее, и то и другое вместе, то разговор быстро переходит в мирное русло. Я краем уха слышу имена, пароли, явки и тихое: «Да мы же просто не знали, что он под вами ходит!»

А потом громче в мою сторону: «Ты че, коммерс, сразу не сказал? Таких людей беспокоить пришлось!»

В тот раз мне действительно повезло: и ангел-хранитель сильный, и люди, с которыми я дела делал – уважаемые, но я прекрасно понимал, что доля секунды, одно неверно сказанное слово, и дома бы меня тем вечером уже не дождались.

Поэтому, дети мои, всегда помните: и на светлой, и на темной стороне бизнеса есть свои «фискальные органы» и свои «налоги». И там, и там – свои риски. Если ты ведешь дела честно, то да, ты будешь платить налоги, пени, штрафы, взносы государству. Знаю, сейчас многие жалуются на высокие ставки, на экономические трудности, на давление системы. Это неприятно, порой больно, и да, ты можешь потерять часть доходов или стать банкротом.

Но эти потери меркнут перед тем, что тебя ждет на темной стороне.

Там «налог» совсем другой. Там противник может забрать не только деньги или имущество, но и самое ценное – жизнь. Один неверный шаг, одна ошибка в расчетах, одно недопонимание с «партнерами», и все, что ты строил годами, рухнет за секунду. А вместе с этим – твоя свобода, здоровье, семья. На темной стороне решения принимаются быстро и беспощадно.

Я знаю, что в жизни вы столкнетесь с выбором. Будете взвешивать за и против. Но я очень хочу, чтобы вы осознали: вы живете в другое время – прекрасное. Время, когда больше не нужно ставить на кон свою жизнь ради дела. Ваша жизнь бесценна. Она стоит гораздо больше, чем любая прибыль, любой успех. Поэтому выбирайте светлый путь: платите налоги и спите спокойно.

«Заплати налоги и спи спокойно» – слоган в 2002 году был использован Федеральной службой налоговой полиции России (ныне ликвидированной) в рамках программы рекламы честной уплаты налогов.