Рим, некогда владыка мира, теперь сам стал пленником своих удовольствий.
В IV–V веках нашей эры Римская империя, некогда объединившая под своей властью почти весь цивилизованный мир, медленно, но неотвратимо теряла прочность. Легионы еще маршировали по дорогам, акведуки все еще приносили воду в города, сенат собирался в мраморных залах. Но за фасадом величия копились трещины – экономические, социальные, политические, – которые одна за другой подтачивали основы государства.
Времена, когда Римская держава богатела за счет того, что разрасталась, миновали. Размеры империи стали настолько велики, что содержание в порядке дорог, охрана границ, жалованье гарнизонам крепостей требовали огромных расходов. Военные кампании, варварские набеги и восстания в провинциях истощали казну.
В поздней империи многие гарнизоны на границе становились почти автономными: солдаты служили поколениями в одном и том же форте, заводили семьи и обменивались обычаями с местными племенами. Эти сообщества порой жили по собственным неписаным правилам, отличным от столичных.
Аграрная проблема тоже не исчезла: те мелкие хозяйства, которые еще оставались, разорялись, их земли переходили к крупным землевладельцам, а оставшиеся крестьяне превращались в колонов – полузависимых арендаторов, вынужденных отдавать часть урожая. Натуральные повинности и налоги удушали деревни, снижая производительность и подрывая торговлю.
О временах, когда испанское серебро рекой текло в Рим, вспоминали с тоской или с сожалением. Монетная система находилась в кризисе. Серебряный денарий исчезал из обращения, а выпуск новых номиналов и порча монет усиливали инфляцию. Римляне пытались компенсировать это новыми налогами, что еще больше ослабляло экономику. Уровень жизни в городах падал: форумы пустели, в амфитеатрах было мало зрителей, богатые семьи предпочитали жить в виллах в окружении рабов и клиентов, беднота ждала привычного хлеба от государства.
На поздних рубежах империи порой возникали своеобразные небольшие армии под командованием местных вождей. Они номинально служили Риму, но в реальности действовали по собственному усмотрению, заключая временные союзы с соседними племенами и защищая лишь ближайшие территории.
Армия переставала быть гарантом стабильности. Легионы пополняли варварами, людьми принципиально иной культуры, преданными своим вождям, а не Риму. Разделение войск на пограничные гарнизоны (лимитаны) и подвижные силы (комитатенсы), осуществлявшееся при императорах Диоклетиане и Константине, не спасало от постоянных вторжений. На западных границах готы, вандалы, франки и алеманны все свободнее переходили Рейн и Дунай, нередко создавая угрозу самому существованию провинций.
Императорская власть теряла возможности поддерживать порядок. Смерть правителя нередко вызывала серию заговоров и гражданских войн; полководцы с поддержкой армии могли провозгласить себя августами, и трон становился символом силы, а не преемственности по закону. С конца III века н. э. все чаще узурпировали власть при живых императорах. Разделение империи на Восточную и Западную в 395 году закрепило утрату единства: Константинополь процветал, тогда как Рим и западные провинции приходили в упадок.
Социальные и моральные устои общества менялись. Граждане все меньше заботились о военной доблести, полагаясь на наемников. Христианство, поддержанное Константином и впоследствии ставшее государственной религией, предлагало новые ценности, ориентированные на спасение души, а не на служение государству. Для многих это стало моральной опорой, но для традиционалистов – сигналом, что общество утратило прежнюю цельность.
Гай Юлий Цезарь Германик, известный как Калигула (12–41 гг. н. э.), и Нерон Клавдий Цезарь Август Германик (37–68 гг. н. э.) стали яркими символами вырождения Римской империи. Их правление ассоциируется с поступками за гранью морали, жестокостью и самовозвеличиванием. Оно показало, как абсолютная власть может разлагать государственные институты и подрывать нравы. Калигула прославился эксцентричными поступками и преследованиями сенаторов. Нерону приписывается (далеко не все историки с этим согласны) поджог Рима в 64 году – согласно одной из легенд, он искал источник вдохновения для поэмы. А то, что это обернулось новыми гонениями против приверженцев новой религии – христиан, которых обвинили в пожаре, – исторический факт. Казни производились самыми жестокими способами, о чем свидетельствует историк Тацит, который, по некоторым предположениям, еще ребенком был свидетелем пожара. Кроме гонений против христиан Нерон известен необузданной любовью к роскоши и расточительностью.
Нерон. Книжная иллюстрация. XIX век.
Оба императора, имена которых стали нарицательными, продемонстрировали, что могущество, лишенное контроля и здравого смысла, превращается в инструмент хаоса и разрушения.
Правление Калигулы и Нерона оставило глубокий след в римской жизни. Сенат и администрация оказывались под давлением сиюминутных капризов императоров, что подрывало традиционные механизмы управления. Богатые семьи теряли влияние, опасаясь преследований, а финансовая система испытывала колоссальные нагрузки из-за расточительных расходов монархов на дворцы, гладиаторские игры и пиры.
Общество переживало моральный кризис: праздность и роскошный образ жизни знати усиливались, беднота по-прежнему ждала хлеба и зрелищ, а население провинций уже не первый век страдало от произвола наместников.
Императоры приходили и уходили, а кризис углублялся.
К концу III века н. э. Римская империя стояла на грани катастрофы. Варварские вторжения, эпидемии, экономический спад и череда междоусобных войн истощили ее. Но именно в этот мрачный момент появляются правители, которые еще раз пытаются вдохнуть в него жизнь – Диоклетиан и Константин Великий, о которых мы уже вскользь упомянули.
Но обо всем последовательно.
