Политический курс, выбранный правительством Мэйдзи для построения модернизированной Японии, преследовал две цели. Первая заключалась в создании «новой Японии», вторая – во внушении народу чувства гордости за достижения «Японии прошлого». Под «новой Японией» понималось модернизированное государство с сильным правительством, развитой промышленностью и мощной армией, что подчёркивалось девизами «Цивилизация и просвещение» (бунмэй-кайка), «Промышленное развитие» (сёкусан-когё), «Богатая страна – сильная армия» (фукоку-кёхэй). Тогда как в формировании образа «Японии прошлого» акцент делался на том, что страна и её народ должны гордиться богатой и древней историей, главным в которой следовало считать «десять тысяч лет правлений одной династии» – бансэй-иккэй, то есть наличие непрерывно правящего императорского дома. Всё это в целом должно было доказать цивилизованность Японии перед лицом передовых западных держав. Подобные цели требовали соответствующей интерпретации достижений и ценностей «старой Японии» через призму «новых знаний».
Чтобы сделать «новую Японию» сильной и крепкой, были нужны фабрики, а чтобы воспитывать гордость за «старую Японию» – школы. И то, и другое возводилось усиленными темпами, но в противовес товарам, которые производили фабрики, школы должны были формировать людей и их историческое мировоззрение. Более того, необходимо было сформировать таких людей, которые гордились бы как «новой», так и «старой» Японией. Это была непростая задача, для решения которой требовалось умение убеждать и разъяснять.
Так что же было делать? В конце концов решили срочно внедрять западную систему образования, одновременно прививая народу японские традиционные ценности и воспитывая национальное мировоззрение в духе «Императорского рескрипта об образовании».
Однако это привело к некоторым сложностям.
Расскажу обо всём по порядку. Сначала новое правительство задалось целью применить методики европейских наук для анализа японской истории и устройства японского общества. Интеллектуальная элита эпохи Мэйдзи, начиная с Фукудзава Юкити, Накамура Масанао и Накаэ Тёмин, придавала большое значение необходимости учиться зарубежному опыту и осваивать знания, перенимая идеи и методы. Это был естественный шаг на пути к построению страны, способной выйти из состояния изоляции и конкурировать с великими мировыми державами.
Настоящий фурор в обществе произвела книга Фукудзава Юкити «Сэйё дзидзё» («Положение дел на Западе»). Она представляла собой запись всего, что увидел и пережил её автор во время трёх своих зарубежных поездок, начиная с прибытия в Сан-Франциско на судне «Канрин Мару» и заканчивая годичным пребыванием в составе японского посольства в Европе и повторным визитом в Америку в качестве члена правительственной делегации по переговорам о военных кораблях. Фундаментальный труд охватывал многие аспекты жизни и особенности устройства западных государств: организацию работы парламента и дипломатии, денежную систему, систему налогообложения, предпринимательство, армию, науку и технику, устройство библиотечного дела, учебных заведений, газет, больниц, музеев, телеграфной связи и многое другое.
Читая книгу, понимаешь, насколько острой была потребность Японии в информации об актуальном положении дел в США и Европе, по отношению к которой ощущалось понятное нетерпение. Его следующее произведение под названием «Гакумон-но сусумэ» («Призыв к ученью») – настоящий бестселлер своего времени. Начинается он с известной фразы «Говорят, Небеса не создают одних людей выше или ниже других», но свою главную мысль Фукудзава изложил далее. Он писал, что хотя от природы люди рождаются одинаковыми, в реальной жизни материальное и социальное неравенство, предопределяющее их будущее, огромно, и что устранение хотя бы малой степени этого неравенства зависит от образования. Вот почему Фукудзава призывал к внедрению системы образования, включающей чтение, письмо и счёт, а также воспитание морально-нравственных ценностей и овладение практическими навыками, для всех жителей Японии.
При этом он подчёркивал, что для достижения этой цели одних только принципов дори, чувства долга гири и человеколюбия ниндзё будет недостаточно, и настаивал на том, что Япония остро нуждается в приобретении знаний нового типа, развитии рационального мышления и овладении прикладными науками.