В III веке границы сотрясают удары готов, франков, алеманов и персов. Готы переправляются через Дунай и разоряют Балканы, франки вторгаются в Галлию, а персидский царь Шапур I пленяет императора Валериана – единственный задокументированный случай в истории, когда римский император оказался пленником врага. Вдоль Рейна и Дуная идут непрерывные сражения, города укрепляют стены, сельская местность пустеет.
В то же время варваров начинают принимать в римскую армию, селить на опустевших землях, заключать с ними договоры. Иногда целые племена, как, например, готы, переселяются на римскую территорию с разрешения императора, но уже через несколько лет восстают, начинается череда военных поражений.
Гонения на христиан
При Нероне христиан распинали, сжигали заживо, бросали диким зверям на аренах, подвергали пыткам и унижениям. Женщины и дети не были исключением. Их обвиняли в поджогах, безнравственности и «разрушении устоев общества» (за отказ участвовать в традиционных римских обрядах). Многие приняли мученическую смерть, став символом стойкости и верности вере.
В 284 году к власти пришел Диоклетиан, энергичный военачальник. Он понял: срочно нужны реформы. И появилась новая форма правления – доминат, открытая автократия, при которой император уже не первый среди равных, а господин, почитаемый как живое божество. Это, разумеется, не имело ничего общего с произволом Калигулы и Нерона: Диоклетиан пытался спасти все еще великую державу. Чтобы управлять огромной империей, он в 293 году создал тетрархию – его опорой стали два августа и два цезаря, каждый из которых отвечал за свой регион. Для повышения обороноспособности он значительно увеличил численность армии, перестроил систему провинций и налогообложения, ввел жесткий контроль цен (эдикт о максимальных ценах, 301 г.). Но эти меры, хотя они и были направлены на спасение государства, легли тяжелым бременем на подданных, особенно на крестьян, прикрепленных к земле.
В начале IV века тетрархия рухнула и Рим погрузился в серию гражданских войн. Победил Константин Великий, который продолжил централизацию власти и совершил шаг, изменивший империю навсегда, – принял христиан под свое покровительство (Миланский эдикт, 313 г.). Он и сам к старости отошел от традиционной римской религии, сделав выбор в пользу христианства. Константин учредил новую столицу – Константинополь, город, построенный по образцу Рима, с мощными укреплениями и великолепными храмами. Город на Босфоре с мраморными колоннами, форумами и ипподромом быстро стал ключевым политическим и торговым центром Востока.
Диоклетиан тоже известен гонениями на христиан. При нем их преследовали за проведение богослужений, сжигали христианские книги. Диоклетиан, несмотря на то, что старался спасти державу, тоже не чуждался роскоши и зачастую вел себя как тиран, требуя отдавать ему почести божества и преклонять перед ним колени.
Но единая Римская империя доживала последние десятилетия.
После смерти Феодосия I в 395 году империя окончательно разделилась на Западную и Восточную. Формально это были два государства с общей культурой, но их интересы все чаще расходились: Восток с центром в Константинополе процветал, а Запад продолжал погружаться в кризис.
Почтовая марка с изображением Диоклетиана.
В IV–V веках Запад сталкивается с непрерывным потоком варварских вторжений, тогда как Восток, позднее названный Византией, сохраняет силы и переживает расцвет при Юстиниане. Контраст очевиден: в Константинополе – золото, шелка, пышные церемонии, на Западе – опустевшие города, разоренные поля и наемники-варвары в римской броне. Уже в V веке латинский язык начинает на бытовом уровне вытесняться германскими диалектами, а некоторые варварские вожди получают римские титулы.
В 313 году император Константин Великий совместно с Лицинием издал Миланский эдикт, который закреплял право любого гражданина империи свободно исповедовать христианство. Эдикт положил конец официальным преследованиям, позволил открыто строить храмы и создавать церковные общины, а имущество, конфискованное у христиан, возвращалось им.
Символическим предвестием конца становится 410 год, когда воины гота Алариха впервые за восемь веков входят в Вечный город и три дня грабят его. Второй удар наносит 455 год – вандалы Гейзериха снова берут Рим. Несмотря на отдельные успехи, как победа Флавия Аэция над гуннами Аттилы в 451 году на Каталаунских полях, Запад уже не способен восстановить силы. Аэция называют последним римлянином за умение лавировать между варварскими союзниками и римской знатью.
В 476 году германский вождь Одоакр низлагает юного Ромула Августула, и так не признанного законным правителем, и отправляет императорские регалии в Константинополь. Формально это выглядит как признание власти Востока, но фактически Западная Римская империя прекращает существование. Юному императору назначают денежное содержание и ссылают в Кампанию – конец империи оказывается тихим и почти бескровным.
Константинополь. Изображение. Нюрнбергская хроника. Конец XV века.
Падение не разрушает римскую культуру. Исчезает лишь политическая структура, объединявшая территории от Британии до Египта. На смену приходят варварские королевства – Остготское, Вандальское, Франкское. Варварские короли часто подражают Риму: чеканят монеты с ликами императоров, сохраняют элементы римского права, носят римские титулы…
Рим угасал медленно, словно костер, из которого вынимали полено за поленом, пока не остались лишь воспоминания о былом величии. И, конечно же, великое наследие.
Кибела. Римская статуэтка. II век. Музей искусств округа. Лос-Анджелес.
Жан-Батист Жозеф Викар. Вергилий читает «Энеиду» Августу и Октавии. Картина. Начало XIX века. Дворец изящных искусств, Лилль.
Развалины Колизея. Дата постройки – I век. Дата съемки – август 2024 года.